«Раньше было лучше»: картина Вермеера после реставрации вызвала споры в Сети

Ян Вермеер — нидерландский живописец XVII века. Его творчество считается вершиной голландского искусства «золотого века». Наиболее известные его картины: «Девушка с жемчужной сережкой», «Сводница», «Молочница», «Аллегория живописи» и «Девушка, читающая письмо у открытого окна». Последняя была написана в 1657–1659 годах и более 250 лет хранится в Галерее старых мастеров в Дрездене.

«совершенно другое произведение»

Впервые о существовании «картины в картине» стало известно лишь в 1979 году благодаря рентгенографии. Оказалось, что за спиной героини скрывается изображение, сделанное Вермеером, но закрашенное кем-то через несколько десятилетий после его смерти. В 2009-м специалисты провели инфракрасную рефлексографию и подтвердили этот факт.

Спустя еще десять лет реставраторы сняли верхний слой краски и расчистили изображение Купидона. И картина заиграла совершенно другими красками. «Это самое сенсационное событие во всей моей карьере, — утверждает старший реставратор музея Ута Найдхардт. — Благодаря реставрации мы видим совершенно другое произведение». Так что теперь искусствоведы смело говорят о «новом» Вермеере.

Что привнесло в картину изображение Амура? Ранее любители искусства могли лишь догадываться о смысле письма в руках героини. На его любовное содержание намекала лишь ваза с яблоками, отсылающая к теме грехопадения Адама и Евы. Сейчас же смысл полотна стал совсем однозначным: девушка «поражена» стрелой Купидона.

стало лучше или хуже?

Искусствовед Слава Швец разместила в Facebook изображение полотна до и после реставрации и попросила подписчиков поделиться мнениями о картине. И выяснилось, что оригинальная задумка Вермеера нравится не всем. Какие доводы приводят ценители искусства по разные стороны художественных баррикад?

«Против» реставрации

  • «На мой взгляд, Амур перегружает картину и отвлекает внимание от девушки. Пустота стены усиливает ощущение уединения и сосредоточенности на письме».
  • «Первый вариант естественнее. Картина «захламляла» пространство».
  • «Я, наверное, ужасный человек и мало что понимаю, но с голой стеной было лучше…»
  • «Наверное, это странно — противоречить художнику — но без Амура милее, и не только потому что привычнее. Воздуха больше, да, но еще и расширяется толкование письма. А не «только Амуры одни на уме».
  • «Больше воздуха. И как-то... чище и аутентичнее. Амур, похоже, из несколько другого временного периода».
  • «Сразу так громоздко все, занято пространство... И без него понятно, о чем речь в письме, на лице все написано... Теперь никакого романтизма!»
  • «Композиционно вроде бы отреставрированный вариант лучше. Но в старом варианте было почти постмодернистское использование негативного пространства — пустота за женской фигурой, занимающая значительный объем картины, создавала ощущение тревоги, какой-то скрытой трагедии».

«За» реставрацию

  • «Мне точно больше нравится картина с Амуром, пустая стена была неестественна. Хотя сама фигура Амура не очень нравится».
  • «С Амуром появилась динамика — он будто вот-вот задернет занавеску и скроет от нас девушку с письмом».
  • «По композиции стало острее, изображение Амура указывает на содержание письма, полотно нависает большой темной массой».
  • «Стало лучше после реставрации. Вокруг героини кипит жизнь, покрывало узорчатое, спелые фрукты, окно яркими красками написано, и картина на стене о том же. Тревогу вызывает только письмо — видимо, плохая новость посреди этого праздника жизни. В измененном варианте вдруг голая тюремная стена на заднем плане. Наверное, ханжа какой-то приказал замазать Амура, вот авторская концепция и сломалась».
  • «Мне с Амуром больше нравится. Живо, жизненно получилось».

«Обе версии прекрасны»

  • «Все стало иначе, вся история стала иной. Я бы обратила внимание на то, как утяжеляет атмосферу картины этот Амур. Все окружение как бы давит на девушку, неподвижный воздух стал тяжелым, открытое окно — единственный источник свежего воздуха и света. Комната из утренней, просторной стала тесной, заставленной. Девушка кажется маленькой и одинокой среди крупных предметов. Ни лучше, ни хуже. Другая история».
  • «Второй вариант энергичнее, слегка игривее. Второй спокойнее, внимание приковано к девушке».
  • «Такие разные мнения, такие разные картины. Без Купидона — загадка, что за темное пятно за девушкой, о чем оно? С Купидоном сразу четко — эпоха, смысл, чувства, законченность».
  • «Если давно знаешь и любишь картину, трудно принять изменения. Но пустая стена все же была слишком пустой. Второй план заполнился не только физически, но и привнес дополнительный смысл и новые догадки».
  • «Обе нравятся. Первая лаконичная, тихая спокойная, выхватили из жизни момент и любуемся им самим, в отрыве от того, что было и будет — момент самодостаточен. Вторая динамичная, на ней явно что-то происходит, творится история со своими поворотами. Амур в движении и большой, растущий (вырастающий из головы?). Момент — часть сюжета и сам сюжет тоже приоткрывает. Или закрывает».
  • «С пустой стеной была невероятно напряженная диагональная композиция. Максимум сосредоточенности. Вне времени и с кучей дополнительных смыслов. С Амуром это напряжение ушло. Автору, конечно, лучше знать, что писать. Жаль, что невозможно оставить в жизни оба варианта».