Полиция больше полугода не может доставить в мировой суд челябинца, обвиняемого в побоях пятилетней дочери. По словам матери девочки, материалы дела лежат в суде с прошлой осени, но биологический отец на заседания упорно не является. И всякий раз, когда сотрудники МВД приходят за нарушителем, тот вызывает скорую и уезжает в больницу. Детали конфликта выяснили наши коллеги из редакции 74.RU.
По словам Анны (имя изменено по ее просьбе), с отцом своей дочери она никогда не жила, но общаться с ребенком партнеру не запрещала. Однажды, в октябре 2024-го, мужчина забрал ребенка из детсада и пропал с ним на несколько месяцев.
«Он пришел в 11 утра, когда не было других родителей. Она не хотела, он забрал ее силой, — поделилась своей историей Анна. — Воспитатели не имели права не отдать ему ребенка, потому что в документах он записан как отец. Хотя я предупреждала их. До этого был конфликт, он избил моего старшего сына, и он уже говорил, что отберет у меня ребенка».
Три месяца мать не могла разыскать дочь. Беглец прятался в Челябинской области, переезжал. Найти девочку Анне удалось лишь в конце января «благодаря неравнодушным людям», вспоминает женщина. К тому моменту Анна уже побывала в суде, и там вынесли вердикт, что ребенок должен жить с матерью.
Дочку Анна забрала, а дальше начались судебные тяжбы за ребенка. Факт побоев вскрылся в мае 2025-го, в ходе экспертизы у психолога.
«Эксперт запросила медкарту дочери, я ее предоставила. После беседы с биологическим отцом она спросила у меня, что за травма головы была у дочки. А я даже не видела эту запись в карте. Начала у дочки спрашивать, и она подробно мне все это рассказала. В тот день [когда отец забрал ее из сада] он сразу поехал в детский травмпункт. По дороге ударил дочку в машине по голове со словами: „Скажи врачу, что это мама и брат“. Пригрозил, если она не скажет, он ее убьет. В травмпункте зафиксировали поверхностную травму головы», — рассказывает Анна свою версию произошедшего.
Анна написала заявление в полицию, и в сентябре 2025-го в отношении отца ребенка составили протокол по статье о побоях (ст. 6.1.1 КоАП). Разбирательство назначили на 17 ноября, но в мировой суд нарушитель не явился. С тех пор ни одного заседания не состоялось — обвиняемый уже несколько раз уезжал от силовиков на скорой. Например, утром 13 апреля полицейские встретили мужчину у подъезда, но он тут же позвонил по телефону 103, приехала неотложка, увезла его в больницу, а через несколько часов он вернулся — камера у подъезда зафиксировала, как мужчину привезла домой его мать.
«Он просто вызывает скорую. У него при невысоком росте вес 120 килограммов, поэтому давление постоянно. В полиции говорят, что он госпитализирован, но он в тот же день прибегает домой, — негодует Анна. — Суть в том, что эта статья 6.1.1 превратилась в фикцию — если нарушитель не хочет, он просто не приходит в суд. Даже если его доставят в суд, он там инсценирует инфаркт. Он просто симулирует — упадет, схватится за сердце, а вечером прибежит домой!»
В челябинском УВД журналистам подтвердили, что сотрудники несколько раз пытались доставить мужчину в суд, но каждый раз он вызывал скорую помощь, и его госпитализировали.
«Для вынесения решения судом обязательно присутствие ответчика на заседании, без него суд не может рассмотреть дело, — объяснили в пресс-службе органа власти нашим коллегам. — Его госпитализировали, через день-два участковый приходит, он уже ушел из больницы».
Полицейские приходили за мужчиной в разное время, даже в 6 утра.
«Он был дома. Тут же говорит: „Мне плохо“, вызывает скорую, его увозят. Один раз в отдел полиции вызвал медиков», — рассказали в УМВД.
Юридическая загвоздка в том, что выставить конвой в больнице полиция не может — это не уголовное дело, а суд не вправе рассматривать протокол, по которому может быть назначен административный арест, без присутствия обвиняемого — это регламентирует часть 3 статьи 25.1 КоАП.
Вменяемая челябинцу статья 6.1.1 КоАП (нанесение побоев, причинивших боль, но не повлекших легкого вреда здоровью) предусматривает штраф от 5 до 30 тысяч рублей, либо административный арест на срок от 10 до 15 суток, либо обязательные работы на срок от 60 до 120 часов.
Анна возмущена происходящим, ведь отец девочки даже не прячется.
«Вся эта „охота“ происходит на фоне того, что он не скрывается: он ежедневно приходит домой, выходит на работу, свободно перемещается по городу. Его передвижения фиксируют камеры видеонаблюдения. Он ведет обычный образ жизни, не болен и не госпитализирован. Полиция имеет все возможности для его задержания и привода в суд, но этого не делает», — рассуждает она.
Отчаявшись, весной Анна пожаловалась на происходящее министру внутренних дел России Владимиру Колокольцеву.
«Зачем нужна статья 6.1.1 КоАП РФ, если наказать по ней невозможно в случае, когда нарушитель сам решает — являться ему в суд или нет? Если полиция не применяет законную силу (наручники, изъятие телефона, физическое доставление) и не может пресечь ложные вызовы скорой, данная статья превращается в фикцию. Нанести побои ребенку — можно, привлечь виновного к ответственности — нельзя, если он придумал схему с вызовом скорой, а полиция боится его жалоб», — указывает она.
Мать девочки переживает, что такими темпами срок привлечения к ответственности обвиняемого в побоях скоро истечет, и он останется безнаказанным.
Журналисты попытались связаться с отцом девочки и его матерью, но телефоны либо не отвечают, либо на другом конце провода говорят, что не знают такого человека.
По материалам портала 74.RU.
