Почему пластическая хирургия нужна не всем, кто о ней мечтает?

Некоторые считают, что пластическая операция подарит им счастье и новую жизнь. «Вот бы сделать грудь, нос, губы…» — размышляют миллионы людей, стоя у зеркала. Почему это поможет далеко не всем, рассуждают пластический хирург Тигран Алексанян и психотерапевт Вероника Сысоева.

Операция, безусловно, меняет жизнь. Изменения во внешности сказываются на самооценке, а в результате — и на отношениях с другими людьми: детьми, партнерами, друзьями, работодателями.

Вспомните рассказ Надежды Тэффи «Жизнь и воротник». Вся жизнь героини меняется под влиянием одной импульсивной покупки — крахмального воротника с желтой лентой. Предмет гардероба сначала требует смены гардероба, а в конечном итоге полностью завладевает личностью девушки. А что, если у вас «новые» нос, уши, грудь?

Пластика и психологическое состояние

Пока нет масштабных исследований, которые бы точно установили связь между желанием сделать пластическую операцию и психологическими или психиатрическими проблемами у пациентов. Но психологи постоянно возвращаются к этому вопросу и нашли некоторую корреляцию.

Врач судит о том, успешно ли прошла операция, не только по сугубо медицинским показателям. Важно понимать, доволен ли результатом пациент. У тех, кого проделанная работа не порадовала, чаще в анамнезе имеются депрессия и тревожность.

Более того, уже после процедуры они чаще переживают депрессивные состояния, испытывают проблемы с общением, демонстрируют саморазрушительное поведение или открытую агрессию в адрес хирурга и медперсонала.

Австралийские психологи установили*, что результатами пластики чаще всего недовольны три категории пациентов:

  • люди с психологическими или психиатрическими расстройствами;
  • те, кто делал операцию, чтобы укрепить отношения с партнером;
  • те, у кого были нереалистичные ожидания от вмешательства.

Первой категории пациентов поможет лечение у специалистов совсем другого плана: у психолога, психотерапевта, психиатра. Пластическая операция не только не разрешает, но порой даже усугубляет ситуацию.

Опытный пластический хирург нередко догадывается о психологических особенностях пациента, подмечая мелкие, но важные детали. Перед операцией он старается выяснить, что на самом деле привело потенциального пациента в кабинет. Если появляются сомнения, включает в план предоперационного обследования консультацию психолога или психиатра.

С какими трудностями сталкиваются врачи

В практике пластического хирурга встречаются пациенты с дисморфофобическим расстройством — навязчивой обеспокоенностью мнимыми дефектами своего тела. Люди с дисморфофобией зациклены на тех или иных своих «недостатках», которые чаще всего не существуют в реальности или совершенно незаметны окружающим.

Некоторые исследования показывают, что 7-12% пациентов, сделавших пластические операции, страдают дисморфофобией в той или иной форме, и хирургическое вмешательство не приносит им облегчения. Такие пациенты порой требуют повышенного внимания от врача, у них высокий уровень тревожности и недоверия.

Согласно исследованиям**, у людей с дисморфофобией гораздо ниже самооценка и выше уровень перфекционизма по отношению к себе. Эти люди стремятся к некому внутреннему идеалу и никогда не бывают до конца довольны собой. Нередко такие пациенты требуют переделать операцию. И хотя бывают ситуации, когда требуется коррекционная пластика, ее необходимость определяет хирург, а не пациент.

Бывает, что стремление поменять внешность вызвано желанием удержать партнера. Если пластический хирург понимает, что причина в этом и только в этом, чаще всего он отказывает в операции. Ведь партнер может поменяться, а вот губы «как у Анджелины Джоли» останутся.

С нереалистичными ожиданиями от процедуры хирурги работают, демонстрируя пациенту посредством компьютерного моделирования, что и как действительно можно сделать с его данными.

Мотивация, здоровье, ожидания

Может сложиться неверное впечатление, что все пациенты пластических хирургов — психологически неустойчивые люди. Отнюдь нет. Пластическая хирургия часто помогает пациентам чувствовать себя лучше.

Исследование медицинского университета Пенсильвании показало, что 87% пациентов через год после пластики говорили о значительном улучшении отношения к прооперированной части тела, к телу в целом и к себе. Они также отметили, что испытывают меньше негативных эмоций в общении с другими людьми.

Кроме того, есть реконструктивная хирургия, когда хирурги работают с последствиями травм, ожогов, операций, с врожденными дефектами, корректируют неудачную пластику. Например, восстанавливают дыхательные функции носа после перелома или травмы и заодно, по просьбе пациента, вносят эстетические изменения в его форму.

Вот две истории, демонстрирующие, что каждое вмешательство должно быть обосновано, а врач обязан обратить внимание на состояние пациента до того, как браться за скальпель.

У одной пациентки с рождения была выраженная лопоухость. Она очень комплексовала из-за этого дефекта, прятала уши под волосами и с раннего детства мечтала о пластической операции на ушах, но ее можно делать только после 14 лет. Девочка ждала, считала дни.

Вскоре после четырнадцатого дня рождения операцию провели, и счастью героини не было предела. Теперь она может носить любые прически и чувствует себя красивой. Девушка осталась очень благодарна врачу и больше никогда не обращалась к хирургам.

Другой пациентке не нравилась форма носа, хотя видимых эстетических дефектов в нем не было. Провели ринопластику, получили хороший результат. Однако женщина осталась недовольна, требовала переделать операцию. Впоследствии вмешательство повторялось трижды, и каждый раз пациентке не нравился итог. У женщины развилась тревожность, сильная бессонница, она жаловалась, что слышит голоса. Во всем этом она обвиняла хирурга, утверждая, что врач под наркозом имплантировал в ее головной мозг «жучок», который «транслирует голоса», «мучает», «не дает спать по ночам».

Женщина обследовалась у других врачей, пытаясь подтвердить наличие у нее в голове инородных объектов, угрожала жалобами за вживление «жучков» в головы пациентов без их ведома. В результате женщина оказалась на консультации у психиатра, который выявил тяжелое психическое расстройство. Пациентка прошла курс лечения, и, хотя после стольких вмешательств ее нос уже выглядел не лучшим образом, она больше не обращалась к хирургам.

Для успешного проведения пластической операции следует обратить внимание на следующие показатели:

  • Реалистичные ожидания. Человек понимает, что приходит в кабинет врача, а не попадает в сказку о Золушке, где волшебным образом можно преобразиться за секунду.
  • Адекватные запросы. Нередко приходят пациенты со странными, ненормальными, провокационными просьбами. Хороший хирург никогда не будет делать то, что противоречит его представлениям о прекрасном и здравому смыслу.
  • Здоровая мотивация. Не стоит делать операцию только для того, чтобы порадовать маму, партнера, подругу. Какая мотивация может считаться здоровой? Вернуть изменившуюся после родов форму, когда не помогают спорт и диета. Скорректировать серьезные возрастные изменения. Исправить дефект, влияющий на публичный имидж и восприятие человека окружающими.
  • Ментальное здоровье. Психиатрические заболевания часто становятся противопоказанием к пластике. Можно провести пластическую операцию пациенту в состоянии ремиссии, но только после разрешения лечащего психиатра. Склонность к депрессии, тревожность, расстройства личности, прием антидепрессантов и других психофармакологических препаратов — повод для дополнительной консультации психолога перед тем, как решиться на операцию.
  • Позитивный настрой. Для успешного восстановления после пластики организм пациента должен находиться в устойчивом, стабильном состоянии как физически, так и психологически. Излишние переживания и тревоги, негативные установки, страхи, плохие мысли мешают быстрой, качественной реабилитации.

Многие из нас абсолютно уверены, что физически привлекательные люди в жизни более успешны. Стремясь поменять внешность, мы как будто ищем лучшего отношения к себе, хотим, чтобы нас больше любили, замечали.

Причины этого стремления — в непринятии себя, недоверии к миру, желанию быть лучше, чем мы есть, возможно, проблемах в отношениях с родителями. Но пластическая хирургия не решает сложности личностного характера — об этом важно помнить и пациентам, и врачам.


Об экспертах

Тигран Алексанян — доктор медицинских наук, пластический хирург, отоларинголог, главный врач клиники Art-Plastic. Подробнее на его странице.

Вероника Сысоева — психиатр, нарколог, психотерапевт. Подробнее на ее странице.


* https://www.apa.org/monitor/sep05/surgery

** https://aps.onlinelibrary.wiley.com/doi/abs/10.1080/13284200601178532