«Я мамина любимая дочка, и я никогда не буду счастлива в браке»

Мы жили втроем...

Так сложилось, что я второй и самый любимый ребенок в семье. Старшая сестра сбежала из дома лет в пятнадцать. Жила отдельно, снимая комнату, потом в 21 год вышла замуж и уехала к мужу. А мы остались жить втроем: я, мама и бабуля.

Я красивая девушка, а потому поклонники были и есть всегда. Всегда, но ненадолго. Как только Игорь или Володя входили в дом, мама накрывала на стол, а после говорила: «Ну что, зятек, вкусно тебя теща накормила?» А мне тогда было только 16 лет. «Будущего мужа» словно сдувало, и больше я его не видела.

Поступив в институт, я встречалась с разными мужчинами. Мама не хотела, чтоб я оставалась у них или в гостинице, и настаивала, чтоб мы ночевали у нас дома. Мама с бабушкой спали в одной комнате, а мы пытались «спать» в другой. Очень скоро эти мужчины пропадали, объясняя по смс, что не могут «спать втроем с моей мамой».

Мне хотелось их бросить и бежать. Не видеть хотя бы неделю

После института я устроилась на хорошую работу, появились деньги. Но как только я заводила речь о том, что хочу снять квартиру, мама делала «страшные глаза» и изводила меня молчанием. А однажды у нее вырвалось: «Ты уйдешь, и на что мы будем жить?!» Вариант, что я уеду и буду помогать на расстоянии, мама «забанила»: «Ты так только говоришь, а сама уедешь и бросишь нас!» Я не нашла, что возразить, потому что тогда мне правда хотелось их бросить и бежать. Не видеть хотя бы неделю.

И… я снова осталась с мамой. Приходить домой мне можно было не позже 23 часов. В ресторан с подружками? «Дорого, и поздно придешь»… Кстати, моя зарплатная карта была у мамы, чтоб вечером не напали и не обокрали. Каждое утро она спрашивала, сколько ей для меня снять на завтра, зачем и на что? Сама покупала, что нужно (в то время она ходила в аптеку, как в супермаркет) и не считала необходимым спросить, можно ли снять деньги. С моей карты.

«Я мамина любимая дочка, и я никогда не буду счастлива в браке»

Богатая свадьба

И все же нашелся мужчина, который сразу сказал: «Мы съезжаем». То есть я съезжаю от родных. Я сняла квартиру, потому что его заработок был почти нулевым, и немного растянула нашу с мамой «пуповину». Сколько было слез, как она молила снять квартиру хотя бы рядом! Но я устояла. Моя квартира на другом конце города, и мама до сих пор там ни разу не была: я умудрилась сохранить в тайне адрес.

Мы, наверное, продолжали бы жить с Валерой долго и счастливо, но родня (читай, мама) захотела свадьбу. Да такую, чтоб не хуже, чем у дочки ее сестры. «А за чей счет банкет?» За мой, конечно. Я оплатила все, и мы громко и красиво поженились. А через 6 месяцев после свадьбы расстались — просто разошлись, потому что он обиделся, что я много работаю, и съехал. Уехал на машине, которую я ему купила в кредит.

Ей нужны мои подробные рассказы, как прошел день и «а что там Алексей»

Я не была уверена, что это конец. Умоляла его вернуться и считала ссору глупой, но мама уверяла, что ждать не стоит, — моя подруга прислала ей фото из инстаграма, где он сидит в моей машине с некой девушкой. Мама сама позвонила мужу и сказала привезти внедорожник или переоформить на себя кредит, а потом твердила о разводе, пока я не сдалась.

Сейчас у меня другой муж, Алексей, с которым я тоже сыграла «богатую» свадьбу. И почти сразу поняла, что не готова жить с этим человеком всю жизнь: он часто выпивает и тогда бывает довольно грубым. Мы ссоримся, я периодически собираюсь разводиться, а мама, заслышав об этом, тут же «вызывает скорую». Это длится уже 4 года.

В разговорах со мной мама называет Алексея «козлом», с ним же мила и приветлива. Раз в месяц я выделяю ей приличную сумму «на жизнь», и тема денег вроде бы закрыта. Теперь ей нужны мои подробные рассказы о том, как прошел день и «а что там Алексей». Я сто раз зарекалась ничем не делиться, но как-то так выходит, что она обо мне знает все. Даже о том, какие проблемы в сексе испытывает мой муж, она знает. Да что там, я с ней хожу к гинекологу!

Я не знаю сама, чего хочу, что мне нравится, а что — нет

В последнее время стараюсь ей не звонить, а только односложно писать только в вотсапе: «доехала», «уже дома». Как только мы куда-то едем на машине, например, на выходные в Суздаль, мама поднимает на уши всю семью: доченька уехала, как они там, как доедут … Где-то 43 звонка в течение дня от нее поступает на мой телефон. Я не шучу! Было бы 86, но 50% ударов берет на себя сестра, она научилась как-то правильно общаться с мамой.

На Новый год, когда я в очередной раз собралась разводиться, а мама — «вгоняться в могилу», сестра подарила мне тарелку ручной работы с надписью: «Начни делать то, что хочешь ты, а не другие». Но я не знаю сама, чего хочу, что мне нравится, а что — нет. Во мне по-прежнему живет ощущение, что только мама знает, как правильно.

Я четко осознаю свою зависимость от нее и то, что нуждаюсь в ее пинках даже больше, чем в поощрении. Как мне оторваться? Как выпасть из семейного гнезда и не убиться?

«Потеря связи с дочерью означает для матери потерю смысла жизни»

Мария Мошкова — гештальт-терапевт

То, что переживает Кристина, в психологии называется незавершенным процессом сепарации. Она не понимает саму себя, продолжая ориентироваться на маму как на источник самых верных знаний о себе. Как в детстве. Но в силу того, что Кристина уже давно стала взрослой, мама не в состоянии угадать «правильно», в чем именно дочь нуждается. В результате героиня чувствует тотальную неудовлетворенность собственной жизнью.

Я уверена, что у Кристины все получится, если она сознательно поставит перед собой цель лучше понимать себя и свои потребности. Это вполне решаемая задача, которая требует усилий. Например, регулярных ответов на вопрос: чего я хочу прямо сейчас? Чем чаще этот вопрос будет звучать во внутреннем пространстве, тем больше шансов, что на него начнут появляться разнообразные ответы.

Можно начать с простых вещей — «чего я хочу из еды», или «какой фильм я хочу посмотреть именно сейчас»? Самое важное — начать формировать в себе навык прислушиваться к себе, замечать свои потребности. Для решения этой задачи также можно обратиться за помощью к психотерапевту, так процесс будет проходить быстрее и эффективнее.

Кроме того, хочу заметить, что сепарация — процесс трудный для обеих сторон. Мама Кристины, скорее всего, очень напугана ее уходом из «семейного гнезда», так как смысл всей ее жизни сосредоточен на дочери. И потеря связи с ней означает для матери потерю смысла жизни. В такой ситуации взрослому ребенку желательно не делать слишком резких движений, уходя из семьи. Дать себе и родителям достаточно времени, чтобы привыкнуть к растущей дистанции, и самое главное — стремиться сохранять любовь.

Об эксперте

Мария Мошкова

Мария Мошкова — гештальт-терапевт.