psyhologies.ru
тесты
текст: Подготовил Антон Солдатов,  Интервью Элиан Виньо 

«Шрам, который никогда не исчезнет»

После нападения на редакцию Charlie Hebdo, которое унесло жизни 12 человек, нас по-прежнему переполняют эмоции. Эмоции личные, но также и коллективные, судя по тем массовым митингам, которые прошли повсюду во Франции и в мире. Как объяснить силу наших чувств? Как усвоить важные уроки на будущее? Точка зрения когнитивного психолога и психотерапевта Фредерика Фанже.
alt
Psychologies:  

Эмоциональная реакция, которая последовала за нападением на Charlie Hebdo, была очень мощной. Как вы объясните, почему мы до такой степени потрясены?

Ф. Ф.:  

Я думаю, мы переживаем настоящий травматический шок. Психологическая травма – это событие за пределами наших физических возможностей. Вот почему мы так выбиты из колеи: то, что произошло, так чудовищно и вместе с тем неожиданно, что эмоциональная часть нашего мозга реагирует раньше рациональной. Я сам, сидя вчера перед телевизором (интервью взято 8 января, на следующий день после трагедии. – Прим. ред.), был ошеломлен и испытал сложные, смешанные чувства. Сначала я ощутил близость с жертвами, даже при том, что я не был преданным читателем Charlie Hebdo. И я ощутил близость со всеми, кто писал и говорил о том, как им больно, в СМИ или в интернете. Но еще я почувствовал, что этот удар был нацелен непосредственно на меня. Как будто это мне мешали говорить, мешали слушать других и принимать их другими. Как будто вдруг все мои ценности – умение слышать, понимать и принимать различия – оказались растоптаны. В то же время, после глубокого ужаса и большой грусти, я увидел огромное желание людей разделить свои чувства с другими, отсюда эти огромные демонстрации в разных городах. После первой резко негативной реакции появилось нечто внушающее надежду.

читайте такжеПерестанем бояться смерти
Psychologies:   Как вы объясняете это желание быть вместе с другими?
Ф. Ф.:  

Это результат шока: мы увидели, что наши главные ценности поставлены под сомнение, и это заставило нас почувствовать себя в опасности. Мы очень нуждаемся в объединении. Разумеется, страдание легче вынести, если нас много, для этого существует обычай траура. Но речь не только о том, чтобы разделить эмоции с кем-то. Кроме желания отдать дань памяти и выразить свои чувства я вижу и настоящее желание что-то изменить. Эти демонстрации означают также, что люди хотят иметь возможность установить более глубокие отношения с другими. Что они хотят иметь возможность жить рядом с людьми иного склада, понимая и принимая, что все мы разные. Нам так не хватает теплых отношений! Нам просто необходимо быть на улицах вместе. На самом деле от сочувствия к жертвам нападения на Charlie Hebdo мы движемся в сторону чувства общности. Мы чувствуем необходимость объединиться вокруг ценностей демократии, свободы самовыражения.

alt
Psychologies:  Как каждому из нас пережить этот шок?
Ф. Ф.:  

Согласно нашим представления о том, как развивается реакция на травмирующее событие, теперь должен последовать период усвоения, «переваривания», который проходит более или менее успешно у разных людей, но может и не произойти вовсе. Трудности, связанные с посттравматическим шоком, испытывают как раз те, кому не удается согласиться с тем, что произошло, те, для кого время остановилось. Возможно, так будут чувствовать себя некоторые люди, те, кто находился в редакции Charlie Hebdo или рядом: свидетели, охранники, спасатели. У них будут кошмары, им будет плохо. У 95% процесс «переваривания» займет от 8 до 12 недель. Тем же, кто, однако, не сможет справиться с шоком даже по прошествии трех месяцев, потребуется помощь специалистов. Для нас процесс «усвоения» этого события будет происходить постепенно: эмоциональный мозг продолжит выдавать заряды страха и тревоги. Это может вызвать проблемы со сном, эмоциональные реакции на все, что напоминает о травме. В этом смысле информационные телеканалы опасны тем, что постоянно воспроизводят травмирующую информацию. Но постепенно эти эмоциональные реакции – или реакции избегания, когда некоторые люди не хотят ничего слышать о произошедшем – будут уменьшаться и исчезнут в течение нескольких недель. Следующий этап для всех нас: постараться принять то, что произошло, и осознать это. Да, были убиты журналисты. Нет, мы не можем вести себя так, как будто ничего не произошло. Как будто преступление было совершено где-то не здесь. В конце концов мы примем все это. Но мы выйдем из этой ситуации другими. Пережив психологическую травму, мы не можем остаться прежними.

alt
Psychologies:  Как и в случае 11 сентября, вы считаете, наша жизнь будет делиться на «до» и «после»?
Ф. Ф.:  

Если учитывать разницу масштабов этих событий, я готов согласиться с таким сравнением. Нейронауки доказали, что то, что мы однажды узнали, нельзя перестать знать. Психический след этих событий всегда будет присутствовать в нашем мозгу, даже если он уйдет из повседневного мышления. Это шрам, который никогда не исчезнет.

Psychologies:  В чем, на ваш взгляд, эти события могут кардинально изменить нас?
Ф. Ф.:  

Постепенно наш мозг создаст новые нервные связи, которые позволят нам видеть мир по-другому. А именно – что в условиях демократии тоже существуют опасности и нам нужно что-то делать с этим. Когда пройдет эмоция, под влиянием которой мы пока еще находимся, нужно использовать разум, чтобы проанализировать события и сделать выводы. Эмоции, мышление, поведение... Чтобы преодолеть шок, нам понадобятся все три компонента. Что мы можем сделать? Подписаться на Charlie Hebdo, зажечь свечу, написать пост со словами поддержки, пойти на митинг... Это преступление может привести нас к прозрению. Вот в чем может быть его позитивный смысл: если мы поймем, что единство людей и понимание и принятие различий – важны. Я скорее оптимист, хотя, возможно, я ошибаюсь. Это станет ясно в ближайшие недели.

читайте такжеЧто мешает жить сегодня
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2016 №11128Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье