psyhologies.ru
тесты

Обозреватели


Илья Латыпов
Илья Латыпов
гештальт-терапевт, доцент Дальневосточного государственного гуманитарного университета (ДВГГУ). Ведет блог tumbalele в ЖЖ.

Cтремление избежать риска может быть опаснее, чем сам риск

С природной, эволюционной точки зрения наша главная задача – выживание и передача генов дальше. Наша психика заточена под обеспечение безопасности. Однако уже в этом заключается базовый конфликт: нередко для того, чтобы увеличить шансы человека на сохранение себя, необходимо подвергаться опасности (вступать в конфликт, рисковать жизнью в поисках лучших мест и так далее).
Двое прыгают в воду ФОТО Getty Images 

Именно поэтому жизнь требовала и требует от нас постоянного баланса между стремлением к безопасности и стремлением к риску, который обеспечивает нам что-то новое. Иллюзорное ощущение полной защищенности является настолько сильным и манящим, что очень часто баланс между опасным/безопасным нарушен в пользу последнего. Ну и правда – что хорошего в опасном, то есть в том, что нам может быть причинен какой-то вред? Проблема в том, что в одном ряду с опасностью находятся такие понятия, как «будущее», «новизна» и «развитие», а в одном ряду с безопасностью – «стабильность», «старое» и «прошлое». Да, со стабильным прошлым приключений в жизни будет маловато… Кроме того, ни в одном виде деятельности невозможно достичь стопроцентной безопасности, риск – даже минимальный – присутствует всегда. Это фундаментальное свойство жизни, которая включает в себя неопределенность и неизвестность. Стабильность и акцент на прошлом направлены на устранение этих двух «неприятных» элементов жизни.

читайте досье

«Не бойся!» с Анной Аркатовой

Что стремятся сделать люди, которые решительно не приемлют риска в своей жизни и нацелены на его минимизацию? Для этого они пытаются свести к минимуму собственное участие в жизненных процессах. Что для этого нужно?

  1. Требовать гарантий успеха в деятельности или, в крайнем случае, полного возмещения возможных убытков/ущерба. Без наличия этих гарантий – не приступать к деятельности.
  2. Не включаться в какие-либо процессы, не вовлекаться эмоционально. Идеальным вариантом будет позиция ироничного наблюдателя – ирония позволяет отстраняться самому и отстранять других людей от себя.
  3. Отказаться от фантазий, мечтаний, желаний – любых переживаний, которые могут внести диссонанс в сложившееся положение дел, возбуждать излишние эмоции и страсти. Убедить себя, что тебе многого не нужно и что вообще твой удел – умеренность и стоицизм, гармония, которая понимается как отсутствие ряби на зеркальной поверхности пруда. Клиенты психологов, приближаясь к моменту нарушения привычно-стабильного существования, нередко на этом этапе исчезают – бросают терапию, потому что она возбуждает «слишком сильные» эмоции.
  4. Отказаться от любых попыток что-либо контролировать («от меня ничего не зависит, остается только смирение»), или, напротив, гиперконтроль («иллюзия всемогущества»), при котором любое отклонение от стандарта карается очень жестко.
  5. Переоценивать ужасность психологической нагрузки и недооценивать свои способности выдержать ее («это слишком сильно/тяжело для меня»).
читайте также

Мы можем обратить страх в силу

Однако, парадоксальным образом, подобные мероприятия приводят к усилению тревоги и возрастанию скуки (которая является следствием отказа от всего того, что реально возбуждает). Цена безопасности – подавление любой новизны, любых возмущений, любых попыток «раскачивать лодку». Реальность должна либо контролироваться, чтобы ничто извне не проникло в жестко установленный распорядок, либо игнорироваться (если нет сил, чтобы все контролировать). Но страх никуда не девается, напротив – он может только нарастать.
Подавление страстей, уничтожение новизны и нацеленность исключительно на безопасность могут привести, в крайних случаях, к хронической усталости, скуке, апатии. Вместо ярких эмоций в диапазоне от восторга до ужаса – унылые рациональные построения, безупречная логика, с помощью которой легко можно обосновать любой отказ от каких-либо притязаний в этом мире. Все равно все умрем… Своего рода самоубийство из страха смерти.

читайте также

Шпионаж 2.0: чем мы рискуем?

А откуда берется усталость? Вроде бы ничего не делает человек? Да нет, работа проделывается большая – нужно держать под контролем собственную психику, рвущуюся к активному взаимодействию с внешним миром (для этого она, собственно говоря, и существует). Все силы уходят на поддержание стабильности, почти ничего не остается на радость, возбуждение, интерес. Тусклый огонек эмоций позволяет существовать, но никак не активно действовать. Пожалуй, немного останется для того, чтобы рассуждать о реальности. Но только не взаимодействовать с ней. Никаких приключений. И ощущение, что жизнь прошла мимо, что что-то очень важное было упущено, не отпустит до самого конца.

P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2016 №11128Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье