«Спешка обесценивает жизнь»

Времени всегда мало, но нужно так много успеть. И мы торопимся жить, жаждем срочных результатов и пытаемся удовлетворить каждое свое желание здесь и сейчас. Не теряем ли мы главное в этой спешке? Размышляет гештальт-терапевт Илья Латыпов.
«Спешка обесценивает жизнь»

Быстро возникающая страсть, исчезающая после одной ночи, – вместо осторожного сближения и узнавания, когда появляется шанс на что-то большее, чем один оргазм… Вместо подбора стройматериалов, учета особенностей местности и климата – быстро построенный дом, который начинает разваливаться через полгода.

Вместо вдумчивого перехода от одного состояния к другому – быстрое переключение от одного значимого дела к другому, не дающее наполниться тем, что проживалось.

Спешка обесценивает то, что было, не дает ощутить вкус жизни, который бывает и сладким, и горьким. Но это вкус жизни… У любого большого дела есть послевкусие. Если его не ощутить, не прочувствовать, не дать себе времени на него – как будто и не было ничего.

Сейчас мне грустно оттого, что завершился относительно короткий, но насыщенный событиями и эмоциями момент моей жизни. Но грусть дает мне ощутить ценность того, что было. И ценность для меня тех людей, с которыми я разделял свои чувства. А радость и удовольствие, добавленные к печали, создают неповторимое послевкусие, сбежать из которого – опустошить себя.

Голос жизни бывает тихим. Это шепот, который пытается пробиться сквозь рев машин на улице, голоса коллег/начальства/родных/друзей… Трудно сосредоточиться на нем, если бежишь синхронно толпе, в ритме большого мегаполиса – или даже просто стоишь в переполненном общественном транспорте.

Трудно вообще осознать цену вещам, людям и происходящим процессам, если переходишь с шага на бег… Слова таксиста, неторопливо едущего по городу, в ответ на мое нетерпение: «Я так думаю: лучше опоздать на работу на 15 минут, чем успеть на кладбище».

Не остановиться, не замереть – а идти дальше, но медленно, не пропуская деталей разворачивающейся картины

Чтобы пробиться через собственные фантазии о человеке к живому и реальному человеку (или опыту) – нужно время и неторопливое внимание.

Быстрые реакции, импульсивные ответы – все они опираются на заранее припасенные шаблоны, на иллюзии о том, как и что устроено у другого человека… Разглядеть другого я могу, лишь неторопливо приближаясь и наблюдая ответное движение: навстречу мне, от меня, или же настороженное, внимательное ожидание.

Разглядеть себя – тоже. Сколько раз мое импульсивно реализованное «хочу!» сменялось неудовлетворенным «зачем!?»… А можно было сделать паузу: «Сразу не буду, потому что первое побуждение бывает неверным». Или просто замедлить шаг. Не остановиться, не замереть – а идти дальше, но медленно, не пропуская деталей разворачивающейся картины.

И иногда, столкнувшись с искушением «хочу!», искушением быстрого и немедленного удовлетворения импульса, я задаю себе вопрос: «А что будет дальше?» И нередко обнаруживаю там пустоту и тоску, которую хочется снова и снова забивать импульсом и спешкой…

Значит, не туда мое «хочу»…

Это не значит, что любой импульс – зло. Ведь жизнь – не только неторопливое течение ритма природы, когда век от века встает солнце, сменяются сезоны и «все возвращается на круги своя». Это ведь и резкий рывок леопарда после долгого ожидания и выслеживания добычи, рывок, в который вложена вся накопленная за время ожидания энергия.

Это спонтанность танца, в котором мы сбрасываем накопленную усталость и снова обретаем свободу тела…

Можно приклеить к гусенице крылья, но вряд ли она сможет ими воспользоваться…

Хороший импульс – тот, что созрел, был подготовлен. И не лихорадочными усилиями, а постепенным созреванием.

Рождению бабочки предшествует стадия куколки. Можно, конечно, быстро и эффективно приклеить к гусенице крылья, но вряд ли она сможет ими воспользоваться…

Спонтанность, свобода в движении и чувствах созревают, а не «накатывают». И этим я отличаю спонтанность от импульсивности, когда импульс задан извне и, никак не преломившись в душе, резко провоцирует действие.

Спешить некуда. Все, что происходит быстро, живет недолго. Спешить действительно некуда… Больше и быстрее – формально лучше, чем меньше и медленнее. Но меньше и медленнее лучше, чем ничего и никак. А жизнь не сильно-то жалует крайности.

«Лосось – стремительный, сильный и неутомимый. Он проплывает тысячи километров. Покоряет пороги и течения. Бороздит отмели и запрыгивает на водопады. Без сна. Без отдыха. В постоянном сражении со стихией. Он преодолевает все преграды, откладывает икру и, совершенно изможденный, дохнет. Так вот, запомни. Ты не лосось».

P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что такое счастьеЧто такое счастьеЧто мы можем сделать для того, чтобы стать счастливее? Больше зарабатывать, путешествовать, создать образцовую семью? Счастье похоже на причудливую картину, которая для каждого выглядит по-разному. «Наша задача – научиться быть счастливыми», - говорит психолог Михай Чиксентмихайи, автор теории «потока», самой доступной формы счастья. Досье поможет прислушаться к себе, разобраться в том, чего мы хотим на самом деле, и показать миру свой внутренний свет. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты