psyhologies.ru
тесты
текст: Жан-Луи Серван-Шрейбер 

«Я» и другие

Я — это имя, профессия, ценности, чувства, образование, сумма знаний? Достаточно ли всех этих граней меня, чтобы меня определить? Нет, но мне нужно узнать и принять их, чтобы ощутить, что я живу в полной мере, уверен <nobr>Жан-Луи</nobr> <nobr>Серван-Шрейбер</nobr>. Увлекательное занятие... на всю жизнь.
alt

«Это совершенно на меня не похоже!», «Не знаю, что на меня нашло, это было как будто не со мной»... Случается, мы просим других о снисхождении, ссылаясь на своеобразное право временно выпустить из виду свое настоящее «Я». Иногда можно услышать: «Я и про себя-то уже не помню, как меня зовут!» Этот сигнал звучит в периоды сильного стресса, огромной усталости, глубинных сомнений – не говоря уже об измененных состояниях сознания, связанных с употреблением влияющих на него веществ. Ведь в целом мире наша главная точка отсчета – это сознание того, что мы существуем. То есть воспринимаем, чувствуем, понимаем, составляем мнение о других, о ситуации, в которой мы оказались, о том, что сейчас следует делать. И если вдруг у нас возникает сомнение относительно этой точки отсчета, проблемы не избежать. То, что я есть (или думаю, что я есть), – именно это для каждого из нас служит системой жизненных координат. Но как же мы себя определяем?

Предъявляя документ на паспортном контроле, я – гражданин своей страны. У колыбели сына я – отец. В постели я – мужчина. На работе я – бухгалтер или юрист. На бизнес-встрече я – старший менеджер, консультант или кто-то еще, чья должность написана на моей визитке. Все это мои роли, которые часто сменяют друг друга даже на протяжении одного дня. Они говорят о том, как меня видят со стороны, чего от меня ждут – но это лишь единицы из тысяч моих граней. Какой мне смысл быть бухгалтером в постели или старшим менеджером, когда надо убаюкать сына?

читайте такжеПриятно ли общаться с лидерами?

Я люблю симфоническую музыку, я чувствую себя неуютно на приемах, плавание возрождает меня к жизни, одиночество меня тяготит. Мои вкусы, эмоции и предпочтения постоянно определяют мой выбор. Мои желания живут во мне и меня сопровождают, но их недостаточно, чтобы дать мне определение. Я голосую на всех выборах, мне случается пройти в обход очереди в кино, я чувствую свою вину, если забыл поздравить близкого друга с днем рождения, я предпочитаю солгать, лишь бы не причинить боль. Мои ценности часто предопределяют мой путь, в том числе и от противного. И я бы затруднился сформулировать их в виде нескольких простых принципов. К тому же я воспринимаю тот или иной аспект своей личности только через обстоятельства. Бывает, меня тоже удивляет моя реакция или мой выбор, который «не похож» на то, что я о себе думаю, но который открывает мне такую сторону моего существа, которую я до сих пор не замечал. Я знаю какую-то часть себя и, двигаясь по жизни, обнаруживаю, даже открываю остальную часть. И эта экспедиция не закончится никогда.

То, что я есть, – это одновременно то, что я делаю, то, что я чувствую, то, что я знаю, и то, что другие видят во мне. Этот последний элемент может меня обременять или беспокоить гораздо больше разумного. Ведь мне гораздо яснее тот образ себя, который я хотел бы создать для других, чем то, что реально во мне происходит. Я получил определенное образование и выбрал определенную профессию – но было ли это следствием моих глубинных склонностей или же желанием сделать приятное семье, реализовать планы, которые были на мой счет у других? Я вступил вот в эту конкретную связь, начал эти отношения – но было ли это по моей собственной инициативе или же я отвечал на желание моей партнерши?

Можно годами задавать себе такие вопросы – а для некоторых это означает годами общаться с психотерапевтом, – прежде чем дать на них ясный ответ. Между тем они имеют фундаментальное значение, для того чтобы можно было по-настоящему определить себя. Разве в начале жизни каждый из нас не запрограммирован образованием, которое ему дали, и ценностями тех, кто окружал его в детстве? Неважно, примем мы их или отвергнем, в любом случае жизнь начинается не с пустоты, а с переизбытка. Постепенно прийти к тому, чтобы отделить свое настоящее «Я» от того, чем мы соглашаемся быть ради других, – вот увлекательная и неустанная работа всей жизни.

А если все это иллюзия?

«Я» для буддистов – иллюзия, причина страдания, являющегося неотъемлемой частью человеческого существования.

Мы страдаем потому, что нам кажется, что наше счастье связано с удовлетворением – всегда мимолетным – потребностей этого «Я». Прежде всего, говорит буддизм, восьми основных материальных потребностей. Мы ищем достатка, удовольствия, одобрения и почестей и стараемся избежать потерей, боли, критики и бесчестия. Однако в действительности «Я» не имеет собственного прочного и постоянного источника существования. Мы – совокупность того, что мы ощутили, услышали, увидели или прочитали, концентрированное выражение бесчисленных прежних жизней. В сущности все, что составляет наше так называемое уникальное «Я», приходит извне. Чтобы обрести внутренний покой, буддизм предлагает нам признать, что мы являемся всего лишь частным случаем человечества в целом, звеном в бесконечной людской цепи.

  • 1
  • 2
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье