psyhologies.ru
тесты
текст: Подготовила Виктория Белопольская,  Сандра Флауэлс 

Энн Хэтэуэй: «Я кое-что узнала о любви»

Она не любит скрытничать и не любит публичности. Называет себя везучей и пережила личную драму. Стала героиней в глазах девчонок, и ее уважают взрослые мужчины-режиссеры. Там, где у других «но», у нее всегда стоит «и». Встреча с Энн Хэтэуэй, которая не делит жизнь на плюсы и минусы.
Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)

Ее называют второй Джулией Робертс – из-за ослепительно широкой улыбки. И второй Джули Эндрюс – из-за того, что может профессионально петь. Но если бы вы, как я, видели, как она входит в нью-йоркский ресторан Water’s Edge, вы, как и я, не сомневались бы: она просто не может быть ни второй Робертс, ни второй Эндрюс. Она вообще не может быть второй. Между Джулией и Джули она обязательно найдет свое, только свое место. А к первому и стремиться не будет. Вот как сейчас – пропустила вперед себя официанта с подносом… «Потому что он на работе, а я всего лишь поговорить пришла», – объяснит она потом. У нее манеры коренной жительницы Нью-Йорка – свободная пластика и непринужденная мимика при общей предупредительности: дитя большого, перенаселенного гор ода , она явно привыкла учитывать интересы соседа. «А папа мне говорит: ты давно в метро заходила? Я же ему отвечаю: мне не надо обновлять впечатления, метро всегда со мной – оно у меня в крови».

Она не кокетничает и не играет в демократический политес, просто точно знает, кто она и откуда. И что играть где-либо помимо сцены и экрана неуместно. Да и незачем – на нее и сейчас будто направлен софит: у нее такая белая, такая фарфоровая кожа, и такие яркие глаза, и такие несоразмерные – и фантастически гармоничные – губы… И только начав разговор, вдруг понимаю: девушка в джинсах, голубой рубашке в мелкую, изысканно-васильковую клеточку и синих замшевых мокасинах, эта красавица и звезда поразительно похожа… на мальчишку, угловатого мальчишку, сорванца и задиру.

Psychologies:  Как вы чувствуете, Энн, ваша красота помогает вам жить?
Энн Хэтэуэй:  Спасибо за комплимент, конечно. Я нахожу, что у лица моего действительно есть преимущество – оно изменчиво, гуттаперчево. Полезная штука в нашем деле. Насчет красоты… не думаю, что это такая уж нужная вещь. Миллионы людей живут без нее и счастливы. С ней тоже можно быть счастливым. Но уж точно не благодаря ей.
Вы хотите сказать, что не придаете особого значения внешности?
Э. Х.: Своей? Придаю. Она имеет большое значение: из-за нее мне не достанутся многие любопытные роли, из-за нее мне в беде особенно не сочувствуют – как будто я априори везучее других. Я рассматриваю внешность как инструмент. Но можно использовать и другие. Мозги, например.
Так вы считали и тогда, когда были подростком?
Э. Х.: В детстве я была сорванцом, а подростком – оторвой. Кроме того, я вовсе не была красавицей. До 14 лет ходила исключительно в рубашках старшего брата и мальчиковых ботинках, а после 14… Ну, я же из 90-х, из поколения «гранж»! Конечно, носила какое-то рванье с этноакцентом и презирала косметику. И родители со мной намучились: тинейджерский бунт гормонов у меня выразился в депрессиях, приступах ярости и ненависти к себе, к собственному телу в частности. А вследствие чего и ко всем окружающим. Годам к 18 я начала смотреть на себя со стороны и прекратила выглядеть уж совсем вопиюще. Кроме того, одна школьная подружка получила флаер-приглашение на два лица на сеанс make-up от Lancome. Когда визажист закончила работу, я была потрясена! Я понравилась себе, и это был шок. И главное, мне понравился этот ритуал – ухода за собой, украшения себя, даже исправления. В нем была какая-то глубинная
Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)
То есть вы отделяете себя от своего тела? Ваше тело – это не вы?
Э. Х.: После поездок с благотворительными целями по некоторым странам, где тысячи людей пострадали от противопехотных мин, и встреч с этими людьми я сказала себе: глупо сожалеть, что у тебя с талией не очень и «нижний этаж» тяжеловат, – ты хотя бы можешь ходить. Тело доставляет меня туда, куда я хочу – в карьерном и территориальном смыслах. Я его тренирую в спортзале и одеваю. Но я не из тех, кому нужны три гардеробные. В душе я почти дауншифтер.
Да, многим известна история о том, как вы отказались забрать себе все эти дизайнерские вещи, в которых снимались в «Дьявол носит Prada»...
Э. Х.: А зачем они мне? Для официальных случаев костюм найдется, а в моем кругу так не одеваются.
То есть у вас, голливудской звезды, какой-то особый круг, в котором не носят Prada?
Э. Х.: Я в этих случаях говорю: и Бог не носит Prada! А круг у меня устойчивый: университетская подруга Тереза, двоюродная сестра Мередит, братья, Майк и Том. Майк работает моим ассистентом, а точнее союзником и советчиком, а Том учится в Британии, в Оксфорде, но мы с ним часами разговариваем по Skype, когда у него ночь, а у нас в Нью-Йорке вечер… Еще у меня трое школьных друзей и чудесная компания из колледжа – вот уж кто умеет зажечь! И конечно, родители. А из кино в жизнь я привела только одного друга – Эмили Блант, с которой мы вместе играли как раз в «Дьяволе…». И вместе голодали – потому что моей героине из «Энди, 6-й размер» надо было стать «Энди, 2-й», и у Эмили была та же драма. Невозможно забыть, как мы плакали, обнявшись, – от голода. Это почти фронтовая дружба.

«Я РАССМАТРИВАЮ СОБСТВЕННУЮ ВНЕШНОСТЬ КАК ИНСТРУМЕНТ. НО ВЕДЬ МОЖНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ И ДРУГИЕ. МОЗГИ, НАПРИМЕР».

Если уж вы упомянули Бога… Говорят, вы, как и вся ваша семья, вышли из лона католицизма, когда ваш старший брат решил не скрывать, что он гей, – поскольку католическая церковь осуждает гомосексуализм. Вам бы хотелось найти больше терпимости у Бога?
Э. Х.: Мне вообще хотелось бы найти Бога. Я в процессе. И не знаю, найду ли я его. И в чем он. Но мы отказались от католицизма не потому, что ищем комфортабельную веру, а из солидарности. Не худшее из чувств, согласитесь. Зачем мне такая религия, которая разлучает меня с родным человеком? Мне важно было показать брату, что я с ним в любых обстоятельствах, кем бы он ни был. Что ему не надо бороться за то, чтобы мы приняли его таким, какой он есть. Это худшая из битв, уж поверьте.
Вы ведь и сами приняли участие в такого рода борьбе? Я имею в виду ситуацию с вашим бывшим бойфрендом…
Э. Х.: …осужденным за финансовые аферы. Знаете, два года, с тех пор прошедших, я избегала говорить на эту тему. А поскольку скандал вокруг Раффаэлло был очень громкий, полностью отвертеться не удавалось – например, в интервью по ТВ. И я отшучивалась. Но меня потрясло, просто потрясло, насколько легко меня осуждали.
Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)
Но, Энн, ведь действительно: вы расстались с Фолльери, когда на горизонте замаячил судебный процесс. Многие решили, что вы соглашались быть с ним «в радости и в богатстве», а не «в горе и в бедности». Вам ставили в вину безапелляционные высказывания в прессе о том, что вы решили расстаться с возлюбленным из-за вреда, который наносил вашей карьере скандал вокруг него.
Э. Х.: Не собираюсь оправдываться, но считаю важным всегда объясняться. Мне был 21 год, когда мы познакомились. Я влюбилась. Безголово и фатально. Мы были вместе около четырех лет. До моих 25. Это много. Это долго. И это было здорово, и роскошно, и шикарно – страсть, лофт в манхэттенской башне Трампа, благотворительный фонд… В конце концов, я ведь получила очень традиционное воспитание, мы просто средний класс, у родителей не было лишних денег – только необходимые для жизни семьи с тремя детьми. А тут и первый успех, и баснословное богатство возлюбленного. Я не разбиралась, откуда оно. А вы бы разбирались? Ответ ведь был очевиден: конечно, он зарабатывает так много, потому что он потрясающий – потрясающе умен, обаятелен, работоспособен, прозорлив. Мне, в конце концов, тоже ведь немалые деньги доставались не за малярные работы! Но потом, как-то исподволь, отношения начали разлаживаться. За год до скандала. Разговоры о каких-то моделях, с которыми видели Раффаэлло, пока я была на съемках. Споры. Разные мнения решительно обо всем и ожесточенное их отстаивание. Как-то я на цветочном рынке купила зацветшие веточки вишни. Нежные розоватые цветочки. Эти веточки месяц стояли в воде и через месяц все еще были прекрасны. Потом я уехала на выходные, возвращаюсь – нет веточек. Спрашиваю у горничной, она отвечает: «Синьор Фолльери попросил их выбросить». Раффаэлло всегда ценил качество. А веточки мои были уже не свежи… Мне стало понятно, насколько по-разному мы смотрим на вещи. Не в том смысле, что он не чувствовал красоты. Наоборот: он итальянец, вырос в красоте, его она всегда окружала – архитектура, культура, люди… Тоскана! Красота для него обыденность. А я американка и к красоте отношусь трепетно… В общем, отношения наши становились все более… болезненными. Отношения подтачивались, но еще хуже, что подтачивалось мое отношение к нему. За этот последний год я узнала кое-что новое о любви – оказалось, она не только способ отдавать, дарить, но и способ получать дары. Не подарки – дары… Я начала чувствовать себя обделенной – несмотря на лофт и спецповара для моей собаки! И задаваться вопросом: а стоят ли отношения боли? Небеспочвенной ревности? Я не знала ответа. А тут следствие, ФБР в квартире, мой дневник как улику конфисковали. И я ушла. Не выдержала новой порции боли. Ушла в никуда. Надо было где-то жить. Собаку отдала родителям. Сама поселилась у брата. Если бы не он, не папа с мамой, не знаю, что бы со мной было. Но сами собой вспомнились кое-какие привычки из детства. В детстве я легко дралась. Если оскорбляли – сразу в глаз. Я не объяснялась – в ответ на оскорбление надо бить. Выяснилось, что и сейчас могу врезать. Это принципиально.

«ЗАЧЕМ ТАКАЯ РЕЛИГИЯ, КОТОРАЯ МОЖЕТ МЕНЯ РАЗЛУЧИТЬ С РОДНЫМ ЧЕЛОВЕКОМ? Я ХОЧУ БЫТЬ С НИМ, КАКИМ БЫ ОН НИ БЫЛ».

Это был не нервный срыв, а именно принципы?
Э. Х.: Слушайте, психотерапевты принесли много пользы, но и много вреда – теперь вместо здравой моральной оценки все получают диагноз! Ленивый ребенок признается страдающим дефицитом внимания, безграмотный школьник – дислексиком. А вот у меня не принципы, а невроз. Ну хорошо, представьте себе ситуацию. Она имела место вскоре после моего разрыва с Раффаэлло, но до его ареста. Мы с братом в аэропорту Лос-Анджелеса, летим в Нью-Йорк. Стоим в очереди на проверку безопасности. Тут ко мне оборачивается человек, стоящий впереди, и спрашивает так беззаботно: «Энн, а ваш брат – педик?» Я уж замахнулась, чтобы засветить ему… Но кто-то сзади схватил меня за руку. Пожилой мужчина. Он потом объяснил – заехать хаму было все равно что положить чек ему в карман: среди папарацци был явно объявлен конкурс с золотым призом за фото меня плачущей… Этот человек и мой брат схватили меня, вытолкнули из очереди и довели до какого-то закутка за колонной, где я и разрыдалась… Я, конечно, понимаю: тот человек, что удержал меня, был прав, спасибо ему. Но, знаете, все-таки надо было врезать! Должно быть равновесие справедливости в природе.

Чувства вне гламура

Несмотря на внешность принцессы и большой успех в связи с ролью все той же принцессы, к выбору героинь Энн Хэтэуэй всегда относилась с ответственностью подлинно творческой личности. Поэтому в свое время она так боролась за совершенно антигламурную роль завязавшей наркоманки в независимой «низкобюджетке» «Рейчел выходит замуж». Поэтому же в нынешнем году снялась сразу в двух романтических комедиях – «Любовь и другие медикаменты» Эдварда Цвика и «Один день» Лоне Шерфиг. И Энн готова аргументировать свой выбор: «Несмотря на экономический кризис, людям остро не хватает не денег. Им не хватает чувств, чувств друг к другу, переживаний и сопереживания. Поэтому я и играю сейчас про любовь, ее нелепости и открытия».

Вы считаете, что лучше верить в равновесие добра и зла?
Э. Х.: Конечно. В равновесие справедливости – да. Я больше всего ценю верность, могу все простить, кроме обмана доверия. И сама человек преданный, просто по характеру. А тут меня обвинили в предательстве, да еще кто-то решил на этом нажиться – и нельзя дать отпор?
То есть вы хотите, чтобы было как в кино, как в вашем «Дьявол носит Prada» – начальница, монстр и тиран, получает в финале по заслугам, а хорошая девочка обретает счастье?
Э. Х.: О’кей. Расскажу вам историю. А мне ее рассказал один человек, теперь продюсер, когда я собирала материал как раз для «Дьявола…». Я ведь играла личную ассистентку главного редактора модного журнала, так что расспрашивала людей, когда-либо работавших личными ассистентами значительных лиц. И тот продюсер рассказал, что в молодости работал личным ассистентом одного актера, знаменитости, тогда мегазвезды. Однажды ему пришлось сообщить шефу чрезвычайно неприятные новости, не трагические, но неприятные – про деньги. Он некоторое время говорил, а актер развернулся и как даст ему кулаком прямо в лицо! Тот инстинктивно уклонился, благодаря занятиям в школе боксом, но почувствовал холод на лице – от волны воздуха. Тем же вечером актер прислал к его дому роскошную машину, подарок. И тот ассистент его принял. И продолжил работать у актера. Потому что актер попытался – да, неловко, вещью, только вещью – но восстановить баланс справедливости в мире. Извиниться.
А вы бы на месте ассистента приняли подарок?
Э. Х.: Я – нет. Если бы взяла, всегда бы чувствовала ту холодную волну на лице. По моим принципам, звезда должна была извиниться по-настоящему, глядя в глаза жертве. Купить за деньги справедливость нельзя . Несправедливость не компенсируется вещью. Но я засчитываю попытку. Потому что знаю, теперь знаю: за каждым жизненным минусом встает плюс, за неудачей – урок, за потерей – новая возможность. Мое расставание с Раффаэлло заставило меня вспомнить о принципах. Один британский юморист сказал: «Худшее из происходящего с тобой может стать лучшим для тебя, если не выбьет лучшего из тебя».

«ТЕПЕРЬ Я ЗНАЮ: ЗА КАЖДЫМ ИЗ НАШИХ ЖИЗНЕННЫХ МИНУСОВ ВСТАЕТ ПЛЮС, ЗА ПОТЕРЕЙ — УРОК, НОВАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ».

Это правда, что некоторое время назад вы думали бросить актерскую профессию?
Э. Х.: Правда. Не понимала, что такого важного я делаю, играя принцесс. Повышаю свою актерскую ставку? Ращу карьеру? Как раз тогда Энг Ли предложил мне роль в «Горбатой горе». Думаю, сыграю, а там увидим. А потом мы поехали в Венецию на фестиваль… До показа там я фильм не видела. Если помните, я появляюсь далеко не в начале картины. И вот незадолго до своего первого эпизода я вылетела из зала. Выбралась из ложи группы, со своего почетного места, и побежала в туалет – закрыться в кабинке и отдышаться. Фильм был такой прекрасный, такой чувственный, такой пронзительный. Мне стало ясно: я появлюсь и все испорчу. Но надо было вернуться, и я заставила себя. Вошла как раз на крупном плане своей обнаженной груди! О, это особое ощущение… «Ну, хоть отважно», – сказала я себе. И мне стало как-то легче. Яснее. Оставшись актрисой, я смогу иметь отношение к таким фильмам. К фильмам, способным изменять мир.
И вы поняли, что хотите изменить мир к лучшему?
Э. Х.: Как раз и нет. То есть да. То есть, понимаете, тогда я словно очнулась. Папа, мой папа, который настоял, чтобы я поступила в университет, потому что образование дисциплинирует мозги, всегда говорит: всякую мысль надо додумывать до конца. Даже если страшно, если неприятно, нельзя останавливаться на удовлетворяющем тебя в данный момент ответе. Надо думать дальше. И двинувшись дальше, я поняла: это перфекционизм. Перфекционизм – считать, что ты должен делать нечто идеальное, безусловно важное, изменять мир к лучшему. И у китайцев, говорят, есть такая пословица: «Мир изменить легче, чем свою жизнь». Одним словом, с тех пор я делаю то, что считаю важным не абсолютно, а в своем, небольшом, масштабе: учусь готовить – а хуже меня этого не делает никто! – играю в фильмах, которые могут кому-то понравиться, пусть и не факт, что в шедеврах.
А свою жизнь вы никак не собираетесь изменить?
Э. Х.: Выйти замуж, например? Это странно: я семейный человек, самые близкие мне люди – мои родные, папа, мама, братья. Мои родители вместе 28 лет, я совсем не романтизирую их отношения, они пережили всякое, но они вместе и мы семья. И я вижу себя в семье, но совсем не вижу себя в браке, подписавшей некие брачные обязательства. Я не знаю, как разрешить это противоречие. Но, наверное, узнаю позже. В жизни всегда рано или поздно узнаешь то, чего не знал раньше.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)

Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)

Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)

Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)

Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)

Энн Хэтэуэй (Anne Hathawaу)

  • 1982 В Нью-Йорке, в семье Джеральда Хэтэуэя, юриста, и Кэйт Макколи, театральной актрисы, родился второй ребенок – дочь Энн Жаклин (братья – Майкл и Томас – соответственно старше и младше ее).
  • 1988 Семья переезжает в городок Милбурн, пригород Нью-Йорка.
  • 1995 Энн участвует в школьных постановках, учится пению.
  • 1997 После того как Майкл открыто заявляет о своей гомосексуальной ориентации, семья прерывает связь с католицизмом, а Энн оставляет намерение в будущем принять монашеский обет.
  • 1998 Получает награду «Восходящая звезда» театрального центра The Paper Mill Playhouse в номинации «Лучшая актриса в школьном спектакле»; выступает со сборным хором учеников школ восточных штатов США (в том числе в Карнеги-холле).
  • 1999 Поступает в престижный Vassar College, где изучает женское право и филологию; первая роль на ТВ – в сериале Get Real.
  • 2000 Учится в Университете Нью-Йорка (NYU) по специальности «филология».
  • 2001 Дебют на большом экране – в фильме «Глаз бури» Митча Дэвиса; «Как стать принцессой» Гэри Маршалла.
  • 2004 «Заколдованная Элла» Томми О’Хавера; начинает личные отношения с Раффаэлло Фолльери, 25-летним итальянским бизнесменом.
  • 2005 «Горбатая гора» Энга Ли; работает в основанном Фолльери благотворительном фонде, посещает страны Латинской Америки в рамках программы вакцинации детей против ряда инфекционных заболеваний.
  • 2006 «Дьявол носит Prada» Дэвида Фрэнкела.
  • 2007 «Джейн Остин» Джулиана Джарролда.
  • 2008 Становится «лицом» аромата Magnifi que Lancome; «Пассажиры» Родриго Гарсии; «Напряги извилины» Питера Сигала; расстается с Фолльери, обвиненным в финансовых махинациях; начинает личные отношения с актером Адамом Шульманом.
  • 2009 Номинирована на «Оскар» и «Золотой глобус» за роль в «Рейчел выходит замуж» Джонатана Демми; «Война невест» Гэри Виника; роль Виолы в спектакле «Двенадцатая ночь» нью-йоркского театра Delacorte.
  • 2010 «Алиса в Стране чудес» Тима Бертона; «День святого Валентина» Гэри Маршалла.
Источник фотографий: FOTOBANK
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

  • Alina   
    321 неделю назад

Если честно мне интервью не понравилось.После стольких душевных и раскрывающих характер человека бесед,читать такие вопросы к актрисе неприятно.Может быть просто не надо было ее раздражать сильно вопросами о бывшем бойфренде,а то такое впечатление что она и журналистке сейчас в глаз даст,как ей этого обычно хочется=)
Psy like0
  • billinfo   
    338 недель назад

www.billinfo.ru/
Psy like0

...статью еще не прочла, но фотография удивила сразу и очень. такая простая, как могла бы стоять у многих из нас "вконтакте" или на фэйсбук. в глянце так не хватает такой жизненности... это фото приблизило нас с ней - в своей обычности и неровности кожи она очень на меня похожа;) на красоту не претендую но это так приятно видеть обычных людей и обычные не доведенные до совершенства фотошопом фотографии. спасибо автору фото! искреннее, настоящее
Psy like0
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Антистресс: как жить спокойнееАнтистресс: как жить спокойнееМы часто ищем способ снизить напряжение и избавиться от стресса. Но забываем, что стресс дает нам шанс лучше осознать свои эмоции, перестать их бояться и обрести внутренне умиротворение. Что такое стресс с точки зрения нейропсихологии и что мы можем ему противопоставить? Как избежать истощения и согласовать требования общества с личными интересами? Досье поможет распознать тревожные сигналы, определить причины стресса и найти жизненный баланс. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты