Наказывать или нет?

Говорят, родители наказывают детей, чтобы те стали лучше. Но часто они лишь вырастают в закомплексованных и неуверенных в себе взрослых. Почему так получается? В чем ошиблись родители? Рассуждает психотерапевт Виктор Каган.
Наказывать или нет?

Наказывать детей или не наказывать? Об это уже столько перьев стерто, что вряд ли я смогу что-то новое сказать. Но вот столкнулся с мнением коллеги: «Родители наказывают ребенка, потому что хотят, чтобы он стал лучше. Ребенок думает, что родители наказывают, потому что он плохой. Для того чтобы его разубедить, и оказывается необходимой психотерапия – много лет спустя...»

Звучит почти как афоризм. Но как заметил американский писатель и афорист Амбруаз Брис, «aфоризм – это полуправда, сформулированная таким образом, чтобы сторонников другой половины хватила кондрашка». Слова коллеги, спасибо ему, вызывают желание покрутить в руках монетку проблемы и посмотреть на обе ее стороны.

Каждый психотерапевт знает, как много проблем взрослых корнями уходит в детство. События детства, и особенно связанные с главными фигурами жизни ребенка, его родителями, создают ту канву, по которой родившимися в связи с ними переживаниями вышиваются узоры дальнейшей жизни.

Именно переживаниями событий, а не самими событиями. Это касается и ребенка, и наказывающих: их восходящие к собственному детству переживания определяют смысл, цели, стиль наказания.

Что означает родительская мотивация наказания: «Хочу, чтобы он(а) стал(а) лучше»? Как минимум – что ребенок недостаточно хорош. Психолог скажет о непринятии ребенка таким, какой он есть. «Если я тебя придумала, стань таким, как я хочу» – слова песни точно описывают установки родителей, наказывающих за отклонения от придуманного ими образа идеального ребенка.

Могу ли я убедить взрослого в том, что родители вовсе не имели в виду, что он плохой, а действовали из любви к нему?

Но это тупиковый путь: никому еще не удавалось вырастить из льва кролика и наоборот. Цена его – постоянные конфликты.

Ребенок улавливает эту неудовлетворенность, это отвергание. Не быть таким, какой он есть, означает для него «не быть», и наказание становится знаком того, что он плохой. Из этого вырастает страх лишиться родителей, остаться одному.

Ответная реакция психики ребенка – коктейль из снижения самооценки и самоуважения, протеста, агрессивных чувств в адрес родителей, которых он одновременно любит, чувства вины за то, что «он плохой», и за «нехорошие» чувства в адрес родителей.

Он пытается достичь какого-никакого душевного комфорта, старается «быть хорошим», но получает все новые и новые наказания, так как его идеальный портрет и у родителей довольно расплывчат, а уж он-то его вообще не представляет и то и дело попадает впросак.

Надо ли говорить, что это путь формирования не только невротических симптомов, но и невротической личности с множеством проблем в будущей жизни? Могу ли я как психотерапевт убедить проделавшего в детстве этот путь взрослого в том, что родители вовсе не имели в виду, что он плохой, а действовали из любви к нему? Причем так убедить, чтобы невротические симптомы и проблемы оставили его. Задача нереалистичная.

Наказание должно не ломать душу, а помогать ребенку осваивать жизнь методом проб и ошибок

Шрамы на душе – как шрамы на теле, они не исчезают оттого, что вы изменили мнение о причинах их появления. Какое у меня право убеждать пациента в том, что неизвестные мне его родители много лет назад не имели в виду, что он плохой? И не моя это задача как психотерапевта – в чем-то убеждать пациента.

Моя задача – помогать ему распутывать годами запутывавшийся клубок его переживаний, добираться до тех из них, с которых все и начиналось, осознавать остававшееся неосознанным и разрешать те внутренние конфликты, из которых его беды росли.

Возвращаясь к наказанию, замечу: оно может и должно не ломать душу, а помогать ребенку осваивать жизнь методом проб и ошибок. От всех ошибок мы его не предохраним, да и учат они многому. Но помочь делать и повторять их поменьше, при этом извлекая из них уроки, можем.

Это предполагает не «я хочу, чтобы ты был лучше», а принимать ребенка таким, какой он есть, чтобы наши реакции были обращением к его способностям и внутренним ресурсам. На таком пути и способы наказания, и их восприятие ребенком иные. Не говоря уже о том, что родительство оказывается не изнурительной дрессировкой, а радостью.

P на эту тему
  •   

Psy like
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

  • MihTimak   
    187 недель назад

О том и речь, что родителям часто нужен удобный для них ребёнок, и они пытаются втиснуть его в прокрустово ложе своих представлений о том, каким он должен быть, и пытаются сломить его сопротивление. В статье "Моё дитя - мой друг", опубликованной в журнале "Работница" №3 за 1997 год, тогдашняя (а, возможно, и нынешняя) главный редактор Зоя Крылова пишет: «Он, этот малыш, не наша любимая собственность. Он - существо, равное нам во всём, а мы даны ему, чтобы он достойно вошёл в большой мир.» Я перепечатал эту статью в своём ЖЖ: www.mihtimak.livejournal.com/7243.html кому интересно - прочитайте.
Psy like0

Хорошая статья.
Psy like0
новый номерСЕНТЯБРЬ 2017 №20137Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что такое счастьеЧто такое счастьеЧто мы можем сделать для того, чтобы стать счастливее? Больше зарабатывать, путешествовать, создать образцовую семью? Счастье похоже на причудливую картину, которая для каждого выглядит по-разному. «Наша задача – научиться быть счастливыми», - говорит психолог Михай Чиксентмихайи, автор теории «потока», самой доступной формы счастья. Досье поможет прислушаться к себе, разобраться в том, чего мы хотим на самом деле, и показать миру свой внутренний свет. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты