psyhologies.ru
тесты
текст: Анастасия Аскоченская 

Надо ли говорить с начальником о личном?

Бывает, что в общении с руководителем мы рассказываем о себе что-то очень личное... и позже сожалеем об этом. Какие границы стоит соблюдать, решаясь на откровенность?
alt

Однажды мою квартиру обокрали. Для общения со следователем мне понадобился трехдневный отпуск. Генеральный директор компании, к которому я пришла с заявлением, живо поинтересовался размерами ущерба. Несмотря на то, что мы были знакомы поверхностно, я искренне поведала ему, что дело не в цене похищенного. Украденное было семейными реликвиями, они ассоциировались у меня с близкими людьми, их историями, переплетенными с историей ХХ века… Начальник заскучал, быстро потерял интерес к разговору, подписал заявление и выпроводил меня из кабинета. Я же поняла, что переборщила с деталями и эмоциями, в которые он не был готов вникать. Почему так произошло?

Разные события способны вывести нас из равновесия: болезнь кого-то из близких или странный сон, телефонный разговор или долгожданный, но неточно выполненный заказ, который мы сделали по интернету. В такие моменты мы нуждаемся в том, чтобы поделиться своими эмоциями. И рассказываем о пережитом прежде всего тем, с кем проводим большую часть дня, с кем вместе работаем. В том числе и коллегам, чей статус в служебной иерархии выше нашего. И так ставим себя в уязвимое положение. «Ошибка в том, что, выкладывая как на духу подробности частной жизни, мы, как правило, делаем это спонтанно, – поясняет нарративный психолог Пьер Блан-Сахнун (Pierre Blanc-Sahnoun). – И тем самым нарушаем не только профессиональную этику, но и сбиваем естественный ритм развития отношений. Ведь для перехода от формальных социальных связей к доверительным отношениям требуется время. Собеседник чувствует себя неловко, когда постепенность нарушается. Ему трудно быть внимательным по отношению к нам, он просто не готов к доверительному общению».

Почему мы так уязвимы

И все же отношения «начальник–подчиненный» меняются. «Все чаще работодателей интересует не только наш интеллект, образованность или компетентность, – отмечает психолог Дэниел Гоулман (Daniel Goleman), – сегодня нас оценивают еще и по качеству наших отношений с другими и с самим собой»*. Открытость и гибкость все чаще становятся важной составляющей самого понятия «работа». Говорить о трудностях, высказывать сомнения и делиться тем, что наболело, больше не стыдно. «Зная о том, что волнует сотрудников, руководитель может легче строить эффективные отношения с каждым из них, – считает коуч Евгений Креславский. – Хотя немало и тех, для кого демонстрация власти, иерархия по-прежнему важнее, чем результат работы. Доверие подчиненного помогает такому начальнику чувствовать свою значимость и не вникать всерьез в то, о чем ему сообщают».

«На совещании руководителей отделов я неожиданно решилась рассказать об идее, над которой размышляла уже несколько недель, – вспоминает 35-летняя Марина, экономист. – Коллеги внимательно слушали меня, но мой непосредственный начальник постоянно прерывал, критиковал, не вслушиваясь в объяснения. Он не поддержал меня и не понял. Я была просто в отчаянии. А спустя время все-таки решилась на откровенный разговор – к удивлению, начальник извинился за свою бестактность и поблагодарил меня за откровенность».

Фредерик Перлз, создатель гештальт-терапии, считал, что каждый человек – словно белый экран, на который при общении другие люди проецируют свои чувства и мысли**. Именно эта особенность нашей психики объясняет, почему мы слишком эмоционально воспринимаем реакцию начальника на наше доверительное признание. «При встрече мы проецируем на него фантомы своего прошлого – образ злой воспитательницы из детского сада, строгого завуча, отчитывающих и наказывающих нас отца или мать, – говорит гештальт-терапевт Марик Хазин. – Его слова моментально пробуждают эмоциональную память о детских обидах, и мы не в состоянии воспринимать их критически». Наш «проектор» работает автоматически, подчеркивает гештальт-терапевт. Поэтому, чтобы лучше понимать себя, стоит задавать себе вопросы: кого мне напоминает мой начальник; какие ассоциации возникают, когда я с ним встречаюсь; на кого еще я реагирую подобным образом? Ответы позволяют иначе взглянуть на личность босса, делают мысли о нем не такими пугающими, а личное общение – более раскованным.

  • 1
  • 2
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье