psyhologies.ru
тесты
текст: Алла Ануфриева 
PSYCHOLOGIES №9

Анна Ардова: «Когда дочь замыкается в себе, я набираюсь терпения и жду»

Чтобы радоваться встрече, не обязательно сначала пережить разрыв. Чтобы понять друг друга, не всегда нужно выяснять отношения. Порой сама жизнь помогает нам почувствовать единство... Что помогает матери и дочери быть ближе? Анна и София Ардовы, а также Алла и Юлия Латынины делятся своими историями.
Анна Ардова и ее дочь София. Анна Ардова и ее дочь София. ФОТО Тимур Артамонов  

«Дочь помогает мне работать над собой»

Анна Ардова, актриса

Соня – мой друг и подарок на всю жизнь. Когда она была маленькой, я к ней придиралась, многого от нее требовала, как от самой себя. Подростком она закрывалась от меня, я видела, что у нее что-то происходит, расспрашивала, а она в ответ: «Мам, я переживу это, а потом расскажу». Меня это поражало, потому что я совсем другая, мне надо со всем миром обсудить свои трудности.

Но Соня выросла, и отношения изменились, стали равноправными. Я горжусь ее актерскими успехами, хотя мне важнее, чтобы она была счастлива. Я могу посоветоваться с ней по любому поводу, даже профессиональному, – она человек разумный, тонко чувствующий. Мы говорим обо всем, кроме, может быть, самых интимных вещей.

Любим вместе смотреть кино, ходим в бассейн и по магазинам. И нам хорошо. У меня с мамой особой близости не было. Помню, как мне в подростковом возрасте остро не хватало ее одобрения, поддержки. У мамы после отца было еще два мужа, и я ощущала себя ненужной. Я очень часто Соню хвалю, обнимаю, целую, даже перебарщиваю. Иногда она замыкается в себе, и тогда я набираюсь терпения и жду, что мне совсем не свойственно.

Вообще Соня – очень хороший учитель. Вот, например, я долго не могла понять: почему она себя ругает? Ответ мне подсказал психолог, спросив: а вы сами себе нравитесь? Нет. Дочь видит, что вы собой недовольны, и привыкает так же к себе относиться.

Так что я учусь любить и принимать себя. Как же трудно мне это дается!

«Я другая, но уже не стремлюсь это доказывать»

Софья Ардова, 20 лет, актриса

Моя мама – суперженщина. Я любила ее всегда, но по-настоящему мы начали общаться и дружить только после того, как я поступила в театральный колледж. Я всегда была ершистой и терпеть не могла, когда она меня обнимала. Лет до 13–14 я ей ничего не рассказывала, у меня для этого были друзья. Все время проводила на улице, ни в чем с ней не соглашалась и даже когда видела, что она права, не признавала этого вслух. А потом, когда я поступила в колледж, где меня не сразу приняли, мама стала мне светом и огромной поддержкой. Я поняла, что мне с ней интересно, что она всегда поймет.

Мы доверяем друг другу, я храню ее тайны, она – мои

Мы с ней всегда смеемся. У мамы хорошее чувство юмора, и она поделилась им со мной. И молчать нам хорошо вместе, просто идти рядом и молчать. У меня так редко с кем бывает. Она со мной спокойней становится, я это знаю и ценю. Все удивляются, что мы общаемся на равных. Но она сама меня этому научила. Мы доверяем друг другу, я храню ее тайны, она – мои. Конечно, рядом с ней я чувствую, что младше, что могу спрятаться под ее крыло.

А недавно поняла, что и сама могу маму под свое крыло спрятать. Я начала за нее волноваться, как если бы она была ребенком. У нас одна профессия, и меня часто этим попрекают. Раньше хотелось всем доказать, что я другая, и только теперь научилась отвечать достойно – да, Анна Ардова моя мама, и я горжусь этим.

ЛатынинаАлла и Юлия Латынины. ФОТО Зарина Кодзаева 

«Я давно не пытаюсь ею руководить»

Алла Латынина, 76 лет, литературный критик

В ожидании ребенка я думала, что буду тратить много сил на его воспитание. Но очень рано поняла, что у девочки сильный характер и диктовать ей нельзя – так можно добиться только отчуждения. Так, в семь лет Юля категорически отказалась ходить на продленку, объяснив, что зря теряет там время. И мы подчинились, хотя это было непросто: мы с мужем оба работали. Но в то же время дочь никогда не требовала ничего невозможного, не была капризна. Конечно, я руководила ее чтением в школьные годы, но уже в старших классах ее интеллектуальные интересы были столь обширны, что я не пыталась вмешиваться.

Мне удалось выстроить с ней более близкие отношения, чем были у меня с мамой. Я не представляю своих маму или отца на лыжах или на велосипеде, а для нашей семьи такие прогулки с Юлей были привычными. Когда она захотела жить отдельно, я не препятствовала этому. Единственное, чего я боялась, – что она слишком рано выйдет замуж и это помешает ее карьере. Возможно, напрасно.

Нам удалось сохранить душевную близость, но это не значит, что любые темы дочь считает нужным со мной обсуждать

Мне кажется, нам удалось сохранить душевную близость. Но это не значит, что любые темы дочь считает возможным со мной обсуждать. Она не допускает разговоров о своей личной жизни, неохотно делится замыслами своих книг и статей. Но после каждой ее передачи на «Эхе Москвы» мы с мужем высказываем свое мнение, для нее это важно. Собравшись вместе, мы подолгу беседуем, но бытовые темы занимают не так много времени. Юля читает невероятное количество исторических трудов, не переведенных на русский, – и часто совместный обед превращается в ее лекцию по истории с последующей дискуссией.

Нашими нынешними отношениями я довольна. Может быть, они перевернуты с ног на голову, потому что дочь, безусловно, в них доминирует. Но мне кажется это естественным.

«Родители не подведут меня никогда»

Юлия Латынина, 50 лет, журналист, писатель

Мама – настоящий российский интеллигент, и я восприняла все ее ценности, именно по ее дороге (и папиной дороге тоже, мне трудно их разделить) пошла дальше. В этом смысле я, конечно, дочь своих родителей.

В детстве они казались мне богами, были интеллектуальным авторитетом. Сегодня они – мой тыл, самые любимые люди на свете. Все остальное может меня подвести, но родители не подведут никогда. Я всегда это чувствовала, но не сразу поняла.

В юности был период, когда мне, как и каждому подростку, казалось, что «меня не понимают». Все начало меняться, когда я стала взрослеть и самоутверждаться не за счет родителей, а за счет себя. Когда выяснилось, что у мамы больное сердце, я мгновенно всех обзвонила, со всеми договорилась, и маме в течение двух дней успешно сделали операцию. Потом заболел папа, и я, бросив все, полетела за ним в Израиль. Мои действия были естественными, но осознала я их позже.

Близкий друг, родом с Кавказа, у которого погибли родители, сказал мне однажды: «Когда родителей не станет, ты каждую секунду будешь вспоминать мгновения, проведенные вместе, и думать о том, что ты не успела для них сделать». Эта фраза перевернула мое мировоззрение. Мне не все нравится на Кавказе, но отношение к родителям там правильное.

Если какие-то мелкие ссоры вспыхивают, меня заботит – чаще всего и в конечном итоге – только то, что мама огорчена. Я стараюсь поднять ей настроение и напомнить, что мы все друг друга очень любим. И ссора затихает чуть быстрее. Тут все очень просто: если тебе кажется, что тебя не понимают, посмотри повнимательней –возможно, это ты чего-то и кого-то не понимаешь.

P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2016 №11128Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье