Кадр из фильма «Грешники»
Наверное, самым неожиданным кинотриумфатором ушедшего 2025 года стал фильм режиссера Райана Куглера «Грешники». Изначально ожидаемый как вполне проходной хоррор, фильм 97% положительных отзывов на Rotten Tomatoes, собрал более 300 миллионов долларов в кинотеатрах, а критиками был назван «наиболее культурно значимой лентой 2025 года» и , что явно комплимент, который нужно еще заслужить. Наконец, «Грешники» целых 16 номинаций на Оскар, что для фильма жанра хоррор, мягко скажем, неожиданно.
О чем фильм «Грешники»
Зачин следующий: юг США, 1932 год. Братья-близнецы Дым и Пепел (в оригинале — «Smoke» и «Stack», обоих сыграл один актер — Майкл Б. Джордан) возвращаются в родной город, чтобы построить среди плантаций джук-джойнт — бар для простых чернокожих работяг и блюза.
Мир вокруг — мир сегрегации: смешанные браки запрещены, аптеки и магазины разделены для черных и белых, владельцы плантаций стреляют по своим работникам, «подбадривая» их, ку-клукс-клан живет свою жизнь, ничего не стесняясь. И, несмотря на это, первая ночь работы бара проходит весело и беззаботно ровно до того момента, пока в дверь не стучат пришедшие на звуки музыки вампиры.
Возможно, российскому зрителю «Грешников» будет смотреть тяжеловато: множество специфических отсылок к американской истории и черной культуре может оказаться непонятным. Однако в фильме есть сильная психологическая составляющая, которая цепляет общее — человеческое.
Инаковость, которая пугает
Деление на «свой» и «чужой» — нормальный механизм нашей психики, призванный отделить то, что мы считаем порядком, безопасностью и нормой, от отклонения и потенциального опасного. При этом важно помнить, что это разделение является не объективной данностью, а лишь интерпретацией различий:
внешности;
языка;
предпочтений;
веры.
Внезапно вырастающий страх перед другим — это не признак плохого человека, а, с точки зрения психологии, иррациональная реакция, когда-то призванная обеспечить нам выживание. Именно поэтому наш мозг любит упрощать и любит предсказуемость — это понятно, а значит, безопасно. А столкновение с чем-то (или кем-то) отличающимся создает ему дискомфорт: тут предугадать дальнейший ход событий невозможно, а значит, и безопасность под угрозой. Думается, что именно этим руководствовался белый человек, стремясь ассимилировать или поработить жителей вновь завоеванных территорий.
Темнокожие посетители джук-джойнта тоже боятся белого человека, но уже по другой причине: от белого хорошего не жди, и богатый негативный опыт эту стереотипную установку только подкрепляет. Интересно, что бывшая жена одного из главных героев, Энни, исповедующая африканскую традицию худу и знающая африканскую мифологию, самой нечисти, о которой она слышала от бабки с самого детства, боится будто бы меньше, чем белого человека.
Музыка, которая объединяет
Музыка в «Грешниках» играет важную, даже можно сказать, ключевую роль. Вместе с песней герои работают, тоскуют по умершим и утерянному дому, молятся и наслаждаются мгновениями свободы.
И это не случайная мысль: еще в своей книге «This is your brain on music» психолог, нейробиолог и музыкант Дэниел Левитин демонстрирует, что музыка — это не только развлечение, но и а сложный инструмент, который влияет на наши глубокие эмоциональные и нейробиологические процессы.
Музыка может служить мощным «якорем» для воспоминаний
Так, определенные песни или мелодии могут мгновенно вызывать яркие воспоминания о школьных годах, первой любви и других важных для нас моментах. Левитин объясняет, что музыка влияет на наш гиппокамп, что позволяет нашему мозгу кодировать и извлекать воспоминания. Таким образом, музыка позволяет открывать доступ к переживаниям, хранящимся в нашей памяти. Удивительно, но даже пациенты с болезнью Альцгеймера, не помнящие свое собственное имя, могут вспоминать и напевать песни молодости.
Музыка является элементом сплочения, способом совместного переживания. Строевая песня в лагере, военный марш и даже колыбельная для расплакавшегося младенца — все это способ присоединиться к эмоциям другого, приблизится к нему. В мире, где все так хрупко и шатко, где так много потерь, чем-то, что невозможно отнять, остается лишь музыка. Как говорит один из героев о блюзе: «Мы пришли сюда с этой музыкой».
Потеря, которая преследует
На протяжении всего фильма герои ведут будто бесконечный список своих потерь: мама, отец, дочь, друг и не только. Но потеря вызывает не печаль, грусть или тоску: в «Грешниках» она ведет за собой чувство глубокого горя и травму утраты, порой сплетающихся с чувством вины, стыда и одиночества. Пепел винит себя в смерти родителей, Дым мучается от того, что не смог сохранить свою собственную семью, Мэри совершенно одинока в проживании смерти матери.
Невыплаканные, незалеченные боли героев остаются с ними, становясь фоновыми, тихими, но постоянными, с вопросами, сомнениями, самоедством, обнажая тонкое и беззащитное, которым обязательно воспользуется нечисть.
Вампиры, которые манипулируют
Манипулятивные приемы зачастую обращены к нашим чувствам, в обход логики и рационального. Когда мы находимся в большом эмоциональном переживании, наша префронтальная кора головного мозга, которая отвечает за торможение, анализ и самоконтроль, становится менее активной, а мы более подверженными манипуляциям:
«Ты не с нами? Значит, против нас»;
«Не хочешь помочь? Значит, ты плохой друг».
Ввкупе с когнитивными искажениями такие манипуляции отлично срабатывают. К тому же в «Грешниках» эти манипуляторы — а именно вампиры — прекрасно чувствуют боль и страхи своих жертв. Финансовая тревога? Так у нас есть деньги, и мы потратим их в твоем баре, как только ты нас пустишь, но ты не хочешь. Потерял любимых? Так мы станем твоей семьей и дадим тебе вечную жизнь, но ты не даешь себя укусить. И не только…
Кадр из фильма «Грешники»
Травма, которая парализует
Генерализованная травма — это, скорее, концепция коллективного травматичного опыта. Его может проживать поколение или целая этническая группа, он влияет на человеческое ощущение возможного и невозможного, позволительно и запрещенного. Как же на главных героев фильма влияет опыт рабства и бесправия?
Исследователь африканской культуры Энтони Броудер после просмотра «Грешников» делает интересное замечание — в саундтреке к фильму звучит следующая строчка: «Я не боюсь оборотней или вампиров, но, боже, я всегда теряю сон, когда мне снится, что я могу освободить свой народ». Способны ли герои на борьбу за самих себя? Какую тактику они выбирают: замереть или бить?
Эпизод финальный битвы с вампирами — тоже яркая иллюстрация: в то время как темнокожие герои говорят «нам нужно только дождаться рассвета», китаянка Грэйс, не обладающая схожей травмой, не готова ждать и терпеть. Она вступает в бой, защищая свою дочь, без каких-либо колебаний.
Идентичность, которая дает сил
На протяжении всего фильма Куглер говорит нам: помни, кто ты и откуда. Ни насажденная религия, ни погоня за деньгами, ни страх смерти не должны забрать у тебя тебя с твоей культурой, с твоим языком, с твоей музыкой, ведь именно это делает тебя сильным.
С психологической точки зрения потребность в идентичности — как личной, так и коллективной (семейной, этнической, национальной) — это фундаментальная экзистенциальная потребность, такая же важная, как потребность в безопасности или принадлежности.
Это основа таких сильных ресурсов как кооперация, солидаризация и взаимопомощь
Коллективная идентичность позволяет создать ощущение «мы», а общая история, культура, ритуалы, традиции и мифологемы — это как акт объединения, так и акт сопротивления ассимиляции и поглощению.
В чем мотивация главного антагониста — ирландца-вампира Реммика? Он ищет свою общину. Являясь таким же пришельцем на территории Штатов, лишившись своих корней и своей культуры с приходом христиан, теперь он пытается восполнить этот случившийся разрыв и воссоздать свое сообщество, к сожалению, крайне агрессивным кровавым путем.
Надежда, которая ведет
Надежда — это далеко не слепой оптимизм, это не расчет, что все будет хорошо. Надежда ни в коем случае не отрицает страдание и боль, но она предполагает наше устойчивое стремление формировать существующую вокруг нас реальность, создавать изменения.
Исследователи Дэвид Фельдман и Ли Дэниел Краветц в своей работе «Супервыжившие» описывают феномен «обоснованной надежды», которую демонстрировали люди, пережившие ужасные трагедии. И мы можем увидеть эту надежду: в желании создавать пространство «для своих», в желании поддерживать и заботиться о близких, в стремлении вернуться к своим любимым и хранить их в своём сердце.
Психолог, ОРКТ-парктик, преподаватель онлайн-школы психологических профессий «Психодемия»
