текст: Евгения Лисичкина,  Антон Попов 

Мини-юбка, знамя свободы

С момента ее революционного появления в 60-х годах прошлого века по-настоящему мы с ней так и не расставались. Она просто есть – как символ женской свободы.
alt ФОТО EAST NEWS 

Короткая юбка кочует со старых фотографий на первые полосы модных журналов, из детского сада – в начальную школу, с пляжа – на подиум, а оттуда – в униформу чирлидеров и стюардесс. Легкомысленная, провоцирующая, «подходящая лишь молодым», «недостаточно элегантная», «не слишком приличная»… и тем не менее такая соблазнительная и откровенно женственная, что практически каждая женщина желала бы иметь достаточно смелости (стройности, юности, длины ног, легкомыслия или бесстыдства – нужное подчеркнуть), чтобы однажды предстать перед окружающими в этом одеянии. И кто сказал, что после двадцати женщины должны потерять интерес к мини просто в силу возраста?

Оружие соблазнения?

Для модных журналов мини остается своего рода неопределенным объектом секс-призыва, будоражащим воображение. В реальной жизни все несколько иначе: на мини-юбке по-прежнему лежит печать легкомыслия, неподобающего зрелости. Зато у нее появились конкуренты – начиная от стрингов, вылезающих из-под пояса джинсов, заканчивая декоративными бретельками бюстгальтера, виднеющимися из-под декольтированного топа. Сегодня палитра сексуального обольщения в одежде существенно шире той, что была в эпоху рождения мини. «Даже беглый опрос женщин свидетельствует о том, что они не считают мини-юбки средством соблазнения, – констатирует аналитический психотерапевт Юлия Жемчужникова. – Если женщина хочет выглядеть сексуально, она предпочитает приоткрывать, обнажать плечи и грудь. Для нее открытые ноги – это скорее демонстрация собственной свободы от традиционных взглядов и чужого мнения. Если вокруг дома мы не ставим забора, считать ли это приглашением к вторжению или просто открытостью?»

Неустойчивость устоев

Оглянувшись назад, в прошлое, мы обнаружим, что женский наряд постоянно изменялся, но это касалось в основном его верхней части. Верхняя часть тела заковывалась в корсет, демонстрировала разные степени обнаженности. Однако бедра и ноги на протяжении многих веков оставались закрытыми – в женской одежде Запада и Востока, среди богатых и бедных, вне зависимости от степени образованности и социального положения. И вот с победой индустриальной революции и началом эмансипации на рубеже XIX–XX веков подол женского платья сначала зауживается, потом приподнимается, а потом… и вовсе пропадает. «Мини – это юбка без подола. Совсем, – констатирует Юлия Жемчужникова. – А подол – это то, что стелется «по долу», по земле. Это некое основание, то, что придает устойчивость, это связь человека с землей, с тем, на чем он стоит. Подол закрывал ноги от ветра и взглядов, защищал от «дурного глаза» девушку и ее будущее потомство (новорожденного «от сглаза» было принято обтереть материнским подолом). Для меня очень символична трансформация традиционного наряда принцессы в платьице Трубадурочки в мультфильме «Бременские музыканты» – как символ наступления эпохи хиппи, всеобщей раскрепощенности и ломки устоев. «Устои» и «устойчивость» – слова однокоренные, а потому отсутствие подола в символическом смысле – это отрыв от традиционных женских ценностей: дома, хозяйства, детей».

alt ФОТО CAMERA PRESS/ FOTOBANK.COM 

Мини(мум) свободы

Освобождение от тяжести «женской доли» действительно оказалось связано с мини-юбкой, ставшей символом новых феноменов 60-х: невиданной ранее сексуальной раскрепощенности (с появлением оральных контрацептивов), возможности планировать деторождение. Это было золотое время стиля поп, когда женщины в коротких платьях походили на детей. Мини создавало иллюзию несколько инфантильной невинности, перед очарованием которой трудно было устоять.

Интересно, что в советской интерпретации «свобода от устоев» превращала сексуальность этого наряда в полную асексуальность. «Вспомним советские времена: девочки в платьицах и сарафанчиках – таких, что трусики торчали, – размышляет Юлия Жемчужникова. – В этом символе детсадовского счастья нет и намека на понятие семейных ценностей или на возможность уцепиться за материнский подол. Общие спальни и туалеты, одинаковые трусики-маечки... А во взрослой моде равнение было на середину: так, чтобы не слишком свободно, но и не слишком «устойчиво». До школы юбка такая, будто ее и вовсе нет, в начальной школе – до середины бедра, в средней – до колена, позже – держись середины. Носить ниже значило быть «как старуха», возвращаться к «детским» моделям –прослыть вертихвосткой».

Во времена изобретения мини женский образ стал инфантильным, а мужчины казались настоящими мачо. Прошедшие десятилетия смягчили разницу. Сегодня мужчины кажутся более нарциссичными, более озабоченными собственной внешностью. А женщины выглядят более зрелыми, слишком эмансипированными для того, чтобы лишь длина их юбки могла напрямую определять степень их сексуальной свободы. «Многими мужчинами мини воспринимается как униформа секретарши при состоятельном боссе, то есть не подразумевает серьезного к себе отношения, – констатирует Юлия Жемчужникова. – Большинство же утверждают, что женщина в длинной юбке выглядит более привлекательно». В душе современных мужчин растет потребность в надежных женах-матерях?

Открытый пол

«Мини-юбка – это не только наглядная демонстрация формы ног и сексуальной раскрепощенности, как принято считать, – полагает Юлия Жемчужникова. – Скорее это признак открытости и свободы, отказа от пуританских моделей, но также и от эмоциональной закрытости и скучной заземленности. Однако совсем оторваться от устоев (и лишиться устойчивости) женщины не готовы: новые хиппи тяготеют к длинным юбкам».

Тем не менее в наш динамичный век юбка в пол вряд ли сможет серьезно потеснить брюки – просто в силу своей непрактичности. Возможно, именно поэтому новое поколение изобретает микроюбки, поверх брюк и лосин, – чтобы обеспечить себе и свободу движения, и чувство защищенности. Но не отказаться при этом от самой юбки, чтобы транслировать в окружающий мир: я – женщина».

Мнение стильной женщины

alt

Мини не является ни символом раскрепощенности, ни символом сексуальной революции – слишком оно для этого примитивно, считает Роза Каменев, владелица группы компаний Cara&Co и одноименного магазина интеллектуальной моды. Для нее это всего лишь стиль.

«Для меня мини-юбка никогда не была спорной, конфликтной, не была раздражителем или пионерским атрибутом. В пору моего детства мини-юбки относили, отругали и даже разрешили носить женам партийных работников. В середине 70-х появились макси, миди… и мини-юбки стали безнадежно старомодными. Мини вновь появились в «эпоху возрождения», в конце 80-х. Причем надолго – именно потому, как мне кажется, что мини не стало вытеснять и разрушать другие тенденции. Тогда я работала в Риме под «предводительством» очень стильной итальянки в мини-юбке, в плотных леггинсах и в балетках. Ей было около сорока, и она буквально подарила мне веру в будущее, в то, что и в зрелом возрасте можно быть сексуальной. Я поверила в мини и с тех пор приросла к этому стилю: если у меня красивые ноги, не самая тонкая талия и не самый высокий рост – считаю, что носить мини мне сам бог велел».

Мнение стильного мужчины

alt

Короткая юбка сразу притягивает к женщине внимание – причем обоих полов, считает Алексей Олешов, креативный директор Cara&Co.

«Для некоторых короткая юбка – это способ социального самоубийства. Для других – инструмент продуманной атаки, для третьих – возможность самовыражения. А еще она может быть идеальным способом скрыть свои комплексы («пусть думают, что их нет») и в конце концов самой убедиться в их отсутствии. При встрече двух женщин мини-юбка неизбежно приводит к соперничеству: надевшей ее не поможет даже нейтральный макияж – другая все равно увидит в ней конкурентку. Зато мужчины прореагируют неоднозначно: женатых (или внутренне несвободных) женщина в мини скорее отпугнет, а прочие будут пытаться произвести на нее впечатление. Мне кажется, со временем у женщины, которая носит мини, становится все меньше мыслей на тему «кто и что про меня думает»: короткая юбка действительно помогает придавать меньше значения мнению окружающих».

Источник фотографий: CAMERA PRESS/ FOTOBANK.COM, EAST NEWS
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2017 №23140Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что такое счастьеЧто такое счастьеЧто мы можем сделать для того, чтобы стать счастливее? Больше зарабатывать, путешествовать, создать образцовую семью? Счастье похоже на причудливую картину, которая для каждого выглядит по-разному. «Наша задача – научиться быть счастливыми», - говорит психолог Михай Чиксентмихайи, автор теории «потока», самой доступной формы счастья. Досье поможет прислушаться к себе, разобраться в том, чего мы хотим на самом деле, и показать миру свой внутренний свет. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты