текст: Мария Федотова 

«Справиться с тревожным расстройством мне помогает вязание»

Страх неопределенности, волнение из-за неумения контролировать ситуацию – жизнь человека, который испытывает эти чувства, может превратиться в настоящий кошмар. Журналист Аланна Окун делится своей историей о том, как пара вязальных спиц оказалась для нее лучшим помощником в борьбе с разрушающей тревогой.
«Справиться с тревожным расстройством мне помогает вязание»

Когда прошлым летом я решила снимать квартиру отдельно от подруг-соседок, меня охватила жуткая тревога. «Ты думаешь, что готова к этому? – говорил мой внутренний голос. – Ты не можешь себе этого позволить, к тому же это небезопасно. Смотри, пожалеешь!» В действительности этот внутренний монолог можно было перевести так: «Как же я ненавижу неопределенность! Ненавижу себя за то, что не способна подготовиться к критическому моменту жизни и убедить себя, что все будет хорошо!»

Незадолго до переезда меня охватил такой сильный приступ паники, что меня стошнило. Чтобы предотвратить очередную волну тошноты, я решила связать горчично-желтый свитер.

Я начала вязать, когда мне было шесть, сначала это были мочалки, а годы спустя перешла к кружевным кардиганам и платьям в стиле героев сериала «Безумцы». Это началось в 2008 году, летом, после школы, в тот единственный момент моей полувзрослой жизни, когда я была безработной и от этого впала в депрессию. Я соревновалась за работу по совместительству в Victoria’s Secret и Sephora с теми, у кого были дипломы специалистов по продажам в модной индустрии.

Я провела три месяца, каждый день ожидая, когда мой бойфренд освободится вечером после работы спасателем. Мы ссорились, а потом до 3 утра смотрели мультики на моем древнем ноутбуке. И хотя я предвкушала занятия в Нью-Йоркском колледже, которые должны были начаться осенью, ситуация, в которой я находилась, заставляла меня чувствовать себя совершенно никчемной. Я была в постоянном напряжении, боялась замкнутого пространства, а когда вела машину, могла испытывать внезапные приступы страха. Я была страшно разгневана (на весь мир, но в основном на себя) из-за того, что никто не хотел дать мне работу, что никто как будто не замечал меня.

Передо мной было нечто, сделанное лично мной на 100%

И вот в один из дней того беспомощного, беспросветного лета я и достала спицы. Вообще-то к тому моменту я так и не преодолела начальный этап вязания, изредка делая вещи, которые вроде бы выглядели как шляпки или фуфайки, но совсем не походили на предметы одежды, которые кто-то на самом деле будет носить. Я ничего не понимала в выкройках, и уже одно это, казалось, наглухо отделяло меня от всей той полезной и вдохновляющей информации, которая наполняла интернет, от людей, гораздо более опытных, чем я, и свободно владевших этим тайным языком.

И я решила научиться по-настоящему хорошо вязать. Однажды ночью вместо мультфильмов я начала штудировать книги и видео на YouTube, разбираясь, как правильно выполнить плечевой шов и связать пятку. Я закончила свой первый свитер, ярко-желтый укороченный кардиган, который, кажется, ни разу не надела, за одну бессонную неделю, в каком-то тумане.

Вязание – процесс, который я способна контролировать, он идет в том режиме, какой я сама выбираю

Неважно, что рукава получились слишком объемными, а петли для пуговиц выстроились неровно, передо мной было нечто, сделанное лично мной на 100% из того, что семь дней назад было лишь мотками пряжи. Никто не просил меня его вязать. И ничье разрешение мне не требовалось – я просто взяла и связала. Энергии, которая у меня вдруг появилась, оказалось достаточно, чтобы как-то пережить это мучительное лето. Я справилась. Я перестала ждать, когда меня кто-то выберет.

Последние несколько лет моя тревога растет и видоизменяется. Она подпитывается ошибками, которые я допускаю в своей работе, и расцветает после ссор с любимыми людьми. Все, что делает мое существование похожим на счастливую жизнь, старательно выстроенную, в любой момент может внезапно исчезнуть. Мое спокойное, разумное «Я» пытается бороться со своей искаженной версией. Или, по крайней мере, призывает ее прислушаться к голосу разума: «ты не будешь уволена; он не оставит тебя; то, что случилось, не имеет к тебе никакого отношения, поэтому, пожалуйста, дыши ровно, успокой свое сердцебиение». В большинстве случаев эти аргументы не работают.

«Справиться с тревожным расстройством мне помогает вязание»

В заданном ритме

Но вязание способно приглушить эту тревогу. Его размеренный ритм, набор петель в строго заданном порядке и надежность неуклонно растущего проекта – это та реальность, которая служит противоядием надуманным проблемам и апокалиптическим настроениям. Более того, вязание – процесс, который я способна контролировать, он идет ровно на той скорости и (иногда) именно в таком режиме, какой я сама выбираю.

Рукоделие во многом напоминает занятие сексом или йогой в том, как оно мгновенно сворачивает огромный мир до уютного, обозримого пространства, где все, на чем вам нужно сосредоточиться, находится прямо перед вами. Правда, в отличие от секса, вы получаете в результате пару новых носков или прихватку.

Рукоделие во многом напоминает занятие сексом или йогой

Я могу проиллюстрировать свою жизнь кучей готовых (или не законченных) вязаных вещей, скопившихся в дальнем углу гардероба: лохматая кружевная шаль – моя первая летняя стажировка в Нью-Йорке, пара гетр – это зимние каникулы, проведенные в беспокойствах по поводу теста, на котором я сжульничала. Один-единственный тапочек для моего бывшего. Все эти вещи пропитаны энергией конкретного момента, и это помогает мне проследить, насколько далеко я ушла и как далеко мне еще предстоит идти. Они – моя опора и моя точка отсчета.

Момент, когда вы понимаете, что стали настоящей вязальщицей, окончательно и бесповоротно, наступает тогда, когда вы сами впервые исправляете собственную ошибку. До этого вы сама беспомощность, которая ищет помощи учителей в интернете, способных сопроводить вас обратно до того места, где вы пропустили ряд, потеряли петлю или провязали ее дважды.

Часто зияющую дыру в рукаве можно затянуть, просто вернувшись на пару рядов назад

В то первое лето я научилась-таки «читать» свою работу и понимать, какие петли необходимо исправить или восстановить, чтобы двигаться дальше. Полезная практика для того, чем я занимаюсь с психотерапевтом, близкими и с самой собой: отслеживаю проблемы в обратном порядке – от последствий к истокам, чтобы лучше понимать, как их исправить. Так часто мои защитные реакции и неразумное, иррациональное поведение вырастают из страха неопределенности, неспособности контролировать ситуацию. Часто зияющую дыру в рукаве можно затянуть, просто вернувшись на пару рядов назад.

Первое, что я сделала, когда переехала в новую квартиру, – распаковала коробку с пряжей. Теперь мотки расположены на книжной полке напротив моей кровати по цветам радуги. И это первое, что я обычно вижу, когда просыпаюсь утром. Мне нравится, что вокруг меня так много цвета, теплого, мягкого богатства. Но еще больше нравятся возможности, которые в нем скрыты. «Чем же вы будете?» - гадаю я над большой стопкой зеленой меланжевой шерсти, тремя клубками небеленого хлопка, крошечным мотком шелка, купленным на ярмарке возле колледжа, который я закончила. Незнание на самом деле не так уж и плохо. На самом деле это, может быть, лучшее, что у нас есть.

Источник: Buzzfeed.

P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2017 №23140Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что такое счастьеЧто такое счастьеЧто мы можем сделать для того, чтобы стать счастливее? Больше зарабатывать, путешествовать, создать образцовую семью? Счастье похоже на причудливую картину, которая для каждого выглядит по-разному. «Наша задача – научиться быть счастливыми», - говорит психолог Михай Чиксентмихайи, автор теории «потока», самой доступной формы счастья. Досье поможет прислушаться к себе, разобраться в том, чего мы хотим на самом деле, и показать миру свой внутренний свет. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты