Мне 31 год, мать родила меня неизвестно от кого. Отец на ней не женился, и я каждый раз слушаю про него новое вранье. Мать меня истязала, порола, относилась ко мне с ненавистью. Потом вышла замуж, заставила называть отчима отцом. Он был нормальный, но пел под ее дудку. Я знаю — если бы не она, я бы сейчас был другим человеком.

Вскоре после их свадьбы семья потеряла все сбережения. Я голодал. Я с детства вынужден был работать, чтобы есть! В то время, как у моих ровесников было все, я вагоны разгружал. И мать только повторяла: «Государство нас обокрало, давай ты восполняй». Меня подкармливала родная бабка, но она умерла, оставила мне квартиру. В ней я сейчас и проживаю. Один. Отношения с женщинами не сложились — при такой-то матери ничего не сложится!

С матерью я не общаюсь, обеспечиваю себя сам. Но я получаю копейки, а женщинам сейчас подавай сразу богатого и перспективного. Если бы у меня было другое детство, другое прошлое, то наверняка и настоящее было бы иным!

Михаил, 31 год

Михаил, вы — довольно молодой человек. Ума, настойчивости и воли вам не занимать, вы решительны и способны к длительным усилиям без поддержки и одобрения внешнего мира. Но ваша эмоциональная сфера отстала в развитии лет на двадцать, причем вы сами довели ее до этого.

Состояние вечной обиды — у вас подло украли счастливую жизнь, детство, юность, все! — держит крепко, ваша эмоциональная жизнь преимущественно из нее и состоит. Видимо, когда-то этот гнев, ощущение несправедливости и желание наказать маму — за историю своего рождения, за отчима, за вранье про отца — давало силы двигаться, стиснуть зубы и построить жизнь по-своему.

Это случается с подростками: кого-то отчаяние и одиночество толкает на дикие поступки и разрушение, кого-то — на усердную работу и раннюю самостоятельность. Но всегда важно понимать не только почему, но и зачем. Доказать «им», что и без них можно обойтись и что не надо жить по их правилам, можно, но что дальше?

Энергия протеста хороша до поры, в зрелом возрасте она только мешает

С вашими способностями и волей можно было создать для себя более интересную и радостную жизнь, но тогда пришлось бы расстаться с цепью, которую вы сами для себя выковали, а она привычна и даже любима. Думаешь обо всем, чего отродясь лишен, — и тихо костенеешь в злости и жалости к себе.

Если персональный музей страданий и украденного счастья вам настолько близок и дорог, что испытать немного радости или, о ужас, благодарности — просто кощунство, это ваш выбор.

А если все-таки хотелось бы для разнообразия почувствовать что-то новое, этому новому придется терпеливо учиться, для начала перестав находить мрачное удовольствие в «исковых заявлениях» и подсчете обид, нанесенных вам семьей, историей и географией. Ломки в этом случае грозят тяжелые, двадцать лет — срок немалый. Цена вопроса — ваше будущее.