Екатерина Михайлова
Член международной Ассоциации групповой психотерапии и групповых процессов (IAGP)

Очень больна теща, вылечить ее берутся только в Германии. Уехать возможно только если я на это соглашусь, а мне этого очень не хочется.

Александр, 56 лет

Странное и печальное ощущение оставляет ваше письмо, Александр. Почему печальное — понятно: решение о переезде в другую страну, похоже, уже принято... Тяжелое, не по своей воле решение. Как будто ваша ценность для семьи не в том, какой вы муж, отец, дед, а исключительно в том, что вы можете законно эмигрировать, и все ради лечения очень вам неприятной тещи. Вы спрашиваете, что бы терапевтического почитать — то есть как себя уговорить, что происходящее имеет «положительный ресурс».

Ситуация между тем довольно странная: семья приняла вроде бы гуманное решение, ибо что может быть важнее человеческой жизни! При этом, похоже, всем плохо: жена смотрит на вас с болью, вы ищете ресурс, который бы «помог все это выдержать достойно». Знаете, когда решение (даже тяжелое) ощущается как правильное, люди обычно чувствуют покой, даже облегчение — от внутренней уверенности, что поступают верно. И это точно не ваш случай.

Вы испытываете горечь, обиду, возмущение. Жена — вину: она выбрала мать и прекрасно понимает, что платить за этот выбор придется даже не ей, а вам. Возможно, для нее это последняя попытка доказать матери, что она «хорошая дочь». Правда, на моей памяти никто никому этого не доказал: попытка завоевать благосклонность родителей любой ценой с самого начала обречена.

Получается, что у вас в семье серьезные жертвы приносятся — нет, конечно, не теще, а собственной потребности быть «хорошими». Вот и вы — «хороший муж», идущий на большие жертвы и заранее выставляющий счет: есть немалое искушение в роли человека, который не стал себя защищать, пострадал и на законных основаниях вызывает у окружающих чувство вины...

Мне кажется, что есть три серьезных вопроса, на которые стоило бы себе ответить, чтобы немного полегчало: какая сила на самом деле не позволила вам сказать «нет», как поступить с душащим вас гневом и что может произойти с вашим браком. Ложное смирение — опасная штука, надолго его не хватает. Даже если допустить, что никакой Германии вообще не случится — мало ли, всякое бывает, — вопросы остаются в силе.