текст: Екатерина Жирицкая 

Наши эмоции нам лгут

Принято считать, что эмоции отражают наше истинное отношение к предметам и явлениям, другим людям и самим себе. Однако на деле нередко именно эмоции мешают нам быть собой. Попробуем разобраться, как и почему это происходит.
alt

В западной культуре доверять эмоциям и чувствам на протяжении долгого времени было не принято. К ним относились как к чему-то второстепенному – по сравнению с разумом, интеллектом, логикой. «Лишь в середине прошлого века наука обратила внимание на чувства и переживания человека, – рассказывает психотерапевт Сергей Баклушинский. – Сегодня множество психологических тренингов и курсов учат развивать чувствительность, понимать свои эмоции. Мы больше не видим в них опасности – наоборот, убеждены, что, лишь доверяя им, можно жить подлинной жизнью». Принято считать, что эмоции никогда не лгут – да и как же иначе, ведь мы чувствуем именно то, что чувствуем. Однако в действительности некоторые из них не имеют к нам никакого отношения – они стали частью нас помимо нашей воли.

Мы живем чужими чувствами, даже не замечая этого, и потому очень важно научиться их распознавать и не позволять им влиять на нашу жизнь.

Факты об эмоциях

  • Их можно спрятать. Некоторые эмоции являются ложными и лишь маскируют наши подлинные чувства.
  • Им можно научить. На ребенка, чья личность формируется, влияют эмоции окружающих людей.
  • Их можно придумать. Некоторые эмоции относятся не к реальному, а к воображаемому опыту.
  • К ним необходимо прислушиваться. Необоснованно сильные или, напротив, стереотипные эмоции могут сигнализировать о скрытой проблеме.
alt

Мы учимся чувствовать

Эмоции входят в нашу жизнь с самого рождения. Дети чувствуют радость и нетерпение, любовь и нежность, печаль и гордость, но, в отличие от взрослых, не видят непосредственной и однозначной связи между ситуацией и эмоцией, ею порождаемой, – иными словами, они не знают, как интерпретировать собственные чувства. Самый простой пример: ребенок споткнулся и упал, ему больно. За этим ощущением могут последовать самые разные реакции: возможно, малыш испугается, рассердится, расплачется или даже улыбнется. «Какая эмоция в итоге будет связана в его сознании с болью, как именно он станет выражать ее, зависит от других людей, – объясняет Сергей Баклушинский. – Ребенок учится этому. Он внимательно наблюдает за матерью, чтобы понять ее реакцию, и подражает ей. Если мать беспокоится, он начинает плакать, если улыбается, отвечает улыбкой». Это очень важные уроки, во время которых на всю жизнь закладываются модели выбора эмоций. Ребенок «считывает» мимику, позу, жесты взрослого, определяет его реакцию по бледности или румянцу на лице, даже по изменению сердечного ритма. Так он учится понимать эмоции взрослых и выбирать собственные.

7-летняя Даша панически боялась чем-нибудь заболеть. Она отказывалась гулять, в школе то и дело бегала мыть руки. Но даже очень чистые игрушки пугали ее – девочке казалось, что они буквально кишат микробами. «Во время психотерапии выяснилось, что Дашина мама, врач, женщина властная и жесткая, постоянно говорила с дочерью об опасности разных болезней, – рассказывает детский психолог и арт-терапевт Наталья Архангельская. – В детстве она сама много болела и не хотела, чтобы дочь повторила ее судьбу. Микробы на рисунках Даши выглядели как агрессивные чудовища – нам пришлось работать несколько месяцев, прежде чем они превратились в добродушных зверьков». Когда родители активно реагируют на какую-то ситуацию, как бы ни старались они скрыть свои эмоции, дети все равно запомнят и усвоят их уроки. «Мы можем не говорить вслух о своих страхах, но дети всегда чувствуют наше состояние и бессознательно копируют эмоциональную реакцию на то или иное событие», – комментирует психолог Мария Максимова. «Ребенок узнает, что машины опасны, не из мультфильма о правилах дорожного движения, а по тому, как напрягается рука взрослого, который ведет его через улицу», – добавляет психотерапевт Екатерина Михайлова.

Таким образом, с раннего детства мы получаем от своих родителей определенный «набор» эмоций, которым бессознательно будем пользоваться в дальнейшем.

Свои или навязанные

Иногда окружающие просто вынуждают нас испытывать те или иные чувства. Так бывает, когда ребенок обязан радоваться поездке к строгой бабушке или выходным, проведенным с мачехой или отчимом, которых он не любит. Боясь разочаровать близких, ребенок так часто и так демонстративно проявляет свою радость, что в конечном итоге и сам забывает, что же он чувствует в действительности. «Одна из самых распространенных ситуаций, в которых возникают навязанные эмоции, – появление в доме новорожденного брата или сестры. Нередко для старшего младенец – конкурент, крадущий у него часть родительской любви, – считает Сергей Баклушинский. – Поэтому старшие дети так часто испытывают гнев и агрессию по отношению к младшим, в то время как родители упорно настаивают: ты его любишь. Именно тогда возникают ситуации, о которых мне рассказывают уже выросшие пациенты: «Я так любила своего младшего братика… Только все время его роняла».

«Когда мы сталкиваемся с противоречивыми чувствами (например, с любовью и ненавистью к одному и тому же человеку), возникает острый внутренний конфликт, – добавляет Мария Максимова. – Чтобы разрешить его, эмоция, вызывающая наибольшее напряжение, автоматически загоняется в бессознательное, так что человек перестает ее ощущать». Этот психологический механизм называется «вытеснением». С одной стороны, он помогает сохранять внутреннее равновесие. С другой – вытесненные сильные эмоции служат идеальной почвой для возникновения невротических расстройств.

Сохранять свои приоритеты

«Лучший способ избежать чужого эмоционального влияния – внимательно прислушиваться к себе и анализировать собственные чувства», – убеждена психофизиолог Евгения Шехтер*.

Psychologies:  Как устроены наши эмоции?
Евгения Шехтер:  Эмоции представляют собой сложную структуру. Их «начинка» – собственно чувство, наш неповторимый и уникальный внутренний опыт. Этому субъективному переживанию сопутствует целый набор физиологических реакций – например, когда от счастья у нас колотится сердце, а от страха по спине бегают мурашки. Для внешнего выражения своих переживаний мы пользуемся мимикой, жестами, голосом. Этот язык тела – «оболочка» эмоции, самый независимый и произвольный ее компонент. Ведь чувство и то, как мы его выражаем, совпадают далеко не всегда: внешне невозмутимого человека вполне может переполнять гнев, а под показной доброжелательностью порой скрываются раздражение и неприязнь.
Чтобы безошибочно определить, радуется человек, огорчается или сердится, нам вовсе не обязательно хорошо его знать. Каков же принцип распознавания чужих эмоций?
Мы так хорошо понимаем мимику и жестикуляцию друг друга потому, что этот язык един для всего человечества, как едины и породившие его эмоции. Радость, страх, удивление, горе, гнев – эти базовые чувства все люди переживают и выражают схожим образом. Объясняя этот феномен, крупнейшие американские психологи Кэрролл Изард и Пол Экман (Carroll Isard, Paul Ekman) предположили, что некоторым чувствам не надо обучаться – они даны нам изначально. К моменту рождения в мозгу младенца уже сформированы простейшие нейронные сети, которые позволяют ему испытывать и проявлять базовые эмоции. Устойчивые нейронные структуры мозга отвечают также и за «телесный язык» чувства. При выражении эмоций у любого человека спонтанно срабатывает один и тот же набор мышц.
Если основные чувства так универсальны и присущи всем людям без исключения, откуда же берутся навязанные, «заемные» эмоции?
Мы легко считываем эмоции другого человека, а значит, так же легко можем ими «заразиться. Раз мы от природы способны испытывать одинаковые эмоции и одинаково их выражать, неудивительно, что наше состояние может согласоваться с эмоциональным состоянием другого человека. Эмоции резонируют – таково их свойство. А это означает, что их можно навязать.
Существуют ли методы защиты от чужого влияния?
У каждого из нас свои приоритеты. Необходимо понимать, так ли на самом деле важна ситуация, из-за которой мы волнуемся, и, следовательно, соответствуют ли наши переживания ее реальному значению. Внимательно прислушиваться к себе, соотносить наши чувства с событиями, их породившими, – вот лучший способ избежать ловушки чужих эмоций.

* Евгения Шехтер – кандидат психологических наук, преподаватель мгу им. М. В. Ломоносова.

alt

Они кажутся правдивее, чем есть

Ложные эмоции стали причиной серии судебных исков, возбужденных в США взрослыми дочерьми против своих уже немолодых отцов и других родственников-мужчин. Все эти женщины проходили психотерапию и во время сеансов «вспоминали» о сексуальном насилии, которому якобы подверглись в детстве. Каждая из них была убеждена в своей правоте, потому что могла восстановить в памяти такие сильные эмоции и яркие физические ощущения, которым невозможно было не поверить. Более того, в факт инцеста безоговорочно верили и их психотерапевты, однако позже в ходе судебных процессов выяснялось, что в большинстве случаев никакого насилия не было.

Одна из особенностей эмоций заключается в том, что они могут возникать в ответ не только на реальную, но и на воображаемую ситуацию, что никак не сказывается на силе и искренности переживаний. «Мы считаем, чем ярче воспоминание детства, тем оно правдивее. Но это не так. Для ребенка не существует четкой границы между реальным миром и фантазией, – объясняет этот психологический феномен Сергей Баклушинский. – Наши фантазии также сопровождаются очень сильными эмоциями». «Ребенок проходит в своем развитии стадию любви к родителю противоположного пола, – продолжает Мария Максимова. – Возвращаясь в прошлое на сеансах психотерапии, эти женщины выдавали свои тайные детские мечты за реальность. С другой стороны, скорее всего в детстве эти пациентки действительно подвергались насилию со стороны взрослых. Пусть не физическому, но не менее болезненному – эмоциональному».

Дети, живущие в семье, где есть какая-то недоговоренность или тайна, всегда чувствуют это. «Почему-то меняются выражения родительских лиц, внезапно обрывается невинный, казалось бы, разговор, и у ребенка тут же возникает ощущение, что здесь что-то не так», – говорит Екатерина Михайлова. Дети часто склонны относить напряжение и негативное настроение в семье на свой счет, а потому болезненное ощущение недосказанности может привести к тому, что ребенок припишет себе то, чего он не делал.

Сергей всю свою жизнь испытывал стыд и чувство вины: он был уверен, что когда-то совершил насилие над маленькой девочкой. В 36 лет он решился поговорить об этом с матерью и узнал, что в их семье действительно была жертва насилия – его тетя, а в роли насильника выступил его отец. Эти события произошли за год до рождения мальчика, и в его присутствии о них никто никогда не упоминал, однако семейная драма наложила отпечаток на отношения в семье. Подростком Сергей чувствовал, что от него скрывают что-то нехорошее, и решил, что мрачный семейный секрет связан с его личной историей.

«Ребенок воспринимает и присваивает эмоции родителей и близких, а затем строит на их основе собственные версии произошедшего. Наше прошлое передается через эмоции, которые мы воспринимаем в детстве, а позже считаем своими, – говорит Екатерина Михайлова. – Поэтому так важно быть осторожными в оценке давних событий: эмоциональная уверенность в перенесенной травме может свидетельствовать о том, что подобное событие действительно имело место, но при этом совершенно не обязательно, что оно случилось с нами или даже на нашей памяти».

От «чужих» эмоций можно освободиться

Мы считаем все живущие в нас эмоции своими потому, что они сопровождают нас всю жизнь и мы к ним привыкли. Но у «заимствованных» эмоций есть свои отличительные особенности. «Одна из них – избыточная яркость, слишком острая реакция на пустяковую, казалось бы, ситуацию, – поясняет Мария Максимова. – Вторая черта «чужих эмоций» – клишированность и стереотипность: попадая в одинаковые ситуации, человек всегда реагирует на них абсолютно одинаково. И наконец, третья их примета – нелогичность: когда мы не можем объяснить причину вспышек гнева, страха, чувства одиночества, однако регулярно переживаем эти эмоции, скорее всего они нам навязаны».

Велико искушение переложить ответственность за собственные «неправильные» и «неудобные» чувства на других и объявить их «чужими», не имеющими никакого отношения к нам самим. «Но эмоциональный «профиль» личности – это сложное переплетение врожденных особенностей психики, личной истории, воспитания, моделей взаимодействия с людьми, – объясняет Мария Максимова. – За годы жизни он меняется и становится неповторимым. Так что на нашу эмоциональность в равной степени влияют как опыт, так и генетика».

В наших силах избавиться от переживаний, которые на самом деле нам не принадлежат. Переосмыслив событие, изменив угол зрения, мы меняем и свое отношение к ситуации, а значит, она начинает вызывать у нас совсем другие чувства. Что мы выберем – гнев, страх или спокойствие, зависит исключительно от нас.

Улыбка – зеркало души

Помимо человека единственными существами, способными улыбаться, являются приматы. Демонстрируя зубы, они дают понять сородичам, что в их действиях не заложено никакой агрессии. При этом, по мнению голландского этолога Яна ван Хоффа (Jan van Hooff), эта «улыбка» сугубо ритуальная, функциональная и не имеет отношения к чувствам. Психолог Дэчер Келтнер (Dacher Keltner) из университета Беркли (США) убежден, что так улыбаться умеют и люди. Проведенное им исследование показало, что практически любому человеку присущи по меньшей мере два типа улыбки, которые отличаются друг от друга рядом формальных признаков. При улыбке первого типа (памятуя о дежурной приветливости американских стюардесс, Келтнер назвал ее «Пан Американ») действуют только мышцы, поднимающие уголки рта. «За ней не обязательно скрывается фальшь, – поясняет ученый. – Просто она служит скорее проявлением вежливости, чем отражением нашего состояния». Вторая улыбка носит имя Дюшенна (в честь французского невролога, впервые ее описавшего в XIX веке) и выражает наши подлинные эмоции. У человека, улыбающегося улыбкой Дюшенна, наряду с ротовыми задействованы и окологлазные мышцы: в результате их непроизвольного сокращения поднимаются нижние веки, а в углах глаз образуются складочки. Освоение этих двух типов улыбки происходит в очень раннем возрасте: уже в 10 месяцев большинство младенцев улыбаются «панамериканским» способом при встрече с незнакомцем и «дюшенновским» – при общении с матерью.

Галина Юзефович

Об этом

  • «Психология мотивации и эмоций» Под ред. Юлии Гиппенрейтер, Марии Фаликман Черо, 2002.
  • Кэррол Изард «Психология эмоций» Питер, 1991.
  • Владимир Зинченко «Психология доверия» СГПУ, 1999.
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что такое счастьеЧто такое счастьеЧто мы можем сделать для того, чтобы стать счастливее? Больше зарабатывать, путешествовать, создать образцовую семью? Счастье похоже на причудливую картину, которая для каждого выглядит по-разному. «Наша задача – научиться быть счастливыми», - говорит психолог Михай Чиксентмихайи, автор теории «потока», самой доступной формы счастья. Досье поможет прислушаться к себе, разобраться в том, чего мы хотим на самом деле, и показать миру свой внутренний свет. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты