Вторая половина жизни: как наполнить ее смыслом и счастьем — советы психологов
Фото
Shutterstock/Fotodom.ru

«В 40 лет жизнь только начинается» — крылатая фраза из культового советского фильма стала еще более актуальной после того, как государство продлило нашу молодость и отодвинуло выход на пенсию на пять лет. Но какие бы решения ни были приняты на бумаге, по-прежнему в обществе принято рассматривать возраст после 45 как вторую половину жизни, за которой все четче видна финишная прямая. А уж выход на пенсию — для многих однозначный сигнал, что мы вступили в тот период, который социологи и демографы называют «возрастом дожития». Можно ли быть счастливым и оптимистичным после того, как мы пересекли жизненный экватор?

Точка отсчета второй половины

«Когда говорят о пожилом возрасте, заметна тенденция впадать в крайности: этот период рассматривается либо как полноценная, бьющая ключом жизнь, либо как явное снижение активности, социальная кома и даже смерть, — говорит экзистенциально-гуманистический психотерапевт Алексей Степанов. — Правда заключается в том, что не все люди в пожилом возрасте могут быть активными — есть объективные причины, например, проблемы со здоровьем».

Но при этом огромное количество пожилых ведут активную социальную жизнь. И это необязательно связано с формальным наличием работы. Переход от молодости к зрелости очень индивидуален. «У каждого человека это ощущение свое. Военнослужащий, выходящий на пенсию в 40-45 лет, вряд ли будет считать, что его активная жизнь завершилась», — продолжает эксперт.

Однако в психологии существует множество шкал, делящих жизненный путь на отрезки. Но выражение о второй половине — скорее метафора. Если ориентироваться на последнюю градацию Всемирной организации здравоохранения, то эти периоды таковы: с 25 до 44 лет — молодость, с 45 до 60 — зрелость, с 60 до 75 — пожилой человек, с 75 до 90 — старость, свыше 90 — долгожительство.

«Рубеж, который делит жизнь на две условные половины, выпадает на период зрелости. Но с оговоркой — люди большие индивидуальности и единой цифры нет, — подтверждает психодраматерапевт Екатерина Крюкова. — Поговорка позапрошлого века „40 лет — бабий век“ частично отражает некие изменения, которые происходят в женском организме. Но я бы расширила границы перехода во вторую половину — это 40-50 лет и для мужчин, и для женщин».

На переходный период как раз приходится нормативный кризис среднего возраста

Именно в это время хотя бы раз каждому из нас приходит в голову мысль о том, что значительная часть жизни пройдена. Что нас ждет впереди? Все ли, что мы задумывали и о чем мечтали, сбылось? Насколько мы довольны жизнью, получаем ли от нее удовольствие? Те ли люди с нами рядом?

«Человек осознает, что первая, понятная, наиболее прогнозируемая часть жизни им освоена или не освоена. Он начинает подводить предварительные итоги», — поясняет Екатерина Крюкова. И свои самые серьезные вопросы мы адресуем не миру, как это было до сих пор, а самим себе.

Молодость — период экспансии в мир, и мы ждем от нее многого. «Нас приглашают на работу — мы интересуемся, а что с этого будем иметь, и речь здесь не только о финансах. Молодой человек озадачен накоплением опыта, знаний, ему хочется все попробовать во внешнем мире. Кризис наступает тогда, когда мы, без отрыва от реальности, разворачиваем вектор внимания во внутреннюю жизнь», — считает психолог.

Нас начинают интересовать другие вещи: насколько я знаком с собой, насколько я удовлетворен тем, что делал до этого. Нас волнуют не количественные изменения, а качественные. Еще одна инвентаризация проходит в пожилом возрасте.

«Я бы соврал, если бы сказал, что старение — не критический период, — продолжает Алексей Степанов. — Под удар ставится смысл жизни. Одновременно решается вопрос, по поводу чего радоваться и по поводу чего сокрушаться. Ради чего дальше быть? Это важная задача пожилого возраста, если она не решается — качество жизни снижается».

Вторая половина жизни: как наполнить ее смыслом и счастьем — советы психологов
Фото
Shutterstock/Fotodom.ru

Страхи и стереотипы

Мы листаем альбом с фотографиями и видим себя молодыми. И не так легко теперь подняться по лестнице, не то что взбежать. Каждый день дает нам сигналы, что мы хоть были и рысаками, но воспоминания об этом скорее приносят печаль, а не радость.

«Входя в период старости, мы проживаем утрату себя прежнего, — поясняет Алексей Степанов. — Душа на потери реагирует гореванием. Окончание горя, завершение его работы знаменуется обретением нового смысла: „Я печалюсь, но принимаю то, какой я теперь и как мне быть с этим“».

Часто активные люди, выходя на пенсию, реагируют на это очень болезненно. «Некоторые не переживали перемены, получая инсульт и инфаркт, — говорит Екатерина Крюкова. — Происходит резкая изоляция. В один день они оказываются выброшенными из привычного активного ритма. И это серьезный стресс. Говоря языком психодрамы Морено, наш социальный атом — связи с социумом посредством других людей — обедняется с выходом на пенсию. Помимо отношений и знакомств, обслуживающих работу, теряются также связи менее значимого круга общения.

Например, работая, мы соблюдаем дресс-код и для этого покупаем одежду, обувь, посещаем магазины и парикмахерские. Теперь это не нужно в таком объеме. Командировки, новые знакомства, отпуск, путешествия — постепенно теряется и это. А в «первом» круге — ближайшем — некоторые с удивлением обнаруживают, что связи ослабли. Дети выросли и заняты своей жизнью. Не всегда нас приобщают к воспитанию внуков, да и сами мы не всегда этого хотим. Но каждому нужен конкретный живой навык проводить время с другим человеком. И этот навык утерян».

Но чаще мы имеем дело с установками, которые создает сам человек и поддерживает общество

Снижение активности нередко связано с самоограничивающими мыслями, уверен Алексей Степанов. Есть много людей, для которых стакан всегда наполовину полон, а не пуст. И это вопрос внутренней установки. «Я читал интервью известного режиссера триллера „Чужой“ Риддли Скотта, которому уже за 80. И когда его спросили о дальнейших планах, он расписал их на десять лет вперед. Он живет, а не доживает», — признается он.

Важно принимать себя и свой возраст, считает Екатерина Крюкова: «Я, как практикующий психолог, сталкиваюсь с повторяющимся феноменом. Огромный превалирующий страх — постареть, стать немощным, утратить способность себя обслуживать и быть включенным в жизнь. В общественное сознание вбивается идея, что надо всячески избегать малейших признаков старости.

Огромное количество Дорианов Греев среди мужчин и женщин, которые готовы выкладывать сумасшедшие деньги за то, чтобы затормозиться в молодости. Но жизнь обмануть еще никому не удавалось, и мы, психологи, получаем клиентов с неврозами, иногда доходящими до тяжелых личностных расстройств».

Хорошо, когда у психики есть защитные механизмы, позволяющие ей адаптироваться, справляться с жизнью. Но они могут сыграть для нас плохую роль, когда люди живут в иллюзорном, а не в реальном мире. А потом однажды происходит нечто, что сталкивает их с реальностью, к которой они не готовы. И они разрушаются. «Я немного раздражаюсь, когда вижу, как 70-80-летним советуют оставаться 40-летними. Это опасно», — отмечает эксперт.

Вторая половина жизни: как наполнить ее смыслом и счастьем — советы психологов
Фото
Shutterstock/Fotodom.ru

Молодость по собственному желанию

Качество жизни после 45-48 лет во многом определяется тем, как прожита так называемая первая половина жизни, считает Алексей Степанов: «Не может быть такого, чтобы до этого была активная профессиональная деятельность, обширные социальные контакты, готовность восприятия нового, но человек достигает определенного возраста и вдруг раз — все заканчивается».

Мы продолжаем вести тот же образ жизни, что и раньше, только с поправкой на определенные возрастные ограничения. Есть некоторое общее объективное снижение качества жизни. Но когда наша жизнь разнообразна, то выход на пенсию не становится трагичным событием. Ведь, как правило, у активных людей есть много других смыслов помимо работы. А если нет, то их можно находить. Можно сохранять внешнюю привлекательность не только в зрелом, но и в пожилом возрасте. И продолжать сексуальную жизнь, убежден Алексей Степанов.

«Как правило, человек любого возраста в состоянии найти себе партнера. Непременно появится кто-то, для кого мы окажемся привлекательными. Это лишь вопрос собственных ограничений. По возможности нужно вести какую-то социальную активность — например, работать при общине в храме, где можно встретить тех, кто понимает, кто разделяет те же мысли по поводу старения», — подчеркивает он.

Важно не терять готовность к развитию и обучению. Можно овладеть новыми навыками, что полезно в любом возрасте. Пойти учиться в гончарную мастерскую и освоить музыкальный инструмент. «Приручить» компьютер и изучить онлайн-игры. Стоит уделить время и внимание тем отношениям, которые уже есть, и тем, которые ослабли из-за нашей занятости, предлагает Екатерина Крюкова.

Необходимо провести ревизию отношений с детьми, внуками, старыми друзьями, братьями и сестрами

В наш век социальных сетей и виртуальных коммуникаций это осуществить просто. Для общения не нужны материальные затраты. Проводить время вместе можно на прогулке в парке или за чашкой чая. Очень редко искреннее внимание остается без ответа.

Нужно также постараться быть открытым к новым контактам, без каких-то далеко идущих последствий, — иногда они бывают настолько же приятными, насколько и неожиданными. «Недавно я получила огромное удовольствие, разговаривая на остановке с незнакомым пожилым человеком. Я даже не знаю его имени», — замечает психолог.

Важно показать готовность взглядом, и тогда непременно встретятся в толпе глаза, желающие ответить тем же. «Мне очень нравится фраза «Счастье — это полнота бытия». Я с ней полностью согласна. Но бытие в каждом возрасте и каждых обстоятельствах определяется и воспринимается по-разному, — добавляет Екатерина Крюкова. — Бытие пятилетнего может быть приятным, но оно вряд ли нужно 40-летнему. Каждый возраст обладает разным набором приятностей и неприятностей.

Обрести внутреннюю гармонию и равновесие можно, если найти смелость встретиться с теми аспектами бытия, которые есть сейчас, со своей собственной реальностью, не убегать, не искажать, а проживать ее так, как мы способны. И тогда что первая, что вторая половина жизни станут для нас неповторимыми».

Психолог, психодраматерапевт, гештальт-терапевт, заведующая кафедрой психодрамы Московского института гештальта и психодрамы (МИГиП)

Алексей Степанов

Экзистенциально-гуманистический психотерапевт, психолог клиники «Рассвет», член Ассоциации понимающей психотерапии

Личный сайт