А что если старость дает нам шанс?

Жан-Луи Серван-Шрейбер – один из авторов провидческого эссе «Искусство долголетия» (Текст, 2008), где обсуждается, как нам жить, когда нам будет «по сто с чем-то лет». Встреча на удивление нестарого мужчины «за шестьдесят» и не вполне молодой женщины «за тридцать».
А что если старость дает нам шанс

Все старше и старше

  • 29 лет — такой была средняя продолжительность жизни в России в конце XIX века.
  • 65 лет — средняя продолжительность жизни в России в 2006 году (мужчины в среднем живут до 60 лет).
  • 100 лет — среди родившихся сегодня европейских девочек каждая вторая доживет до ста лет. До 80 лет будут жить японцы, родившиеся в 2000 году.

По данным Госкомстата России, OECD, Insee.

alt
Лоранс Лемуан:  Преодолев рубеж 30-летия, я думала, что с юностью наконец покончено. Но период, который проживаете вы, странным образом напоминает отрочество. В чем заключается кризис вашего возраста?
Жан-Луи Серван-Шрейбер:  Он связан с тем, что я оказался на этапе вопросов, на той стадии эволюции тела, которая предполагает существенные изменения, масштаб которых я пока не могу оценить. Как подросток, я вступаю в период неизвестности. С той только разницей, что я приближаюсь к горизонту своей жизни, пусть мне и кажется, что с каждым днем он отдаляется еще немного. Так или иначе то, что я переживаю сейчас, не похоже на то, как я представлял себе старение. После шестидесяти мы обычно уже не растим детей, не строим карьеру, не совершаем любовных открытий.
При условии, что у вас осталась энергия! Я не уверена, что встречу этот возраст в такой же прекрасной форме, как вы…
Бесспорно, мы неравны перед лицом старения. У нас разная наследственность, разный генетический багаж. Но в значительной мере разница определяется еще и тем, насколько мы внимательны к своему телу. В моем возрасте платишь за излишества юности. Но, с другой стороны, можешь и пожинать плоды правильной жизни, здоровых привычек. Я вижу множество людей, которые пренебрегали своей «оболочкой» и теперь оказались пленниками тела, которое больше не позволяет им наслаждаться жизнью. Это очень обидно. Но я их понимаю. Если бы сейчас мне нужно было похудеть на сорок килограммов, чтобы обрести хоть какой-то жизненный тонус, у меня немедленно опустились бы руки. Мне кажется, гораздо проще с детства приучиться к здоровому питанию и регулярной гимнастике. Долголетие – это своего рода бег на длинную дистанцию. Поскольку запаса прочности уже нет, приходится тренироваться каждый день, как спортсмену со скромными способностями.

Предвидеть свой третий возраст

Стоит задуматься об этом прямо сейчас: возможно, люди будут жить до 140 лет. Дело в том, что человеческое существование длилось бы именно столько, если бы нас преждевременно не разрушали болезни, усталость, несчастные случаи. Благодаря научному прогрессу наши шансы прожить биологически заложенный срок растут с каждым годом. Но в каком мы будем состоянии? И зачем нам это?

Жоэль де Росней (Joеl de Rosnay), биолог, специалист по перспективному прогнозированию, интересуется телом. Он показывает, почему наш организм изнашивается, как противостоять последствиям старения и на что будет похожа медицина будущего.

Жан-Луи Серван-Шрейбер (Jean-Louis Servan-Schreiber), президент Psychologies и в некотором смысле «специалист по хорошей жизни», внимательно изучает наш разум и душу: а если старение – это еще и выбор? Что если только от нас зависит возможность отказаться от угасания и оставаться подвижными, хотя бы в своем сознании?

Франсуа де Клозе (Franc,ois de Closets), журналист и эссеист, анализирует социальные последствия старения населения и бьет тревогу: то, что для каждого человека является прогрессом, для общества в целом может стать катастрофой.

В поисках ответов на эти вопросы писатель Доминик Симонне (Dominique Simonnet) вместе с тремя экспертами в области старения написал «Искусство долголетия». Авторы уверены, что 60–75-летний возраст вполне может стать счастливым временем для «молодых стариков».

Жоэль де Росней

Жоэль де Росней

Жан-Луи Серван-Шрейбер

Жан-Луи Серван-Шрейбер

Франсуа де Клозе

Франсуа де Клозе

Жоэль де Росней, Жан-Луи Серван-Шрейбер, Франсуа де Клозе, Доминик Симонне. «Искусство долголетия», Текст, 2008, 237 руб.

Как бы мы ни ухаживали за машиной нашего организма, он все равно стареет. Однажды я слышала, как женщина сказала о своих морщинах, что считает их предательством. Внешность старой дамы была для нее абсолютно невыносима. А вы как себя воспринимаете?
Я не знаю, отношусь ли я к себе сегодня лучше, чем в 30 лет. У меня нет на этот счет твердого ответа. Я бы сказал, что никогда не был себе неприятен, но я много работал над собой. И так успешно, что сейчас, как мне кажется, я контролирую свое тело лучше чем когда-либо. Это некий результат, которым я, пожалуй, доволен. В чем можно не сомневаться, так это в том, что в моем возрасте вопрос внешности снова приобретает решающее значение. Гораздо лучше, если выглядишь по-прежнему приемлемо. Это не только приятно самому и для окружающих – это жизненно необходимо! Речь о том, чтобы таким способом избежать разрушения человеческих отношений. Все наше общество – включая стариков – панически боится старости. Нужно ни в коем случае не выглядеть старым, иначе на вас немедленно повесят ярлык. Однако речь не о том, чтобы выставлять себя на посмешище, изображая молоденького. Чтобы с вами считались, главное, по-моему, – выглядеть по-настоящему живым. Сохранять любопытство, быть мобильным, участвовать в жизни.
Я часто задумываюсь о долговечности пары. Как бы и ее сохранить от упадка?
«Изнашивание» пары – это действительно центральная проблема сегодня. И мне кажется, что те трудности, с которыми сталкиваются все пары – риск заскучать, утрата желания… – усугубляются длительностью отношений. Даже если вы вместе старели, странно в один прекрасный день осознать, что вы занимаетесь любовью со старой женщиной. Этот пример – метафора того, с чем сталкивается пара: как можно всегда желать другого, если понимать желание широко? Как сделать так, чтобы вам по-прежнему было что сказать друг другу, как продолжать друг друга удивлять? Мы приближаемся к тому возрасту, когда начинаешь бояться одиночества. И когда дело касается любви, мы не хотим быть тихими старичками, которым ничего не надо. Из всех вопросов, порождаемых большой продолжительностью жизни, именно вопрос о выживании пары кажется мне самым сложным, поскольку в паре по определению есть двое. Что бы вы ни делали, к каким бы средствам ни прибегали, состояние пары зависит также от второго человека. Между тем у нас не всегда одинаковые желания, одинаковые ритмы. Есть еще и фактор везения: вас по-прежнему двое или уже нет. Поэтому я бы говорил о паре с большой осторожностью.
Став матерью, я испытала страх смерти, который никогда раньше не был так силен. Нарастает ли этот страх с возрастом? И можно ли его выносить?
Мне кажется, по мере того как близится конец отведенного нам срока, мы примиряемся с мыслью о том, что исчезнем. На мой взгляд, в старости наш главный страх – это страх страдания. Боязнь несчастного случая или дряхлости, за которыми не сразу следует смерть. Если бы каждому из нас предстоял скоропостижный и безболезненный уход из жизни, смерть была бы предметом шуток. Однако, и мы это знаем, наступает момент, когда природа берет свое и делает то, что ей положено. Продвигаясь по жизни, мы все больше осознаем, что она может совершенно несвоевременно закончиться. Смерть или угасание наших близких напоминают нам, что и сами мы не вечны. В этом состоит природа трагического.
Как же не потерять вкус к жизни?
Пускай бой проигран заранее, но бороться все рано стоит. У меня больше нет шансов выучить китайский. Я знаю, что на земле есть уголки, куда я никогда не попаду. Наступление позднего возраста отмечено этой чередой отказов. Это планы, которые мы уже не надеемся осуществить из-за недостатка времени или сил. Мы все время только то и делаем, что ограничиваем круг своих действий и желаний. И несмотря на все это, я убежден, что существование может доставлять удовольствие. При условии, что вы не сложите оружие, будете сражаться, чтобы как можно дольше сохранять то, что приносит радость жизни. Когда мы молоды, мы думаем, что должны покорить мир. Мы помещаем счастье впереди себя и рассматриваем его как цель, которую надо достичь. Когда же наше время на исходе, каждое мгновение становится драгоценным. Мы «репатриируем» смысл жизни из будущего в настоящее – в себя сегодняшних и в то, что нас окружает. Мы довольствуемся радостями в миниатюре – только так они нам по-прежнему доступны. В общем, от булимии мы переходим к смакованию, к дегустации удовольствий. Скажи мне кто-нибудь такое, когда мне было 25 лет, я пришел бы в ужас, но тем не менее мне кажется, сегодня я больший гедонист. Если, став совсем старым, я еще смогу расположиться где-нибудь на солнышке с плошкой супа в руках, я, вероятно, буду счастлив.

«Каждый возраст можно приручить»

alt

Оливье де Ладусетт (Olivier de Ladoucette) – психоаналитик и геронтолог, автор «Путеводителя по правильному старению» («Guide du bien vieillir», Odile Jacob, 2004).

Доктор Оливье де Ладусетт каждый день общается с пожилыми людьми. По нашей просьбе он прочел «Искусство долголетия». Он согласен с тем, что старость может быть позитивным периодом жизни – при условии, что мы освоили «науку стареть».

«Для меня главное достоинство этой книги в том, что она показывает: от каждого зависит, как он будет двигаться от одного возраста к другому. Да, генетические факторы важны. Но старение – это и дело выбора. Наши гены – как карты, что нам раздали при рождении. Если сдача была отличной, но вы – плохой игрок, результаты будут посредственными. Ключ к долголетию в том, чтобы научиться лучше играть, усваивая правила «науки стареть». Принципы, которые развивают авторы книги – следить за питанием, упражнять тело и интеллект, – можно внушать с самого раннего возраста. Они очень точно делают акцент на том, что нужно заботиться о своей внешности и об отношениях с людьми. Я часто сталкиваюсь со старческим одиночеством. Некоторым не повезло, но многие одиноки потому, что не сумели быть приятными окружающим. Нередко депрессия обрушивается на пожилых на самой «заре» их старости: что-то меняется, и они теряют точку опоры. Я иногда предлагаю им ответить на три вопроса: что вы хотите делать? что вы умеете делать? что вы можете делать? Размышляя об этом, люди могут снова почувствовать удовольствие от жизни. Ошибка, которую совершают некоторые немолодые люди, в том, что они продолжают привязывать смысл своего существования исключительно к деятельности. Перестав работать, они чувствуют себя бесполезными. Они не могут найти себя в тех моделях старения, которые навязывает общество. Я думаю, что требуется не борьба со старением, а умение приручить свой возраст. И на каждом этапе нужно приспосабливаться к новым условиям. Когда тело начинает сдавать, надо перестать быть рабом «делать» и «иметь» и посвятить себя больше тому, чтобы просто быть. Тем, кто жалуется на ощущение ненужности, я говорю: «Вы заблуждаетесь. Вы полезны, но не столько своими делами, сколько своим положением на вершине пирамиды поколений. Пусть окружающие реже вовлекают вас в свои дела, но они наблюдают за вами. Ведь наступит день, когда им придется осваивать тот мир, в котором сейчас живете вы. Уже в силу этого вы им нужны в экзистенциальном плане. Именно вам предстоит показать, как, несмотря на испытания, можно успешно прожить свою старость».

Источник фотографий: JEAN-FRANCOIS ROBERT FOR PSYCHOLOGIES FRANCE, OPALE/FOTOLINK
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерОКТЯБРЬ 2017 №20138Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что такое счастьеЧто такое счастьеЧто мы можем сделать для того, чтобы стать счастливее? Больше зарабатывать, путешествовать, создать образцовую семью? Счастье похоже на причудливую картину, которая для каждого выглядит по-разному. «Наша задача – научиться быть счастливыми», - говорит психолог Михай Чиксентмихайи, автор теории «потока», самой доступной формы счастья. Досье поможет прислушаться к себе, разобраться в том, чего мы хотим на самом деле, и показать миру свой внутренний свет. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты