psyhologies.ru
тесты

Обозреватели


Вадим Ротенберг
Вадим Ротенберг
психофизиолог, профессор Тель-Авивского университета (Израиль). Его сайт: rjews.net/v_rotenberg

Чем «ясные» сновидения отличаются от обычных?

Почему мы помним не все сны? Что было бы, запоминай мы все, что происходит с нами в сновидениях? И почему иногда мы отчетливо понимаем, что видим сон, но все же продолжаем участвовать в его событиях?
alt

Каждый из нас видит и переживает сновидения по несколько раз за ночь, но запоминаем мы далеко не все по нескольким причинам. Мы не всегда из них пробуждаемся, даже ненадолго, и когда мы из так называемого «быстрого» сна, во время которого и появляются сновидения, переходим в другие фазы сна, сновидение, оставшееся в прошлом, в памяти не задерживается. И это счастье для нашей памяти! Какие ресурсы оставались бы у нее для нашей повседневной жизни, действительно требующей запоминания событий и множества сведений, если бы эти воображаемые впечатления, которые мы получаем по 4-5 раз за ночь, заполняли всю память?.. Кроме того, в сновидениях часто происходят события столь необычные, что понять их без профессионального психологического анализа невозможно. Да и всегда ли адекватен этот анализ? Так зачем их запоминать?

Интенсивные психические переживания (сновидения) в быстром сне есть не только у нас, но и у высших животных, лишенных тех внутренних конфликтов между мотивами, от которых, по представлению психоаналитиков, сновидения должны защитить. Но если сновидения свойственны и животным, и людям, естественно предположить, что они выполняют какую-то общебиологическую функцию, сходную у всех видов живых существ, у которых есть быстрый сон.

На основании теоретического анализа результатов исследований многих ученых и наших исследований, проведенных совместно с проф. В.В. Аршавским, я пришел к выводу, что задачей сновидений является восстановление поисковой активности, о которой я много писал. Поисковая активность – это активное поведение, меняющее ситуацию, в которой находится субъект, или его отношение к этой ситуации, при отсутствии определенных прогнозов результатов поиска (иначе это было бы стереотипное поведение), но при постоянном учете этих результатов для коррекции направления поиска (иначе это было бы хаотическое поведение). Именно благодаря поисковой активности мы можем не только приспосабливаться к сложному и меняющемуся миру, в котором живем, но и сами менять его в процессе поведения и творчества. Поисковая активность необходима для развития популяции, для онтогенеза и филогенеза.

читайте также«Сон, открывший мне глаза»

Поисковая активность требует от организма больших энергетических затрат и поэтому сама способствует восстановлению энергии и повышает устойчивость организма к стрессам и сохраняет здоровье. Благодаря этой системе с обратной связью субъект здоров, пока сохраняется сам процесс поиска. Когда этот процесс обрывается даже достижением желанной цели, это может отрицательно сказаться на здоровье. Но особенно опасно для организма, если процесс поиска прекращается из-за тяжелого стресса, связанного с регулярными неудачами в процессе поиска. А ведь поиск – это рискованное поведение, и от неудач никто не застрахован. Они могут вести к отказу субъекта от поиска, к капитуляции перед трудностями, и такая реакция увеличит риск заболевания. Поэтому необходим механизм, восстанавливающий поисковую активность. Быстрый сон и сопровождающие его сновидения как раз и обеспечивают такое восстановление (если они функционально полноценны), ибо в самом сновидении регулярно происходит поиск сменяющих друг друга проблем. В отличие от бодрствования, этот поиск происходит в условиях виртуальной реальности, когда совершенные ошибки и промахи не ведут к реальному ущербу для видящего сон и не наказуемы. Поэтому поиск в сновидениях гораздо более свободный и гибкий, чем в бодрствовании, нет необходимости в постоянной коррекции его направлений в зависимости от объективных результатов, важен только сам процесс, и в отличие от бодрствования он может быть хаотичным. Во время быстрого сна двигательная система парализована, мышечный тонус падает, и какие бы активные поступки человек ни совершал во сне, они не вызывают реальных движений, которые могли бы нанести вред ему самому или его близким.

Такой свободе ментальной поисковой активности способствует и то, что человек чаще всего не осознает, что он видит сон. Он воспринимает события и свои действия в сновидении как реальные, он не видит себя и свои воображаемые действия со стороны, он весь живет в сновидении как в реальности, но не критичен к ней и поэтому может совершать поступки, совершенно невозможные в бодрствовании.

Эта неспособность воспринимать себя спящим и видящим сны связана с торможением левой передней лобной доли мозга, ответственной за самосознание. Такое отсутствие видения себя извне способствует свободе виртуального поиска.

Но иногда бывают исключения. Здоровый человек может видеть сновидение и осознавать, что он спит и видит сон. Ля Берг, особенно подробно исследовавший это явление, называет такие сновидения «ясными» – человеку ясно, что то, что он в этот момент видит и переживает, сон, а не реальность, что он спит и в то же время участвует в своем сновидении.

Разумеется, такое «ясновидение», такой взгляд на себя и свой сон как бы извне, с включением критического отношения к происходящему в сновидении, ограничивает возможности поискового поведения, его свободу от оценки, его раскрепощенность. Но интересно, что характерны они именно для здоровых людей, у которых эпизодически возникают благодаря временному восстановлению физиологической активности передней лобной доли мозга.

Какова же их функция?

Есть данные, что они часто возникают как раз тогда, когда происходящее в сновидениях травмирует видящего сон, носит устрашающий характер.

Если это так, то «ясность» сновидения, понимание, что это всего лишь сновидение, выполняет особую роль защиты самого сновидения. Процесс свободного поиска в сновидении может иногда вести к таким впечатлениям и переживаниям, которые вызывают чувство ужаса и могут вызвать пробуждения в состоянии кошмара. Чего мы только не видим в сновидениях, особенно после пережитых поражений, вызывающих состояние беспомощности! И чтобы не проснуться с этим ощущением кошмара и продолжить поиск во сне, очень полезно отнестись в данный момент к увиденному как всего лишь к сновидению, как к фильму. А потом перестать его просматривать и опять включиться в воображаемую жизнь в сновидении, воспринимаемую как реальность.

читайте такжеО чем догадалась наука
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2016 №11128Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье