psyhologies.ru
тесты

Перерезать (цифровую) пуповину

Еще недавно поехать в другой город учиться означало отделиться от семьи. Взрослая жизнь сына или дочери часто начиналась с отъезда из дома. Теперь технологии позволяют родителям и детям не прерывать связь. Что это меняет?
alt

Тем, кому меньше 20 лет, трудно представить себе, что значило для поколения их родителей поступить в вуз в другом городе и уехать из дома. Еще в 1990-е это было переломом, началом совершенно новой, взрослой жизни. Я хорошо помню эти смешанные чувства: теперь я полностью отвечаю за свою жизнь, сама принимаю все решения – от мелких, бытовых до самых серьезных. Никто не следит, как я питаюсь, во сколько прихожу домой, много или мало занимаюсь, с кем дружу... Правда, порой становится невыносимо грустно, хочется пожаловаться, поделиться, посоветоваться. Но вместе с тем я чувствую себя самостоятельной – и свободной. Разговоры с родителями редкие и короткие: междугородные звонки стоят дорого. Телеграмма – на крайний случай. А подробное общение – только в письмах. Задашь вопрос или расскажешь о неприятности – а ответ придет дней через десять…

Сегодня мир как будто стал намного меньше. Трудно найти человека, у которого нет мобильного телефона. Беспроводной интернет тоже уже есть повсюду. Мы на связи постоянно: эсэмэски, звонки, электронные письма, социальные сети. А уж когда разговариваем по скайпу, и вовсе пропадает ощущение, что между нами сотни или тысячи километров. Словом, расстояния больше не разделяют нас. Наши дети будто никуда и не уезжали.

Отдалиться, оставаясь «на проводе», «в контакте» и под присмотром видеокамеры. Значит ли это уехать?

Вот пример моей юной подруги, 20-летней Агнии. Она учится на фармацевта, приехала в Москву из Воронежа, снимает комнату. Очень домашняя девочка, она каждый вечер разговаривает с родителями по скайпу. Чуть реже – со старшей сестрой, давно переехавшей в Прагу. Одноклассник, с которым у нее намечается роман, теперь живет в Петербурге, в течение дня они несколько раз обмениваются сообщениями и фотографиями «Вконтакте». Так можно ли сказать, что Агния вправду «уехала» из родительского дома? «Вроде бы да, – смеется она. – Но я это не очень ощущаю. Что плохого в том, что мы постоянно на связи? Так я чувствую себя более защищенной, уверенной. Помню, когда я заканчивала школу, меня злили мамины вопросы: где я, с кем, когда приду домой, почему надела то, а не это. А теперь утром по дороге на занятия я сама звоню по вайберy и рассказываю ей обо всем».

читайте такжеБыть родителем... без чувства вины

Такое впечатление, что цифровое поколение действительно отличается от своих родителей. Мы, как правило, рвались «на свободу», жаждали обрести самостоятельность, громко заявляли о своей потребности в независимости. Молодые взрослые XXI века зачастую, наоборот, откладывают этот шаг. К большому облегчению своих родителей. «Детям просто не приходит в голову отпустить своих родителей, – говорит психолог Беатрис Копер-Руайе (Béatrice Copper-Royer), – не отвечать на каждый звонок, отключить скайп. Они не хотят чувствовать вину, напротив, стремятся к легкости в общении». Похоже, ни дети, ни взрослые больше не видят смысла в расставании.

alt

Отказаться от контроля

«Современные родители легче, чем предыдущие поколения, отпускают взрослеющих детей из дома, – отмечает психолог Галия Нигметжанова. – И вместе с тем благодаря новым средствам связи они пристальнее следят за ними и контролируют их гораздо дольше». И иногда теряют чувство меры. Возможность поддерживать связь без перерыва порождает беспокойство там, где его могло бы и не быть. Некоторые родители звонят детям во время занятий или следят за ними в их поездках с помощью геолокализации, иногда не ставя детей об этом в известность. Людмила, мать Агнии, соглашается: «Я сильно скучаю без младшей дочери и очень беспокоюсь, как она справляется одна в чужом городе, да еще в мегаполисе. Разговор по скайпу успокаивает. Но со старшей дочерью было не так. Таня уехала в Прагу в 1999-м. У нас тогда не было ни интернета, ни мобильных, так что разговаривали мы редко. Но в промежутках между звонками я почему-то не слишком волновалась. Как-то убедила себя, что Таня справится».

«Теряя контроль над жизнью детей, некоторые взрослые могут чувствовать сильную тревогу, – рассказывает Галия Нигметжанова, – а современные средства связи позволяют эту обеспокоенность быстро снять. Если бы скайпа и мобильного не было, родителям пришлось бы проделать определенную внутреннюю работу, сформулировать для себя: чего я жду от своего ребенка теперь, когда он вырос? Почему так сильно нуждаюсь в общении с ним? И как-то с ним договориться, передать, наконец, часть ответственности ему самому». Вместо этого они нередко используют такой неотразимый довод: им жалко детей.

Мы живем в маленьком мире

Родиться в одной стране, учиться в другой, работать в третьей, а на пенсии жить в четвертой – в этом давно нет ничего необычного. Перемещаясь по миру, зная, что всегда можем вернуться… и снова уехать – на считаные дни, на несколько лет или навсегда. 77% выпускников российских вузов хотели бы работать за рубежом*. Правда, только 17% из них на момент опроса пытались реализовать свою мечту. В любом случае мы включены в мировые миграционные процессы, а значит, многим родителям и детям предстоит переходить на виртуальное общение. Наши эксперты уверены, что, поддерживая сына или дочь в первое время после отъезда, помогая справиться с волнением, неуверенностью, родители тем не менее должны уловить момент, когда стресс прошел, и постепенно «отпустить» ребенка, разорвать пуповину. Разрешив ему (и себе) начать жить каждому своей жизнью. Г. Ч.

* Опрос проведен HR-порталом career.ru в августе 2014 года.

Переживания им на пользу

Ирина сразу после школы уехала учиться из Питера в Москву. «У меня просто сердце разрывается, когда я слышу ее слезы, – говорит ее мать Марина. – Уже на втором курсе, а все никак не привыкнет. Не хватает ей тепла и уюта. То мои пироги вспоминает, то наши посиделки на кухне. Звонит мне даже из института: мол, хочу услышать твой голос. И я, конечно, утешаю ее. Днем сообщения шлю: все ли в порядке? Вечерами несколько раз в неделю говорим по скайпу. Иначе ей не справиться».

Галия Нигметжанова возражает: «Мы развиваемся, переживая потерю и разлуку. Только так выходим из детства во взрослую жизнь. Чувства грусти, одиночества помогают молодым людям начать самостоятельно решать свои жизненные задачи. Благодаря им рождается программа собственных действий: как я буду жить дальше сам, как буду справляться со сложными ситуациями? Когда родители постоянно на связи с ребенком, они не дают ему шанса разобраться в своих желаниях, повзрослеть. Душевная работа необходима для развития личности».

«Когда родители всегда рядом, готовые подстраховать во всех жизненных коллизиях, молодым людям трудно брать на себя ответственность – и в работе, и в личных отношениях, и даже в родительской роли», – соглашается Беатрис Копер-Руайе. Результаты она видит в своем кабинете: зачастую ее взрослые клиенты – любящие и любимые «дети», которые могут всецело полагаться на поддержку родительской семьи... и которые не осмеливаются рассчитывать на себя, доверять собственному мнению.

читайте досье

Уметь расставаться

Поле для эксперимента

Опасность этих удобных цифровых «любимых игрушек», которые позволяют моментально и в любое время почувствовать близость родителей, в том, что они дают возможность практически бесконечно долго сохранять (регрессивную) младенческую связь с матерью. И мешают ребенку преодолеть фантазию о своем всемогуществе, приблизиться в тишине к самому себе, ярче увидеть других.

alt

Если так, то что же нам делать? Беатрис Копер-Руайе предлагает немного поэкспериментировать: «Родители и дети могли бы попытаться время от времени отдаляться друг от друга. Полностью «отключаться» от связи на несколько дней или даже на более долгий срок, чтобы посмотреть, как дети будут справляться со своими проблемами без старших. И возможно, насладиться счастьем, которое приходит от ощущения, что не всем надо делиться. И даже соскучиться друг по другу, а потом порадоваться виртуальной встрече».

Стоит также быть внимательнее к поводам для общения, добавляет Галия Нигметжанова. «Часто разговор строится так: расскажи, как там у тебя дела, а я тебе что-то посоветую, а потом еще и проверю, как ты все выполнил. Но самое разумное в общении с выросшими детьми – это говорить с ними про их переживания. Что заставило радоваться, что – грустить. Быть с ними на одной волне. Тогда мы открываем для себя их внутренний мир, признавая, что это мир другого человека. И, насколько можем, открываемся своим детям сами». В суете, в ежедневном режиме такой контакт не сложится. Поэтому само собой исчезнет искушение то и дело «выходить на связь».

Конечно, нам придется еще справляться с «синдромом опустевшего гнезда». Мы тоскуем по детям, нам их не хватает. Очень хочется чувствовать себя такими же востребованными, как раньше, когда они были рядом и постоянно в нас нуждались. «Но быть постоянно на связи – значит создавать иллюзорное впечатление, что все по-прежнему, – подчеркивает Галия Нигметжанова. – Это не дает нам жить дальше. А ведь теперь, когда дети выросли, у нас появились новые возможности. Наши супружеские отношения могут обрести новое дыхание, мы можем снова начать учиться…» И в то же время быть со своим ребенком в печали и в радости. Но уже только по его запросу.

книга на тему
Р. Мэй «Смысл тревоги»
Р. Мэй «Смысл тревоги» В возрасте чуть за тридцать у Ролло Мэя обнаружили туберкулез. Антибиотики тогда были только-только открыты. Болезнь могла оказаться смертельной.
читайте также

Жан-Мишель Кинодо «Приручение одиночества»

Карен Хорни «Самоанализ»

P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье