текст: Елена Шевченко 

Мы можем обратить страх в силу

Страхи могут стать точкой опоры и даже мощной силой, которая помогает нам двигаться вперед. Но как именно? Наш журналист рассказала о собственных опасениях философу Шарлю Пепену и психотерапевту Маргарите Жамкочьян. Один сюжет с двух позиций.
Мы можем обратить страх в силу
Елена Шевченко, Psychologies:  Давайте поговорим о том, чего боюсь лично я. Надеюсь, вы поможете мне понять мои страхи и преодолеть их. Вот для начала вполне естественное мое беспокойство: мне бы не хотелось остаться без работы или перебиваться случайными заработками…
Шарль Пепен: Как и любой человек, вы можете лишиться постоянной работы, а ваши доходы могут уменьшиться. Но оказаться на улице большинству из нас совершенно не грозит. На самом деле мы охотно прячем в кокон «страха оказаться на улице» наши более глубокие страхи, связанные, например, со смыслом нашей жизни, а не просто с финансовой или социальной состоятельностью.
Маргарита Жамкочьян: Давайте начнем с того, что сам по себе страх означает, что мы находимся в зоне неуспешности, неэффективности. Он ограничивает наши возможности. Поэтому, если человек боится высоты, для него закрыты горы, а боязнь потерять работу (как в вашем случае, Елена) закрывает от вас ваши же собственные желания и амбиции. Это самоограничение связано либо с нежеланием выпасть из социальной ячейки, оказаться «единицей», индивидуальностью, которая сама выбирает собственный путь, либо со страхом потерять контроль над ситуацией.
Могу ли я превратить этот страх в движущую силу?
alt
Ш. П.: Не все можно обратить себе на пользу. Это может показаться парадоксальным, но чтобы преодолеть свои страхи, мне кажется, следует для начала признать, что они ослабляют нас, делают уязвимыми. А не пытаться справиться с ними наскоком.
М. Ж.: Превращение страха в движущую силу – непростая работа. Первый шаг – вытащить страх наружу и рассмотреть его, сделать невидимое видимым. И лучше, чтобы это происходило в относительно безопасной обстановке, которую помогают создать психотерапевты. Снятие страха вызывает удивительный эффект – возрастают возможности личности во всех сферах ее деятельности, возникает ощущение безграничности собственной силы – «я все могу».
Ш. П.: Все сводится к тому, чтобы отправиться на встречу с тем, что скрыто у нас внутри, точнее, с нашими желаниями. Жак Лакан говорил: «Цель психоанализа – найти способ быть верными своим желаниям». Некоторые философы, например Ницше, тоже выдвигали это требование верности самому себе. Так что, возможно, когда нас парализует страх, было бы полезно попытаться понять, что этот страх говорит о нас самих.
Но некоторые страхи существуют объективно и присущи почти всем: например, я беспокоюсь за будущее моих детей…
Ш. П.: Хочу сразу сказать вам, что это «хороший» страх. Он представляется мне более обоснованным и более здоровым, чем опасение остаться без средств. Наверное, потому что это чувство связано с альтруизмом, а страх нищеты замыкает человека на самом себе…

Их книготерапия

Наши собеседники назвали нам книги, которые помогут защититься от страхов и сомнений.

Маргарита Жамкочьян рекомендует:

  • Абрахам Маслоу «Дальние пределы человеческой личности». Евразия, 2002.
  • Лоуренс Первин, Оливер Джон «Психология личности. Теория и исследования». Аспект Пресс, 2001.
  • Эрих Фромм «Бегство от свободы». АСТ, 2009.

Шарль Пепен рекомендует:

  • Эпикур «Фрагменты». Директмедиа Паблишинг, 2002.
  • Фридрих Ницше «Веселая наука». Азбука-классика, 2010.
  • Жан-Поль Сартр «Бытие и ничто». АСТ, 2009.
  • Монтень «Опыты». Терра-Книжный клуб, 2008.
Вы можете ободрить меня как философ?
Ш. П.: Этот альтруистичный страх называют еще «нравственным сознанием» или «исторической ответственностью». Именно в нем, по мнению Канта, заключено величие человека . Я бы посоветовал вам сначала полюбить этот страх, так как он вас возвышает. А потом поработать над тем... чтобы стать хорошим покойником ! Ведь каждый из нас знает: «Я умру раньше моих детей, я отвечаю за то, что они появились на свет. Значит, мне нужно постараться не слишком обременять их после моей смерти».
То есть?
Ш. П.: Ш. П.: Быть хорошим покойником значит не портить жизнь тем, кто останется жить, и при необходимости помогать им. Некоторые философские системы, например кантовская, предложили бы нам задаться вопросом: «Что я должен успеть сказать? Какой семейный секрет я должен буду раскрыть перед смертью?» Есть такие вещи, которые надо раскрыть, чтобы от них наконец освободиться. Еще нужно передать следующим поколениям ценности: честность перед самим собой, свободу … Если вы будете работать в этом направлении, то увидите, что ваш страх рассеется.
Получается, передать нечто в наследство своим детям – это способ обрести бессмертие и, значит, меньше бояться?
Ш. П.: Я бы скорее говорил о вечности, а не о бессмертии. Бессмертие – это жизнь, которая не кончается. А вечность проглядывает в прекрасном мгновении или в ценности, которую мы отстаиваем и хотим передать… Да, чтобы победить нашу боязнь отпустить тех, кого мы любим, будем стараться в наших отношениях с детьми работать над тем, что принадлежит вечности.
А что скажете о моем страхе вы, Маргарита Степановна?

«НАША ВЕЧНОСТЬ — В ТЕХ ЦЕННОСТЯХ, КОТОРЫЕ МЫ ОТСТАИВАЕМ».

М. Ж.: Я предложила бы вам задуматься о том, чего именно вы боитесь. Если вы опасаетесь за будущее детей, например, как они будут жить в этом мире, если вдруг останутся одни, тогда можно назвать этот страх позитивным. Он поможет вам подготовить их будущее, предпринять шаги «на всякий случай». Вы постараетесь обеспечить детей хорошим образованием, всему научить, подготовить к трудностям. Или дадите ребенку газовый баллончик и номера телефонов экстренной связи, расскажете, как реагировать на опасность, опишете ее… Если ваша цель – уберечь ребенка от дурной компании, вы постараетесь воспитать его так, чтобы у него внутри было на что опереться, чтобы ему не надо было заводить сомнительных друзей и таким образом доказывать свою значимость.
А что бесполезного или неправильного в моем страхе за детей?
М. Ж.: Тревога. Ребенка нет дома, вы нервничаете, переживаете. Очень часто это переходит в агрессию против ребенка – он оказывается виноват, что вы волновались. И когда он наконец приходит, вы накидываетесь на него с криками: «Ты заставил мать переживать!» Это очень неприятный момент в нашей культуре: очень часто за переживания матери отвечают дети. Запугивание себя и ребенка негативными последствиями («Будешь плохо учиться, станешь дворником») – это перенос наших страхов на детей. Так что беспокойтесь за детей сами! Это же был ваш выбор – стать родителями. А значит, и ваш риск…
Ш. П.: Хочу добавить, что счастье никогда не бывает полным, к нему всегда примешано беспокойство. Привыкнуть жить в ситуации риска – такую идею разделяют также стоики или Ницше. Правда, эти философы никогда не рассматривали вопрос о «моей» смерти с точки зрения того, что после меня останутся сироты. Но предложение Ницше все равно отличное: люби свою смертность, измеряй свое существование полнотой прожитого мгновения – пусть оно всегда и приятно, и неприятно. Вот вам и руководство для родителей!
Можно ли сказать, что умение жить настоящим поможет мне преодолеть страх?
Ш. П.: Сартр показал, что страх – это всегда ожидание того, что произойдет в будущем. Он приводит пример женщины, которая панически боялась подходить к окну, поскольку ей казалось, что тогда она начнет зазывать прохожих, как проститутка. Иными словами, мы боимся своей свободы: не того, что не сможем чего-то сделать, а собственной власти делать то, что захотим.
М. Ж.: Тут можно спорить – рождается этот страх в прошлом, как думал Фрейд, или порождается будущим… Но внутри каждой личности постоянно пульсирует вся линия жизни, соединяющая прошлое, настоящее, будущее. Если в ней появляются разрывы, тогда становится страшно и от дома отойти! Человек не может жить без перспективы, а если в его прошлом есть травмы, они искажают всю линию времени. Знаменитый психолог гуманистической школы Абрахам Маслоу считал, что компетентность во времени (свободная ориентация в прошлом и будущем) – один из главных признаков зрелой личности.

«ЕСЛИ МЫ БОИМСЯ НАШИХ ЖЕЛАНИЙ, ЭТО ЗНАЧИТ, ЧТО МЫ БОИМСЯ СВОБОДЫ».

И последний страх, о котором я хотела вам рассказать, – это страх прожить жизнь «неправильно».
М. Ж.: Для индивидуальности не существует понятия «правильно – неправильно», есть «мое» или «не мое», «соответствующее мне» или «не соответствующее мне». Главный критерий истинности находится внутри личности, а не снаружи. Прислушайтесь к себе, своим желаниям, потребностям. Если вы их боитесь – осознать или проявить, – вы боитесь свободы.
Ш. П.: Эпикурейцы учили нас довольствоваться тем, что есть. Да, я сделал «всего лишь это», но я это сделал, и, главное, я мог и этого не сделать. Чудесно уже то, что я существую и что я действовал. Счастье живет в пространстве между тем, кем я пытаюсь быть, и тем, кто я есть в своей верности глубинному желанию – но сначала надо найти это желание…
А каковы ваши самые сильные страхи?
Ш. П.: Меня пугает то, что жизнь проходит слишком быстро, что смерть придет раньше, чем я успею сделать все, что должен.
М. Ж.: Страх высоты, ощущение безграничного пространства передо мной. Оставляя себе этот страх, я честно признаю, что боюсь потерять голову от собственных неограниченных возможностей. А внутри себя я ничего не боюсь.
Источник фотографий: ГЛЕБ КОРДОВСКИЙ, ВИЗАЖ: ЭЛЛА ВАСЮШКИНА/THE AGENT.RU
P на эту тему
  •   

Psy like
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерСЕНТЯБРЬ 2017 №20137Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что такое счастьеЧто такое счастьеЧто мы можем сделать для того, чтобы стать счастливее? Больше зарабатывать, путешествовать, создать образцовую семью? Счастье похоже на причудливую картину, которая для каждого выглядит по-разному. «Наша задача – научиться быть счастливыми», - говорит психолог Михай Чиксентмихайи, автор теории «потока», самой доступной формы счастья. Досье поможет прислушаться к себе, разобраться в том, чего мы хотим на самом деле, и показать миру свой внутренний свет. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты