Сознание в условиях жесткой диеты

Более 80% людей, сбросивших лишний вес, вновь набирают его в течение последующих пяти лет. Почему? Большинство распространенных систем похудения вводят нас в состояние сверхконтроля, от которого страдают и тело, и психика человека, объясняет психиатр Жерар Апфельдорфер.
 Жерар Апфельдорфер (Gerard Apfeldorfer) –французский психиатр и психотерапевт, специалист по расстройствам, связанным с отношением к пище. Жерар Апфельдорфер (Gerard Apfeldorfer) –французский психиатр и психотерапевт, специалист по расстройствам, связанным с отношением к пище.

Похудеть нелегко, но все же большинству из нас это, в принципе, по силам. А вот закрепиться в достигнутом весе и не набрать его заново... Статистика свидетельствует: 75% желающих сбросить лишние килограммы добиваются результата уже в первые месяцы. Зато спустя несколько лет 80-95% похудевших поправляются снова, часто набирая сверх того, что у них было изначально. Так стоит ли вообще садиться на диету? «Я уже не вижу в этом смысла, – признается 42-летняя Анжелика, служащая банка и большой знаток (по собственному опыту) разных методов похудения. – Диета не только меняет тело, но и переворачивает сознание. К сожалению, многие это недопонимают». Это правда: чтобы похудеть, для начала мы должны сознательно преодолеть сопротивление природных механизмов регулирования веса, отключить нейрогормональную систему, оберегающую жировые запасы организма. Кроме того, нередко мы толстеем в результате наших попыток с помощью еды справиться со своими психологическими трудностями. Отказывая себе в пище, мы теряем защиту против мрачных мыслей и отрицательных эмоций, остаемся один на один с внутренними проблемами, которые не можем разрешить.

Не думать ни о чем другом

Именно поэтому, начиная худеть, мы входим в особое внутреннее состояние: абстрагируемся от ощущений голода и насыщения, заставляем себя забыть о калорийных продуктах – самых желанных для голодного человека, строго следим за приемами пищи, пытаемся внушить себе и окружающим, что вареная капуста без соли – лучшее, что мы когда-либо ели в жизни. Мы заставляем себя отключиться от всего, что может выбить нас из состояния самоконтроля – от тревог, печалей, забот, – и думать лишь об одном: как похудеть? Эту сосредоточенность на некой идее, заполняющей собой весь внутренний мир человека, в середине 70-х годов описали американские исследователи Питер С. Эрман и Джанет Поливи (Peter C. Herman, Janet Poliy), обозначив ее термином «когнитивное ограничение».

ОРГАНИЗМ МОЖЕТ БЫТЬ ГЕНЕТИЧЕСКИ ЗАПРОГРАММИРОВАН НА НАКОПЛЕНИЕ.

В реальной жизни продержаться в таком усиленном режиме самоконтроля нелегко: достаточно соблазниться лишь кусочком запретного продукта – и система теряет тормоза. Затем приходит чувство вины. Чтобы избавиться от него, а заодно и «наказать» себя за срыв, мы еще туже завинчиваем гайки... Такой эффект «трансгрессии запретов» (abstinence violation effect) типичен для состояния когнитивного ограничения.

Неравенство на весах

Почему одни из нас толстеют больше, чем другие? Жировая масса – это энергетический резерв нашего организма. Последовательные ощущения голода, насыщения и сытости позволяют ему естественным образом регулировать прием пищи в соответствии с физиологическими нуждами и контролировать свой энергетический запас. Когда мы худеем, чувство голода обостряется; нам хочется более питательных продуктов, и мы отдаем им предпочтение, чтобы насытиться. Кроме того, потерявший часть веса организм переходит на экономный режим работы, чтобы расходовать меньше калорий: питательных веществ он усваивает больше, а двигаться нам хочется все меньше. Труднее всего приходится тем, чей организм изначально, генетически запрограммирован на накопление и работу в экономичном режиме. Впрочем, механизм набора веса одинаков для всех: столкнувшись с трудностями, мы едим, не испытывая изначально чувства голода, игнорируя сигналы организма о насыщении. Мы прибегаем к еде как к средству универсальной самозащиты. С одной стороны, полное тело становится объектом нашей ненависти, с другой – психологической компенсации.

Неэффективные методики

alt

Все диеты и методики похудения стремятся вдохновить нас поистине на сизифов труд: любыми средствами необходимо удерживать себя в состоянии когнитивного ограничения. Любая диета – это механизм, призванный охранять нас от любых желаний, связанных с питанием. Причем механизм этот заведомо неэффективен: соблазняя нестойким похудением, нас побуждают всегда и всюду держать жесткий контроль… пока вся система не рухнет, а килограммы не вернутся с лихвой!

Идентификация с гуру. Этот психологический прием худеющих заключается в том, чтобы идентифицировать себя с неким гуру в области питания – диетологом или человеком, которому уже удалось похудеть. «Я поверил в систему Монтиньяка, потому что ему, как и мне, приходилось регулярно питаться в ресторанах, и последствия этого он испытал на себе», – говорит 34-летний Марк. Марианну, 26-летнего офис-менеджера, воодушевила белковая диета: «Она помогла Изабель Аджани, которой я восхищаюсь, – так почему же не поможет мне?» А 45-летняя Анна верит только своему специалисту по здоровому питанию: «Я была по горло сыта «чудотворными» диетами: худеешь, а потом вдвое поправляешься. А этот человек мне сразу понравился – серьезный, с несколькими дипломами. Я сразу поняла, что попала по адресу. С тех пор я слежу за своим пищевым балансом. Каждый раз когда мне хочется чего-то вредного, я спрашиваю себя: а как бы он к этому отнесся? Это позволяет мне не поддаваться соблазнам».

Превратить еду в ритуал. Многие методики похудения заставляют относиться к приему пищи как к некоему священнодействию. «В системе Мадлен Жеста мне нравится то, что она позволяет есть мед и сухофрукты между основными приемами пищи. Я жую эти кусочки с наслаждением, испытывая почти религиозное чувство. Это помогает мне не сорваться», – говорит 22-летняя Алина, которая с оптимизмом приступает уже к третьей серьезной диете в своей жизни.

ДЕЛО НЕ В ТОМ, ЧТОБЫ ЕСТЬ МЕНЬШЕ МУЧНОГО, НАДО НАУЧИТЬСЯ МЕНЬШЕ ЕСТЬ ВООБЩЕ.

Диетические ритуалы в некотором смысле облегчают задачу худеющих, однако за их соблюдением стоит все то же жесткое самоограничение, которое нередко становится настоящим наваждением. «Когда мне случается съесть даже крошечный кусочек продукта, не входящего в разрешенный список, меня охватывает паника, – продолжает Алина. – Это может свести на нет результат недельных усилий! Так что я заранее принимаю меры: даже домой возвращаюсь окольным путем, чтобы не проходить мимо рынка».

Еще один момент: на почве похудения пышным цветом расцветает фетишизм. Не счесть различных методик, предлагающих «всесильные» пилюли и настойки загадочного происхождения, использование псевдонаучной аппаратуры, электромагнитных или ультразвуковых приборов. Логика одна: выбрать фетиш, поклоняться ему, а он довершит остальное...

Игнорировать «плохие» продукты. Один из самых эффективных приемов – убедить себя, что «проблемные» продукты просто несъедобны. «Картошка для меня больше не существует. Монтиньяк хорошо сказал: это еда для свиней», – говорит 40-летний Александр. Для знаменитого доктора Аткинса рафинированный сахар был страшным ядом; он доказывал, что у человечества начались проблемы со здоровьем именно в тот момент, когда люди стали употреблять в пищу углеводы.

Последнее увлечение 28-летней Марии, которая садится на «серьезную» диету примерно раз в год и в результате за последние 10 лет набрала 20 лишних килограммов, – система Сьюзен Паутер, которая утверждает: все зло – в жирах. «Сейчас при мысли о жирных продуктах я испытываю искреннее отвращение. Они ассоциируются у меня с моим собственным жиром, а я его ненавижу».

Не замечать ограничений. Итак, продукты, которые нравились человеку до того, как он сел на диету, теперь вызывают у него отвращение, а потому он не испытывает чувства, что ему их недостает. Следовательно, он может отрицать то, что подвергает себя каким-то ограничениям. «С диетой Паутер, – продолжает Мария, – я не должна себя ограничивать, я даже ем больше, чем обычно. Когда мне хочется, могу устроить настоящую оргию из цельнозерновых каш, риса или пропаренной пшеницы. Между прочим, к этому можно добавить небольшой кусочек рыбы или отварного мяса. Я наедаюсь до отвала!»

Такая псевдовседозволенность привлекает и в то же время одурманивает нас: предав анафеме одни блюда, мы наверстываем упущенное с помощью тех, которые нам разрешили. В этом и заключается слабое место таких диет: отвергнутые продукты превращаются в запретный плод, который, однажды попав к нам в руки, вызывает непреодолимое влечение – и чаще всего мы срываемся.

Есть меньше и лучше

alt

А что если взглянуть на свою любимую еду иначе – не как на врага, а как на друга и союзника? Не изнемогать в бесконечной борьбе со вкусными и полезными продуктами, не вычеркивать из своей жизни картофель и шоколад, имитируя любовь к «нулевым» йогуртам и паровой морковке, а похудеть, продолжая есть полноценную, вкусную пищу, но просто в меньших количествах? Речь не о том, чтобы употреблять меньше хлеба или колбасы, – нужно вообще есть меньше, научиться насыщаться маленькими порциями. Лучше меньше, да лучше – таким будет наш девиз.

Работа над изменением своих пищевых привычек потребует некоторых усилий: отныне мы не будем съедать полные порции, а потому придется (пусть и с сожалением) пожертвовать частью вкусного блюда. Кроме того, нам предстоит и другое расставание – с частью себя, своего веса, а это всегда дает определенный психологический эффект: мы вспоминаем о прочих своих потерях, в большей или меньшей степени осознанных. Как уже было сказано, мы часто едим не потому, что голодны, а потому, что хотим забыть о своих проблемах – внутренних и в отношениях с другими людьми. Мы едим, когда испытываем недовольство собой, когда нас раздирают противоречивые чувства, когда мы становимся жертвой скуки или подавленного гнева, когда мы чересчур возбуждены или слишком озабочены. Мы едим, чтобы доставить кому-то удовольствие или не обидеть того, кто предлагает нам угощение. Мы едим, чтобы наказать себя, чтобы взбунтоваться против ограничений, чтобы противостоять кому-то, кто следит за тем, что и как мы едим. Короче говоря, еда – это наш универсальный механизм защиты против трудностей жизни, какими бы они ни были. И нам не удастся прожить свою жизнь, не отягощая ее лишним весом, если мы не научимся справляться со своими проблемами.

ЖЕСТКАЯ ДИЕТА СРОДНИ НАВЯЗЧИВОМУ СОСТОЯНИЮ.

Вполне возможно, чтобы похудеть, кому-то понадобятся не советы диетолога, а помощь опытного психотерапевта. Всевозможные диеты, системы и методики питания дают лишь временный эффект. Необходима серьезная работа над собой, чтобы навсегда стать стройным человеком.

Эмоции и порывы

Американские психологи П.С. Эрман и Д. Поливи обнаружили и описали множество ситуаций, которые способны спровоцировать худеющего человека на компульсивное (неконтролируемое) обжорство. Это прежде всего сильные эмоции (радость, гнев, грусть и т.д.); депрессия; стресс. Выбить из колеи могут и какие-то незначительные события, связанные с легким физическим или психологическим дискомфортом: накопившаяся усталость, небольшая простуда, приход месячных или даже бокал вина, который пришлось выпить за здоровье друга...

Тамаз Мчелидзе

читайте такжеПалеодиета: стоит ли возвращаться назад, в пещеру?
P на эту тему
  •   

Psy like
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерСЕНТЯБРЬ 2017 №20137Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что такое счастьеЧто такое счастьеЧто мы можем сделать для того, чтобы стать счастливее? Больше зарабатывать, путешествовать, создать образцовую семью? Счастье похоже на причудливую картину, которая для каждого выглядит по-разному. «Наша задача – научиться быть счастливыми», - говорит психолог Михай Чиксентмихайи, автор теории «потока», самой доступной формы счастья. Досье поможет прислушаться к себе, разобраться в том, чего мы хотим на самом деле, и показать миру свой внутренний свет. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты