psyhologies.ru
тесты

В чем мы умнее

Ум – это не что, а как. Это умение соразмерять три вещи: силу своих убеждений и утверждений, значимость и уместность предмета, кругозор и вовлеченность собеседника.

Ум – это не что, а как. Это умение соразмерять три вещи: силу своих убеждений и утверждений, значимость и уместность предмета, кругозор и вовлеченность собеседника. Человек, который вкладывает гулливеров труд ума в общение с лилипутами или в обсуждение лилипутьих тем, вряд ли так уж умен. Чацкий, по мнению Пушкина, говорит умно, но сам вовсе не умен: «Первый признак умного человека – с первого взгляда знать, с кем имеешь дело, и не метать бисера перед Репетиловыми и тому подоб.». Ум может восприниматься на взгляд, чисто физиогномически. Ум – это своего рода мускулистость, собранность и вместе с тем открытость лица, когда оно производит работу общения и сообщения. Глупое лицо похоже либо на фонтан, непрерывно что-то из себя извергающий, либо на вату, которая пропитывается чужой влагой и немедленно расползается. Умное же лицо – это подвижная губка, которая вбирает и изливает, все время что-то перерабатывает в себе. 

ВАЖНЕЕ НЕ ТО, НАСКОЛЬКО УМНУЮ ВЕЩЬ МЫ СПОСОБНЫ СКАЗАТЬ, А ТО, КАКОЙ ГЛУПОСТИ НЕ МОЖЕМ СЕБЕ ПОЗВОЛИТЬ.

Мера умности определяется не тем, сколь умную вещь человек способен сказать, а тем, какой глупости он не может себе позволить. N говорит много умных вещей, но при этом глубинно неумен, потому что не отличает своих умностей от своих же глупостей, тогда как первый признак ума – различать. Бывает, что у человека умна только  одна душевная способность или даже одна часть тела. Есть женщины, умные в своих материнских заботах или в своих материальных вкусах (наряды, прием гостей, обстановка дома), но не слишком умные во всем остальном. Есть люди с умными руками (мастера), с умными ушами (музыканты) или с умными глазами (художники), которые во многом другом не обнаруживают никакого ума. Совсем не обязательно, чтобы один человек был сплошь умен, а другой всегда глуп. Человек, который неизменно умен в своем деле, в профессии, может оказаться глуповат в разных формах социального общения, например в ресторанном застолье, когда признак ума – говорить веселое и даже забавно-глупое. Он тушуется перед тамадой, у которого маленькие шутки сами слетают с языка, выходят на редкость умно и уместно. Люди, говорящие коряво, скудно и даже совсем не оригинально, могут быть очень умны. На совещании молодых писателей в 1975 году помню Бориса Слуцкого и Булата Окуджаву, которые совместно вели поэтический семинар. Слуцкий неустанно говорил, поучал, поэтически комиссарствовал – и был очень умен. Окуджава отмалчивался или говорил невнятные и вполне тривиальные вещи, типа «хорошо», «интересно». И тем не менее чувствовалось, что он не глупее Слуцкого, просто у него другой ум, скажем так, лирический, музыкальный. Или: у Слуцкого сердечный ум, у Окуджавы – умное сердце. Если нам хочется быть умными, надо определить, в чем мы умнее, и быть соразмерными ситуации. Не стоит танцевать на похоронах, даже если вы танцор высочайшего класса.

P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

psychologies в cоц.сетях
досье
  • Все зависимы? От привычки до аддикцииВсе зависимы? От привычки до аддикцииСмартфон, работа, секс, игры... Мы все стали аддиктами? Каждый на что-нибудь подсел? Мы задаем этот вопрос себе – и вам. Попробуем понять, где граница между привычным удовольствием и зависимостью, и разобраться, почему мы в неравном положении перед лицом соблазнов. Все статьи этого досье
Все досье