psyhologies.ru
тесты

Обозреватели


Илья Латыпов
Илья Латыпов
гештальт-терапевт, доцент Дальневосточного государственного гуманитарного университета (ДВГГУ). Ведет блог tumbalele в ЖЖ.

«И кто я после этого?»

Есть такой глубоко философский и, казалось бы, не имеющий отношения к обычной жизни вопрос: человек – это процесс или результат? Абстрактно, правда? А это прямо связано с качеством нашей жизни и с тем, как мы относимся к сложностям, с которыми в ней встречаемся.
alt

Столкнувшись с проблемами, препятствиями и неудачами, многие из нас задаются вопросом, который, видимо, крайне необходим в таких ситуациях: «И кто я после этого?» Принципиально важно, что мы спрашиваем себя о том, кто я и какой я, а не «что я делаю?». Иными словами, вместо того чтобы разбираться в том, что происходит, мы начинаем заниматься оценкой (то есть не процессом или феноменом, а качеством этого процесса или феномена). Но я все больше склоняюсь к тому, что самооценку (определение «качества» самого себя) хорошо бы научиться выбрасывать куда подальше. Вообще.

«А как же без нее?! – встревожится тот, чья жизнь построена на притязаниях. – Откуда брать стимулы к развитию и самосовершенствованию?»

А они – развитие и самосовершенствование – тоже не нужны без конкретной задачи. А задача «чтобы стать лучше» – никуда не годится, от нее никакого толка, лишь напряжение, тревога и стыд.

Вселенной все равно – хорошие мы или плохие. Она не раздает ударов кнутом или конфеток. Их раздают люди – в соответствии со своими интересами, не с нашими, потому что нашими интересами можем заниматься только мы сами… «Хороший мальчик» – и мы счастливы просто от того, что кто-то считает нас «хорошими». Правда, смысл этого словосочетания, слова «хороший» совершенно непонятен. Чаще всего это – «удобный», «соответствующий ожиданиям» и так далее. В этих инфантильных определениях человека, «хороший/плохой», нет никакой конкретики, нет никаких точек роста. Это стоп-кадры чужого восприятия, и все. «Я думаю, что я плохой человек»: остается только убиваться и страдать. А Вселенной все равно, она живет как-то по себе, и нет ей дела до того, какие мы. Она умудряется иметь с нами дело безо всякой этой самооценочной ерунды. Другим людям, кстати, тоже все равно, «хорошие» мы или «плохие». Им важно то, что мы делаем и чувствуем по отношению к ним. А не абстрактные материи.

Определение себя как «неудачника», «урода», «отличного парня» и так далее фиксирует некий «результат», некое стабильное состояние, которое на самом деле является субъективной иллюзией. Что значит «неудачник»? Тот, у кого много неудач? Или тот, кто не добился поставленной цели? Так он «вообще неудачник» или «неудачник в этом деле»? А имеет ли вообще смысл этот старательный поиск самооценочных ярлыков? Имеет, если исходить из идеи, что человек – это нечто законченное и целостное, осталось только ярлычок с названием налепить – и в музей. «Меня это успокаивает – сразу понятно, кто я… И как-то проще становится, потому что возникает ясность и нет необходимости какое-то время что-то делать, можно просто попереживать», – так мне однажды ответили на вопрос: «А зачем тебе так важно выяснить, какой у тебя психологический диагноз?» Кстати, чрезмерная увлеченность типологиями личности, стремление выяснить «свой тип личности» – отсюда же, это дает определенность и законченность, создает стоп-кадр из ленты жизни и фиксирует на нем. Тормозя или блокируя процесс естественного взаимодействия со средой.

Важно не путать самооценку и самоидентификацию. «Я – психолог» – это профессиональная самоидентификация, то есть отнесение себя к какому-либо реально существующему феномену, «я хороший-плохой психолог» – это самооценка, то есть определение качества того или иного феномена (в данном случае себя как психолога). Без идентичности мы превращаемся в «перекати-поле», не имеющее опоры в этом огромном мире, без самооценки – в людей, способных к развитию в любой, даже самой сложной и болезненной, ситуации.

Если исходить из мысли, что мы – существа не завершенные, а развивающиеся на протяжении всей жизни, то смысл самооценки пропадает и важными становятся характеристики процесса, а не оценка его качества. «Я фотограф» – профессиональная самоидентификация. Понятно и ясно. «Я – фотограф, делающий снимки, которые нравятся мне самому» – тоже понятно. И это ясно: «Я фотограф, который делает снимки, нравящиеся большому кругу людей». Можно добавлять все новые и новые аспекты, в соответствии с логикой текущего момента или периода времени, например: «Я фотограф, который делает фотографии природы, признанные профессиональными фотографами». А теперь: что такое «хороший фотограф?» С чем его едят? «Хороший ли я оратор?» или «Удалось ли мне донести свои мысли до слушателей?» – что предпочитаете?

«Я никчемный, никому не нужный человек»… Завершенная фигура, целостный образ. Но в нем нет жизни. «Я чувствую себя одиноко, у меня не получается быть нужным другим людям», – здесь есть процесс, действие и реальность текучего настоящего… Рассматривая себя как процесс, важно различать себя и свои действия. «Я делаю то-то и то-то и переживаю из-за этого» вместо «Я делаю плохие вещи и поэтому я плохой человек». Во втором случае переживание из-за определенных событий/действий усугубляется переживанием из-за собственной ничтожности/неправильности и оставляет мало энергии для совладания с этими событиями/последствиями действий.

Разумеется, это не панацея и не путь к спасению. Это просто шаг к восстановлению чувствительности к потоку жизни, при котором «что происходит, что я чувствую и что я делаю» важнее, чем «какой/кто я после всего этого?» Как говорил Владимир Леви, самооценку лучше отправить на самообслуживание.

читайте такжеКак рождается самооценка
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2016 №11128Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье