Быть честным с собой: как ставить правильные цели

Когда мы ставим перед собой цель, редко задумываемся об истинных мотивах своего выбора. Исправить форму носа или меньше беспокоиться, купить квартиру или дать однажды отпор грубому начальнику — наверное, любое стремление можно свести к лаконичной формуле: мы хотим быть счастливыми.

Однако по пути к счастью нередко ошибаемся насчет средств, которые к нему приблизят. И тогда, даже купив заветные метры или сделав пластическую операцию, удовлетворения не испытываем. Как поставить верную цель, не оглядываясь на чужие мечты и мнения?

Туманный идеал

Одна из особенностей нашей психики заключается в том, что мы не можем не оценивать и не впечатляться: если что-то нравится, мы хотим это иметь. Причем не важно, хотим мы иметь машину или определенный стиль поведения, который вызывает одобрение.

«Разница между тем, какие мы есть на самом деле и какими хотелось бы быть, весьма ощутима, — замечает гештальт-терапевт Екатерина Мухачева. — Но откуда появляются представления и идеалы? Как правило, извне — из телевизора, интернета, книг, от родителей и людей вокруг. Так в голове создается определенный образ, к которому мы и пытаемся себя подогнать. Из этого следует, что, когда мы хотим чего-то для себя, невольно становимся заложниками общественного мнения, некой общественной программы».

Если вы хотите обрести уверенность, то сначала необходимо выяснить, что именно вы под ней понимаете

Кроме того, наши потребности не всегда ясны для нас самих: желание чего-то нового есть, а определить, чего конкретно, — не получается.

«Клиенты редко приходят на консультацию с четкой целью, она возникает уже в процессе беседы и может меняться от сеанса к сеансу, — рассказывает клинический психолог Юлия Захарова. — Если вы хотите обрести уверенность, то сначала необходимо выяснить, что именно вы понимаете под уверенностью. В каких сферах жизни ее не хватает. Чего вы сможете достичь, став увереннее. Как это повлияет на жизнь и на отношения с близкими. В результате такого обсуждения становятся понятны и цели».

От внешнего к внутреннему

Могут ли внутренние изменения произойти благодаря внешним переменам? Например, если раньше вы отжимались десять раз, а теперь отжимаетесь сто, что может измениться, кроме объема мускулатуры? Самоуважение и отношение к себе.

«Внешние изменения, когда нам нравится то, как мы выглядим, конечно, добавляют дополнительных эмоций: всегда приятно поймать свое отражение в зеркале и остаться удовлетворенным, — соглашается Екатерина Мухачева. — Однако гордость и удовольствие от себя, которые влияют на настроение, вряд ли изменяют нас кардинальным образом. Это эмоции, они более кратковременны, чем глубокие чувства и переживания».

Мысли и поведение взаимосвязаны, поэтому логично, что изменения в действиях могут привести и к изменениям сознания. Тот, кто бросил курить, начинает думать о себе как о сильной, волевой личности. Тот, кто боялся искать новую работу, но однажды подверг сомнению привычное мнение о себе как о неудачнике, меньше комплексует и в конце концов идет на собеседование.

Расту вместе с дочкой

Чем старше мы становимся, тем сложнее встать на путь изменений. Бывает, сама жизнь устраивает серьезные встряски, чтобы сообщить: пора.

«Десять лет назад по дороге в Крым мы с друзьями попали в серьезное ДТП, — рассказывает 36-летняя Ольга. — К счастью, никто не пострадал, поэтому разбирались на месте. Так как правила нарушили мы, отдать пришлось и деньги, и мобильные телефоны, и даже мое обручальное кольцо.

«Ты здесь единственный мужик», — сделали мне комплимент представители пострадавшей стороны. Вечером эту же мысль поддержал муж: мол, классно ты там роль сыграла. А оказалось, что это была не роль — я впервые вела себя естественно, не изображала того, кем не являюсь. Не ждала ничьей поддержки и защиты, брала на себя ответственность за событие, произошедшее в моей жизни, признавала вину и искала выход.

Вернувшись в Москву, я уволилась (а меня готовили к должности заведующей детским садом) и начала новую карьеру с нуля. И спустя еще два месяца ушла от любимого мужа. Я чувствовала страшную вину за то, как поступаю, но по-другому не могла: все, чем я жила, было чужой жизнью по чужим правилам, хотя и во имя любви. До того ДТП у меня было много страхов, сомнений, сожалений. Я не чувствовала себя счастливой, но словно приросла к месту и не могла пошевелиться.

А сейчас свою жизнь без движения я не представляю. Еще большее ускорение ей придало рождение ребенка — моей дочке восемь лет, и я каждый день расту и меняюсь вместе с ней. Думаю, моим близким иногда тяжело обитать в пространстве постоянных перемен, но этот процесс не остановить».

Ради других?

В подростковом и юношеском возрасте желание измениться зачастую появляется на фоне общения с теми, кто нам нравится и на кого мы хотели бы равняться. С возрастом мы больше ориентируемся на себя, но так происходит не всегда.

Многие продолжают зависеть от чужого мнения и тратят много сил, времени, нервов и здоровья на то, чтобы соответствовать образу, который, как нам кажется, обязательно понравится другим. Кто-то, наоборот, достаточно уверен в себе, чтобы иметь свою позицию, противоположную общепринятой.

Однако если мы все же готовы прислушаться к родственникам или друзьям, которые призывают измениться, то на смену первой реакции — обиде, чувству уязвленного самолюбия — приходят первые попытки самоанализа: может быть, действительно стоит что-то изменить в себе, чтобы жить лучше? «Межличностные отношения часто бывают истинной причиной того, что клиент решил работать и как-то меняться», — подтверждает Юлия Захарова.

Не насилие ли это над собой? Ведь меняясь в угоду кому-то, мы стремимся соответствовать чужим запросам. Однако иногда мы соглашаемся выполнить просьбу партнера, поскольку это приносит пользу обеим сторонам.

«Если ваш спутник во время выяснения отношений просит сдерживаться и отвечать спокойным голосом, поскольку ему трудно переносить разговор на повышенных тонах, то, соглашаясь пойти на это, вы можете совместить приятное с полезным, — говорит Екатерина Мухачева. — Приятное, потому что это снизит накал страстей, полезное, потому что найти компромисс и понять, чего хочет партнер, в спокойной обстановке проще».

А как быть, если окружающие хотят от нас того, чем мы не являемся? Например, если вы увлекаетесь книгами или вязанием, а друзья требуют постоянного присутствия на шумных вечеринках, стоит задуматься, ценят ли они вас по-настоящему или предпочли бы кого-то другого.

Главное — удовольствие

Когда цель достигнута, некоторых накрывает депрессивное настроение. Что дальше? Почему я не испытываю восторга?

«Все зависит от того, каким образом мы движемся к цели: с удовольствием от процесса, от каждого маленького шажка на пути к заветному или в постоянном напряжении, теряя связь с реальностью, — объясняет Екатерина Мухачева. — В первом случае достижение цели будет восприниматься как праздник, и оно послужит фундаментом для новых планов. Во втором на смену радости придет чувство опустошения».

Слова гештальт-терапевта отчасти подтверждают фразу, которая на Востоке воспринимается не как доброе пожелание, а как проклятие: «Пусть сбудутся все твои мечты». Когда мы получаем желаемое, оно становится рутиной, повседневностью.

Когда мы меняем себя, испытываем меньше страха

Поэтому процесс достижения цели важнее, чем сама цель: мечтая о финальном результате, мы уже проживаем эти эмоции, удовлетворение — так работает наше бессознательное, не различая, где мечты, а где реальность. Потому, когда мы на самом деле получаем желаемое, эмоций для ощущения радости и восторга не остается: мы чувствуем пустоту, так как все переживания были прожиты заранее.

Кто-то привык подолгу оставаться на одном и том же месте, одной и той же работе, в окружении одних и тех же вещей: привычки и вкусы стабильны. А для тех, кто склонен изучать философские и нефилософские взгляды окружающих, заниматься познанием и самопознанием, путешествовать, изменения в поведении и мышлении происходят будто сами собой.

Когда мы меняем себя, испытываем меньше страха. И успешными становимся благодаря тому, что сами развиваем в себе те навыки, которые помогают достигать целей и жить так, как мы сами хотим, — счастливо. Ждать, пока кто-то придет и изменит нашу жизнь, при этом ничего не делая, конечно, можно, и, вероятно, кто-то сможет воплотить эти мечты или помочь с реализацией целей и задач.

Но стойкими или, наоборот, временными будут эти изменения, зависит от того, насколько серьезно меняются наши глубинные убеждения о себе и о мире.

Принять и полюбить себя

Этот призыв, который почти превратился в поговорку, вроде бы не подразумевает никаких изменений. И все же любовь к себе может стать главной причиной внутренних метаморфоз. О своей мотивации на пути к новой жизни рассказывает консультант по питанию и тренер Виталий Сиротинин:

Долгая и трудная подготовка к выступлению на региональных соревнованиях по бодибилдингу, тяжелый развод, переезд в другой город, путь на покорение столицы — к 36 годам жизнь подкинула мне немало испытаний, но спорт всегда придавал сил.

А потом что-то сломалось. К 39 годам тяга к подвигам закончилась, а вместе с ней и сила воли. Полгода я был в декрете с младшей дочерью, стал весить 110 килограммов. Начались проблемы со здоровьем, врачи были единодушны: «Худеть».

Тогда у меня часто возникали мысли о смерти: вокруг умирали молодые парни, а здоровые еще вчера мужики становились недееспособными из-за инсультов.

Мне же очень хотелось вырастить детей, подержать на руках внуков. До этого я много раз сидел на изнурительных диетах и понимал, что, снова прибегнув к ним, не смогу долго удержать вес. Поэтому начал с простого: много ходить и считать калории.

Скинув примерно 30 кг, стал понемногу заниматься на турнике, а к концу лета понял, что на сорокалетие смогу сделать фотосессию с кубиками пресса. Дальше — больше.

Основываясь на личном опыте, создал собственную программу похудения, чтобы помогать меняться другим, стал развивать свои аккаунты в Instagram и в TikTok. Еще многое предстоит сделать, но я всегда в потоке изменений: ищу ключи к долгой и здоровой жизни, хочу освоить медитацию, йогу.

Работа над собой делает меня сильнее и работоспособнее. Когда мне было 39 и я весил 110 килограммов, я думал, что жизнь заканчивается, перспектив никаких, а смена профессии к сорока годам — что-то из области фантастики. Мне было трудно, обидно, больно.

Теперь я не просто обрел себя — я жажду перевернуть этот мир. И спешу жить, потому что знаю наверняка: нет ничего невозможного.