psyhologies.ru
тесты
текст: Валентина Овсянникова 

Опыт, который может помочь жить. Часть 1

Два года назад Валентине поставили диагноз «инфильтративный дольковый рак с метастазами». Чисто интуитивно, чтобы как-то справиться с эмоциями и структурировать переживаемый опыт, она стала вести дневник – своеобразные письма к самой себе. В них она по крупицам собирала слова, простые жесты, мысли, которые помогли ей справиться с болезнью, не бросить терапию и восстановиться после тяжелого лечения.

Шок, страх, отчаяние – эти чувства испытал каждый, кому довелось услышать диагноз «рак». Как найти в себе силы бороться? На что опереться, когда земля уходит из-под ног? Что предстоит пережить?

Два года назад Валентине поставили диагноз – «инфильтративный дольковый рак с метастазами». Чисто интуитивно, чтобы как-то справиться с эмоциями и структурировать переживаемый опыт, она стала вести дневник – своеобразные письма к самой себе. В них она по крупицам собирала слова, простые жесты, мысли, которые помогли ей справиться с болезнью, не бросить терапию и восстановиться после тяжелого лечения.

С разрешения Валентины мы публикуем эти записи с ее – сегодняшними - комментариями.

В начале пути: диагноз

«В начале октября 2009 года я с легкостью выскочила из ванны и направилась в спальню. Оголилось плечо, а потом и правая грудь. Я мельком взглянула на нее и застыла: грудь была очень больших размеров и отекла. В голове тут же пронеслась мысль: «Беременность? Но почему тогда отекла только одна грудь, а вторая – нет?»

Адреса

  • www.miloserdie.ru – портал о благотворительности и социальной деятельности. Подробнее
  • Детский хоспис в Марфо-Мариинской обители http://miloserdie.ru/friends/about/detskij-hospis/Хоспис работает с детьми, страдающими тяжелыми неврологическими и генетическими заболеваниями.

Прошло несколько дней. За это время я успела побывать у маммолога, сделать маммографию, УЗИ, пункцию, а старшая дочка, медик, взяла у меня кровь на анализы. Я отчетливо помню, как мы стояли друг напротив друга: я и моя уже взрослая дочь. Она посмотрела на меня и спросила: «А ты готова?»

Как ни странно, результаты анализов оказались хорошими. Онколог посоветовал пройти курс антибиотиков: «Похоже на мастопатию!» Я чувствовала: что-то здесь не так, дело не в мастопатии, но все же доверилась результатам анализов.

На прием к врачу я вернулась уже через 10 дней – ухудшение было налицо.

Я попросила направление в Московский научно-исследовательский онкологический институт им. П.А. Герцена. Я решилась сделать биопсию, но разрезать напрасно грудь (а вдруг там, как и показали анализы, ничего нет?) не хотелось. А в Институте Герцена была возможность сделать биопсию более щадящим способом – пистолетом.

В онкологический центр со мной поехал муж. Мне было страшно, я чувствовала себя растерянной. «Сколько же народу! И как все спокойны!» – это была первая мысль, когда я вошла в коридор. Меня поразило, как спокойно эти люди умеют ждать – не ругаются, не кричат, они просто ждут...

Вроде бы так просто – уметь ждать, но как это умение пригодились мне в дальнейшем моем пути.

Наконец подошла моя очередь. Биопсию провели под местным наркозом, вся процедура заняла не более 15 минут. Врач ничего «такого» не увидела, но через 10 дней лаборатория должна дать окончательный результат...

alt

Шок, именно шок я испытала, когда мне озвучили мой диагноз! Рост инфильтративного долькового рака. Господи, подумала я, какие же непонятные слова мне говорят. Нет! Не может быть! Это какой-то страшный сон. Это происходит не со мной! Я просто сплю! А слезы непроизвольно все лились и лились по щекам.

Медсестра проводила меня по коридору в хирургическое отделение на консультацию и, оставив у кабинета врача, попросила подождать. Вышел врач, тронул меня за локоть и слегка подтолкнул в кабинет, за что я была ему безмерно благодарна, так как войти самой у меня не хватило силы духа.

Меня попросили раздеться для осмотра. Я лепетала что-то непонятное, а слезы продолжали литься. Оказалось, что моя опухоль растет уже года три или четыре . Помню, я спросила: «А почему это произошло? За что мне такое?»

Сегодня я знаю: правильнее задать вопрос: для чего это со мной случилось? И не винить себя - это не наказание, это испытание.

А тогда я с трудом понимала, что мне говорит хирург-онколог. Как же важно доверять и уметь слышать врача – пожалуй, это одно из самых необходимых условий успешного лечения. Я умела только слушать, да и то с трудом, теперь мне предстояло научиться слышать других, а это оказалось ох как нелегко!

Мне объяснили: сначала предстоит пройти полное обследование груди. Затем будет консилиум врачей, и не один. Хирурги, маммологи, врачи по химиотерапии и лучевой терапии совместно выработают план лечения.

ПЕРВЫЙ ШАГ: химиотерапия >>>

Источник фотографий: Shutterstock
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

psychologies в cоц.сетях
досье
  • Все зависимы? От привычки до аддикцииВсе зависимы? От привычки до аддикцииСмартфон, работа, секс, игры... Мы все стали аддиктами? Каждый на что-нибудь подсел? Мы задаем этот вопрос себе – и вам. Попробуем понять, где граница между привычным удовольствием и зависимостью, и разобраться, почему мы в неравном положении перед лицом соблазнов. Все статьи этого досье
Все досье