psyhologies.ru
тесты

Обозреватели


Вадим Ротенберг
Вадим Ротенберг
психофизиолог, профессор Тель-Авивского университета (Израиль). Его сайт: rjews.net/v_rotenberg

Мама, твердо знающая, «как надо»

Хорошо помню историю, рассказанную мне одной женщиной в надежде, что я научу ее воздействовать на уже взрослую дочь. Мама была уверена в своих самых лучших намерениях и в том, что она действует исключительно в интересах дочери.
alt

Помню, что я попросил ее рассказать о дочери и об их отношениях начиная с самого раннего детства. Девочка часто болела, легко подхватывала инфекции, ела без аппетита. Мама уверила себя, что болезни ребенка объясняются недоеданием, и считала своей обязанностью сытно ее кормить. Но это встречало сопротивление дочери: она отказывалась от еды. Женщина с гордостью рассказала, что она буквально насильно всовывала ей в рот ложки с кашей… Дочь выплевывала еду, а иногда, по утверждению мамы, нарочно доводила себя до рвоты. Женщина считала это проявлением упрямства, нежеланием подчиниться ее правильным требованиям и пыталась ребенка перебороть. Со слов матери, у дочери были и другие проявления упрямства: с раннего детства девочка отказывалась выполнять многие ее советы и требования, а когда повзрослела, стала просто их игнорировать.

читайте такжеКогда матери «шутят»

Мама не задавалась вопросом, откуда берется это упрямство. Она была уверена, что сопротивление – признак скверного характера. Когда женщина рассказывала мне о том, как крошечный и не вполне здоровый ребенок отказывается от еды, она говорила об этом так, как будто девочка не ела специально, с единственной целью – досадить. Что усиливало желание мамы настоять на своем. Ей и в голову не приходило, что она делает это потому, что нуждается в ощущении полной власти над ребенком, а свои поступки оправдывает тем, что действует в интересах дочери. Она и не пыталась понять, что чувствует девочка, совсем не переживала за нее, что не могло не ощущаться дочерью: дети очень чувствительны к эмоциональным связям и тяжело переживают их отсутствие. Возможно, поэтому многие требования матери вызывали у девочки протест, хотя могли бы встретить понимание, если бы в семье сложились другие отношения.

Между тем известно, что протест ребенка против требований безоговорочного подчинения (особенно когда отсутствуют объяснения, зачем это нужно, а также нет эмоциональной связи с матерью) может пойти ему на пользу. Он начинается почти как инстинктивная реакция на пренебрежительное отношение к себе, а затем это сопротивление может развиться в умение отстаивать право на свое мнение, навык добиваться собственной цели, то есть все то, что обычно повышает самоуважение. И дальнейшая судьба дочери говорит как раз в пользу этого предположения. Девочка выросла, закончила институт, состоялась профессионально, построила благополучную семью (о чем ее мама рассказала как будто бы между прочим).

То, что действительно беспокоило маму (и она говорила об этом с обидой и раздражением), – что дочь и сейчас не посвящает ее в детали своей жизни и не позволяет вмешиваться в воспитание внука. Но иногда, по словам мамы, в дочке все-таки «просыпается совесть» и она навещает ее, приносит подарки. Впрочем, она не придает им значения и визиты нередко заканчиваются привычными конфликтами. Единственное, что ей хочется, – чтобы дочь выполняла ее распоряжения и прислушивалась к ее советам… Но достичь этого ей не удается.

Как правило, выросшие дети, которые сумели преодолеть внутренний кризис, вызванный конфликтом с родителями, живут с надеждой, что родители изменятся. Эта надежда – признак неисчерпаемого кредита доверия к матери (или отцу), к ее (его) личностному потенциалу. Подарки, которые привозила с собой взрослая дочь, были не попыткой задобрить маму, а проявлением надежды на возможность подлинной близости. Но надежда каждый раз разбивалась. Поскольку мама никогда не нуждалась в хороших отношениях с дочерью, сколько бы она ни утверждала, что стремится к ним. Под «хорошим отношением» она, сама того не осознавая, имела в виду только контроль.

Но дочь не готова с этим смириться. Она продолжает ездить, готова помогать, если потребуется… Помогать матери, чьи установки неприемлемы и с кем возможен конфликт?.. Очевидно, что поступать так может только по-настоящему уважающий себя человек, не чувствующий себя ни от кого зависимым.

Мать тогда спросила меня: «Есть ли у меня дочь?» Но на мой взгляд, у дочери было гораздо больше оснований спросить: «А есть ли у меня мать?»

читайте такжеДональд Вудс Винникотт, лучший друг матерей
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2016 №11128Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье