psyhologies.ru
тесты
текст: Елена Шевченко 

Почему я занимаюсь благотворительностью

Каждый день нас просят помочь. Перечислить деньги, поставить подпись, прийти на судебное заседание… Кто организует подобные акции, что ими движет и почему они занимаются благотворительностью?
alt

Лидия Мониава, менеджер детской программы в Фонде помощи хосписам «Вера»:«Все время происходит что-то радостное»

«Я стала волонтером в 16 лет. В РДКБ* был такой проект: волонтеры вместе с детьми ходили по больнице и делали фотографии. Мы с подругой решили поучаствовать, и мне очень понравилось общаться с ребятами, они показались мне гораздо более глубокими и талантливыми, чем обычные ровесники. Наверное, потому что в отличие от здоровых детей, которые могут заниматься самыми разными делами (ходить в школу учиться, во двор гулять), они имеют довольно небольшой диапазон занятий – могут рисовать, писать, сочинять… В результате много времени посвящают именно творческим делам, и оттого у них все очень здорово получается. И хотя чувствуют они себя при этом неважно, я приходила к ним не потому, что мне было их жалко, а потому что мне было с ними интересно.

читайте такжеДвижение души

Однажды я решила перейти работать в фонд «Подари жизнь». Я надеялась, что тогда у меня будет возможность еще больше времени проводить в больнице. Но оказалось наоборот – как только человек приходит работать в благотворительный фонд, он детей вообще не видит, сидит с бумажками, отчетами, компьютером, собирает деньги… С другой стороны, я понимаю, что у семей с больными детьми столько потребностей, что в первую очередь нужно помогать им в этом. Я пишу о некоторых наших нуждах в Facebook. Всегда стараюсь писать от себя лично. И так, чтобы никого не обидеть: ни маму ребенка, ни папу, ни врачей, ни друзей. Девять лет назад я делала то же самое, но в Живом Журнале. Сначала просто рассказывала истории о том, что было у меня в больнице, а когда подписчиков стало много и они начали предлагать помощь, я поняла, что могу ее попросить.

читайте такжеБлаготворительность в cети

Если мы собираем деньги, то никогда не будем рассказывать скандальные истории про то, как, к примеру, отец ушел из семьи и не помогает или как врач в больнице кого-то обругал… Это параллельные сведения, они ничему не помогают. Мы не публикуем фото больных и несчастных детей, наоборот, размещаем фотографии, которые нравятся родителям. Не пишем то, что неприятно семье, то, что не имеет смысла выносить на публику… Просто говорим, что нужен аппарат ИВЛ. Объясняем: если его не будет, жизнь ребенка превратится в ад, ведь он останется навсегда один в реанимации. Если же мы соберем деньги, у него будет нормальная человеческая жизнь, нормальное детство…

Почему получается собирать такие суммы? Потому что мы дружим с семьями, которым помогаем, любим их. Если человек делает что-то очень важное для очень важных для себя людей, все получается. Важно не работать формально – тогда все находится. Проблема в том, что у нас 170 подопечных. Им всем что-то нужно, но в Facebook нельзя опубликовать 170 просьб в день. Мы очень благодарны, что люди в целом помогают фонду, переводят деньги, тогда у нас получается закрывать и остальные нужды.

Сил хватает, ведь когда общаешься с людьми, они рассказывают не только про ужас и горе. Жизнь состоит из приятных мелочей, например одному мальчику няня показала живых бабочек, у другого уменьшилась температура, и ему стало лучше, к девочке пришла в первый раз учительница, и теперь она сможет учиться… Все время происходит что-то радостное. В итоге получается, что хорошего у нас гораздо больше, чем плохого».

Варвара Турова, актриса, социальная активистка:«Никто не обязан никому помогать»

«Мне это интересно, потому что каждому человеку интересно делать то, что у него получается. Если я вижу, что благодаря моим действиям человек жив, а мог бы быть мертв, или человек на свободе, а мог бы быть в тюрьме, меня это невероятно заводит. Но в этом есть обман, нас вводит в заблуждение судьба, потому что после первого успеха кажется, что так будет всегда, а так будет один раз из десяти. Очень многое не получается. Но то, что получается, приносит такое удовлетворение, что хочется продолжать.

В русском языке нет хорошего слова для того, чтобы определить мой статус. Как бы мы ни сказали – «социальный активист» или «защитник прав человека», все равно получается комсомольский работник, пионерка. А за этим сразу тянется другой смысл, который многими считывается, когда я пишу о чем-то, например, в Facebook, – пылкость. Причем в самом невыгодном смысле, что-то вроде идиотизма, а мне бы не хотелось думать, что я произвожу такое впечатление. На самом деле я довольно прагматичный человек, как правило, в моих действиях всегда есть конкретный смысл и цель. И если я, условно говоря, встаю на табуреточку и начинаю очень громко кричать, я делаю это специально, прекрасно зная для чего. К примеру, я понимаю, что мне надо написать так, чтобы привлечь как можно больше внимания. Или мне нужно привлечь внимание конкретных людей. Тогда мне нужно устроить такого масштаба шум, чтобы до них тоже дошло. И это срабатывает.

читайте также5 способов противостоять окружающему пессимизму

Не могу сказать, что делать это мне тяжело. Именно поэтому неловко себя ощущаю, когда меня начинают хвалить. Началось же все случайно. По-моему, мне было неудобно или неловко отказать… А дальше, когда получилось, зацепило. Теперь же мне пишет огромное множество людей. И это самая большая моя проблема. Потому что ко мне обращаются отчаявшиеся люди, в том числе те, у которых больные дети, а ничего страшнее я себе представить не могу. И пишут они буквально следующее: «На вас одна надежда». Таких людей много, очень много, я получаю по 20 писем в день… Возникает большой риск произнести: «Я же не могу помогать всем…» Главное здесь – интонация. Ни в коем случае нельзя произносить эти слова, закатывая (от усталости) глаза. Я надеюсь, что отлавливаю этот процесс в себе, потому что ужасно важно не терять способность слышать людей. Я правда не могу помочь всем, но иногда помогает, если я просто им отвечаю, честно говорю, что не знаю, как и что им написать, как отказать… Но им становится легче просто от того, что к ним неравнодушны. Многим нужны не деньги, а поддержка, потому что они чувствуют себя одинокими и потерянными. Оказывать поддержку мне гораздо сложнее, что написать в Facebook пост, чтобы люди начали перечислять деньги. Тут все просто: нужно говорить об этом регулярно и громко. И без агрессии: никто не обязан никому помогать. Это очень важная вещь. Как только о ней забываешь, люди перестают реагировать».

Татьяна Краснова, преподаватель журфака МГУ, координатор сообщества «Конвертик для Бога»**, соучредитель фонда «Галчонок»:«Это сильный наркотик»

«Большинство вещей я делаю ради собственного удовольствия. Мне очень нравится быть приличным человеком, и я нравлюсь себе, когда мне удается повести себя прилично. А это значит – не обидеть, не разозлиться, помочь, улучшить, исправить. Я убеждена в том, что это сильный «наркотик» – чувство удовлетворения от своего собственного поведения. И свойственно оно не только мне одной. На наши благотворительные встречи часто приводят детей. Я расскажу вам потрясающий случай. Однажды к нам пришел мальчик лет пяти. Его мама принесла деньги на лечение такого же пятилетнего пацана, но больного раком, таджика из нищего села. А ее сын принес в подарок этому неизвестному мальчику свою лучшую машину. Новую. В упаковке. Ему было жалко машину, но мама рассказала ему про больного мальчика, и он решился. Принес. Отдал самое дорогое – чуть не плача. Знали бы вы, как мы его хвалили! Мы рассказали ему, что он – сделал что-то неимоверно важное. И он был счастлив. Больше того, он захотел повторить этот удивительный подвиг. Он приходит к нам со своей прекрасной мамой. Он рисует картинки нашим подопечным. Я думаю, его мама растит великолепного сына, который хорошо знает, что такое настоящая радость. Собственно, ради нее все и делается».

Как помочь?

Благотворительный фонд «Выход в Петербурге»: сопровождение людей с аутизмомoutfundspb.ru

Благотворительный фонд помощи детям с органическими поражениями ЦНС «Галчонок»bf-galchonok.ru

Фонд помощи хосписам «Вера»hospicefund.ru

Марфо-Мариинский медицинский центр «Милосердие»: помощь больным БАСmc-miloserdie.ru

Помощь детям с онкогематологическими и иными тяжелыми заболеваниями «Подари жизнь»podari-zhizn.ru

* Республиканская детская клиническая больница, Москва

** См. подробнее на сайте сообщества g-envelope.livejournal.com

читайте также«Чего мне хочется и что я люблю...»
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2016 №11128Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье