Почему люди боятся вакцинироваться от COVID-19?

В общем-то в этом нет ничего нового. Примерно то же происходило 200 лет назад, когда во время массовой вакцинации от черной оспы темное население не понимало пользы прививок и устраивало бунты. А помните, как в самом начале пандемии все шарахались от людей азиатской наружности и обвиняли их в распространении коронавируса? Тоже ничего удивительного: страх порождает ненависть и затуманивает разум.

Оставим в покое конспирологов с их абсурдными теориями вроде «с вакциной вводят микрочип, с помощью которого мировое правительство надеется заполучить контроль над человечеством». Их не так уж много, просто они слишком громко кричат. Большинство из тех, кого называют антиваксерами и ковид-диссидентами, приводят аргументы, скорее похожие на сомнения, чем на яростный протест.

ОТКУДА СТОЛЬКО НЕДОВЕРИЯ?

Допустим, многие не верят властям и пропускают мимо ушей призывы знаменитостей. Но ведь есть же инфекционисты и вирусологи, которые весьма убедительно развенчивают заблуждения! Где, наконец, инстинкт самосохранения, ведь перспектива умереть в реанимационной должна бы перевесить скептицизм? И все же несознательные элементы упрямо не желают прививаться, несмотря на ограничения и риск остаться без работы.

Проще всего обозвать их неучами, которые не умеют критически мыслить и фильтровать информацию. Но, к примеру, у одного из лидеров глобального движения «антиваксеров» Роберта Кеннеди-младшего за плечами гарвардский бакалавриат и юридический факультет Университета Вирджинии. Его никак не назовешь малообразованным тупицей. Между тем именно он распустил слухи о коварном плане Билла Гейтса распространить микрочипы через вакцину от COVID-19 с целью тотальной слежки.

Хотя Instagram тут же заблокировал активиста за дезинформацию, идея успела «уйти в массы» и у нее нашлось немало интеллигентных последователей. Выходит, дело не в образовании. В чем же тогда?

ВСЕ ГОРАЗДО СЛОЖНЕЕ

По словам клинического психолога Женевьев Болью-Пельтье, помимо религиозных убеждений, умственного развития или состояния здоровья, нежелание вакцинироваться объясняется рядом других факторов.

«В основном я работаю со взрослыми клиентами, страдающими личностными, тревожными и аффективными расстройствами. С начала пандемии я постоянно отмечаю, как растет всеобщее уныние, отчаяние и чувство безысходности. На самом деле за отказом от прививок стоит целый калейдоскоп эмоций, определяющий выбор и поведение каждого».

1. Недопонимание и недостаток информации

Многие практически ничего не знают о самой вакцине и не понимают необходимости массовой вакцинации. От противоречивых сведений голова идет кругом. Что толку в прививках, если после них все равно болеют и заражают других? Зачем вакцинировать молодежь, наименее уязвимую для коронавируса? Отсутствие простых ответов буквально парализует мышление. В результате люди окончательно запутываются и бездействуют.

2. Боязнь уколов и вакцин

На самом деле от 10 до 20 процентов взрослых до дрожи боятся иголок, шприцев и связанной с ними боли. У этого феномена есть название — трипанофобия. Казалось бы, пустяк, но от одной мысли о предстоящей процедуре человека охватывает такой ужас, что он всеми силами старается ее избежать. В других случаях опасения вызывает вероятное побочное действие самой вакцины. Люди будто бы и не против прививки, но выжидают, пока вакцинируется большинство, чтобы убедиться в отсутствии отложенных последствий.

3. Чувство беспомощности

Серьезный психологический барьер возникает в ответ на прогнозы, что вопреки вакцинации пандемия закончится нескоро, поскольку постоянно появляются новые штаммы. Разочарование и апатию, связанные с затяжным кризисом, очень точно отражает термин «пандемическая усталость». Ощущение беспросветности и крах надежд могут уничтожить всякую мотивацию, в том числе желание делать обязательные прививки.

4. Наивная уверенность

Некоторые вполне отдают себе отчет об опасности коронавируса, но считают, что лично им он не грозит. «Я никогда не болею, у меня крепкий иммунитет!» Чаще всего так говорят те, кто не вполне осознает, как распространяется инфекция, и не особо задумывается о губительных последствиях для собственного здоровья и рисках для окружающих. Что примечательно, они не входят в число ярых противников вакцинации.

вакцинация

5. Подозрительное отношение к ингредиентам

Есть люди, которых невероятно пугает любое вмешательство в организм. Они испытывают сильнейший дискомфорт от мысли, что им введут «нечто непонятное» и воспринимают прививку от COVID-19 как намеренное заражение, вторжение и агрессию. Поскольку химический состав вакцины им не известен, а научные формулы непонятны, они с трудом поддаются уговорам или наотрез отказываются от вакцинации.

6. Тревожность и отрицание

Мы по-разному реагируем на тревожные события. Одни начинают действовать и искать выход из патовой ситуации, другие полагаются на близких, третьи просто опускают руки. Но есть и те, кто уходит в отрицание. Это автоматическая, бессознательная реакция защиты, нечто наподобие пластыря, которым временно заклеивают раны. В контексте пандемии это может выражаться в отрицании серьезности заболевания, отрицании собственной уязвимости и даже в отрицании самого вируса.

7. Отверженность и изоляция

Как существа социальные мы страдаем, если нами пренебрегают. Некоторые переживают это особенно болезненно. Им кажется, будто общество специально от них отворачивается, но при этом они не признают официальных директив и правил, принятых в связи с пандемией. Если объявляют о мерах предосторожности, они думают, что их ущемляют в правах.

Вскоре они понимают, что власти не собираются делать для них исключение, а остальные попросту их высмеивают или стыдят за безответственность. И тогда былые травмы отвержения снова напоминают о себе. Их словно разрывает на части: они чувствуют себя изгоями, но упрямо отказываются следовать предписаниям. В конце концов они решают примкнуть к ковид-диссидентам: эти хотя бы выслушают и поймут.

8. Зависимость и избегание конфликтов

Безвольные, нерешительные личности слишком зависят от мнения ближайшего окружения. Они все время сомневаются в себе, потому перекладывают текущие решения на других, превозносят их достоинства и любой ценой стремятся обойти острые углы. В случае с вакцинацией их выбор и позиция полностью зависят от того, что думает по этому поводу их друг или партнер.

9. Кризис доверия

Несколько вышеупомянутых факторов — подозрительность, отрицание, отвержение — нередко соединяются в одном «коктейле». Постепенно из него образуется концентрированное предубеждение к действиям здравоохранительных организаций и фармацевтической индустрии. В итоге возникает кризис доверия и подозрительное отношение к разумным санитарно-эпидемиологическим мерам.

Вера в теории заговоров и отрицание любых авторитетов так или иначе сказывается на образе мышления и личностной идентичности. А это неизбежно приводит к социальной поляризации. «Можно долго рассуждать о психологических барьерах, которые заставляют сомневаться и отказываться от вакцин, — говорит доктор Болью-Пельтье. — Суть в том, что нужно разобраться, почему человек думает именно так.

Кому-то нужны четкие разъяснения, кто-то всего лишь хочет, чтобы во время прививки рядом был кто-то близкий. Есть и те, кому необходимо, чтобы их просто выслушали. Что же касается тех, кого пугает контроль, — их наверняка устроила бы некая промежуточная альтернатива, например, регулярные ПЦР-тесты.

Чтобы выйти из кризиса и сообща победить пандемию, стоит быть внимательнее друг к другу. Верю, что государственные структуры придут к такому выводу и сумеют выстроить гибкий подход, которые помогут доносить информацию доступным языком. Ведь прежде, чем требовать уважения к законам, надо понять, почему не все готовы их выполнять», — заканчивает Болью-Пельтье.