psyhologies.ru
тесты

Обозреватели


Анатолий Берштейн
Анатолий Берштейн
историк, журналист, автор книги «Педагогика на кончиках пальцев» (Образовательные проекты, 2012).

Зачем мы хотим знать историю?

Мы хотим (лучше) знать свою история. Во многом потому, что без этого знания на сложно понять настоящее, определить свою гражданскую позицию и отвечать на вопросы детей.
alt ФОТО Getty Images 

Я был искренне удивлен, когда понял, что предложение прочитать частным образом курс лекций по русской истории сделано совершенно серьезно. И вот еженедельно, по пятницам, почти год ко мне домой приходили взрослые люди, успешные бизнесмены, чтобы два-три часа подряд слушать о Норманской теории, о Золотой Орде, Иване Грозном, декабристах, реформах Александра II... Потом за чашкой чая или рюмкой коньяка задать вопросы, поспорить, поговорить об актуальных проблемах страны. Собственно, они обратились ко мне именно за этим, решив, что дефицит гуманитарных знаний мешает осознанно определить свою гражданскую позицию и убедительно отвечать на вопросы своих детей.

Изучение истории – своего рода психоанализ, попытка разобраться в прошлом, понять, что с нами было.

Поначалу я был уверен, что это блажь и скоро все закончится. Но интерес слушателей только нарастал, споры становились все более острыми. В общем, мода на историю оказалась на удивление стойкой. Или это уже не просто мода?

История востребована уже потому, что изучать ее интересно. Изучение истории – это своего рода психоанализ, попытка пристальнее вглядеться в оставшееся позади, понять и осознать, как все было на самом деле и почему привело к тем или иным результатам. Для чего это нужно? Чтобы ответить на мучающие сегодня вопросы, расстаться с балластом ошибочных идей и набором порочных средств… Да, мы живем здесь и сейчас. Но без связи с прошлым и сосредоточенного взгляда в будущее теряется опора и ориентиры. С другой стороны, «избыток истории вредит жизни» — предупреждал еще Ницше*. Он даже называл этот избыточный интерес «исторической болезнью». Где ею заболели, там люди «не способны больше пользоваться прошлым как здоровой пищей», они или переедают, или чувствуют, что отравились.

Россия нынче – «больная» страна с «горячей памятью». В отличие от «холодной» памяти, хранящей факты, но отрицающей перемены, консервирующей даты и имена, но лишающей их значения, «горячая» пытается вставить прошлое в сегодняшнюю повестку дня. Если «холодная» память ограничивается историей, то «горячая» переходит в политику, поджигая настоящее. Борьба за прошлое становится выбором мировоззрения, превращается в столкновение мифов и соревнование проектов будущего.

И мы на своих встречах не избежали этой общей тенденции. После завершения первого цикла лекций наше маленькое сообщество не распалось, а превратилось в своего рода клуб. Теперь мы раз в месяц заказываем экспертам актуальный доклад по выбранной сообща теме – «оранжевая революция», «Кавказ», «нацизм», «Французская революция»...

Книга «Апология истории» начинается вопросом сына: «Объясни, зачем нужна история?» И заканчивается словами отца: «Причины в истории, как и в любой другой области, нельзя постулировать. Их надо искать»**.

* Ф. Ницше «О пользе и вреде истории» (Фолио, 2009).

** М. Блок «Апология истории» (Наука, 1986).

P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2016 №11128Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье