psyhologies.ru
тесты
текст: Подготовила Дарья Громова 

Что чувствует ребенок, когда родители разводятся?

О 7-летнем мальчике, который пережил смерть отца вскоре после расставания родителей, рассказывает детский психолог Марсель Рюфо.
Ребенок в кресле ФОТО Getty Images 


Марсель Рюфо (Marcel Rufo) – детский психиатр, руководитель Дома подростков (La Maison des adolescents) в Париже, где юноши и девушки 11-19 лет могут получить профессиональную медицинскую и психологическую помощь. Автор нескольких книг об отношениях подростков и их родителей, в том числе бестселлера «Отпусти меня!» («Detache-moi», Anne Carriere, 2003).

Арно 7 лет, и у него только что умер отец. Мать ведет его к психологу, уверенная, как и многие родители, в том, что нужно как можно быстрее избавить ребенка от ощущения несчастья. На самом же деле единственным основанием для консультации было бы полное отсутствие у ребенка проявлений печали в подобной ситуации.
Арно же выглядит грустным, немного отстраненным, он поглощен своей печалью. И раз уж ребенок здесь, я могу хотя бы помочь ему интегрировать воспоминания об отце, чтобы тот мог продолжать существовать в его памяти. Для этого я предлагаю мальчику рассказать о каких-нибудь приятных воспоминаниях, связанных с отцом, но он едва отвечает мне, словно не может припомнить те счастливые моменты, которые больше не повторятся.

Арно оживляется, когда я спрашиваю его, кем он хочет стать. «Архитектором», – говорит он и искренне улыбается, впервые за все время нашей беседы. Я отвечаю, что, по-моему, это прекрасная идея – продолжить дело отца, и от этого замечания Арно начинает светиться счастьем.

читайте также«Ценить возможность стать самим собой»

Еще я говорю ему, что, несмотря на большое горе, ему все-таки повезло запомнить отца. В отличие от младшего брата, которому только четыре и у которого в дальнейшем будут не реальные, а восстановленные воспоминания. «Да, это потому, что я прожил с папой 7,5 лет, а мой брат знал его только 4 года», – с гордостью добавляет Арно. «Вот как раз одна из задач, стоящих перед тобой, – ты можешь помочь брату сохранить воспоминания об отце, рассказать ему обо всем, что вы вместе делали когда-то», – замечаю я в ответ. После этого я прошу мать Арно выйти и оставить нас одних.

С этого момента поведение мальчика меняется, он начинает болтать обо всем, расспрашивать меня о моей профессии… Впрочем, не забывая о своей печали. Через некоторое время я снова прошу его мать к нам присоединиться, чтобы посмотреть, не будет ли Арно в ее присутствии «переигрывать» с трауром. В подобном поведении нет ничего удивительного: дети часто так делают, чтобы быть заодно со взрослыми. Они стараются как можно больше соответствовать тому, чего, по их мнению, от них ждут. Мои гипотезы рушатся, как только мать произносит: «Есть кое-что еще, о чем я вам пока не говорила. Мы расстались с мужем примерно год назад». Тут вмешивается Арно: «Я понял, что все кончено, ты больше никогда не будешь жить с папой».

Именно этими словами и объясняется степень его печали. Развод родителей сделал Арно уязвимым, а смерть отца еще больше подчеркнула эту уязвимость. Родители расстались, но мальчик не переставая спрашивал мать о том, когда они снова будут жить вместе. Он защищал себя тем, что считал ситуацию обратимой и временной. Смерть внезапно столкнула его лицом к лицу с необратимостью расставания родителей, реальность погубила его фантазию об их возможном примирении. Тогда он впал в уныние. Возможно, просто потеря отца была бы менее болезненной для этого ребенка; именно последовательность развод–смерть усугубила ситуацию. В данном случае смерть отца пришлась на посттравматический период, первичная же травма была нанесена расставанием родителей, которое сделало ребенка уязвимым.

читайте также

Развод: что думают о нем дети

Для взрослых людей развод стал обычным делом. Это не значит, что он не причиняет боли, но в наше время расставание считается вполне возможным. Современные родители, всегда очень внимательные, часто приходят на консультацию перед разводом, спрашивая меня о том, что они могут сделать, чтобы предотвратить страдания ребенка. Я им отвечаю, что встречусь с их детьми, когда те уже будут страдать, поскольку предотвратить страдания невозможно.
Всегда ли дети страдают? Думаю, что да. Развод для ребенка никогда не является обычным и банальным делом, детям нужна вера в то, что они появились на свет в результате любви родителей и что любовь эта вечна. Взрослые могут мечтать о другой любви, ребенок – нет; у него есть отец и мать, которых он воспринимает только вместе. Ему необходим сильный и идеализированный образ родителей до того момента, пока он не свергнет их с пьедестала в подростковом возрасте. Но конфликты и расставание, рассекая пару, разрушают этот идеальный образ.
Хочу подчеркнуть, что психологи по определению встречаются с детьми, которым плохо, которые страдают больше других от развода родителей. Для большинства это событие пройдет не слишком тяжело. Конечно, они будут страдать, но страдание – часть жизни, и в конце концов они разберутся с родительскими образами. Поначалу они будут верить, как Арно, что разрыв не окончательный, а потом поймут, что жизнь не соответствует в полной мере их мечтам и что родители уже никогда не будут вместе. На это потребуется время, и у каждого ребенка страдания будут выражаться по-своему: у одного будут проблемы в школе, другой будет плохо спать или вести себя агрессивно… Часто это временные реакции, которые следует считать тем, чем они являются: выражением страдания, которое дети часто пытаются замаскировать, чтобы не добавлять переживаний своим родителям.

Подробнее см. M. Rufo «Detache-moi! Se separer pour grandir» (Editions Anne Carriere, 2005).

читайте также

6 полезных книг о разводе

P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье