текст: Жанна Сергеева 
PSYCHOLOGIES №110

Когда стандарты не имеют значения

Можно ли жить комфортно, ощущая себя непривлекательным человеком, если собственная внешность не вписывается в общепринятые стандарты красоты? Попробуем взглянуть на этот вопрос с позиций психоанализа и экзистенциальной психологии.
alt

Понятия «красивый» и «некрасивый» сопровождают нас с раннего детства. Сначала о нашей внешности говорят родители и окружающие, потом насаждать свои стереотипы принимается общество. Как отделить свое от навязанного и стать свободными? Пригласив обсудить эту тему психоаналитика Андрея Россохина и экзистенциального психолога Дмитрия Леонтьева, мы ожидали, что представители этих во многом полярных психотерапевтических подходов будут спорить, но наши эксперты неожиданно во многом сошлись.

Psychologies:  Как формируется чувство собственной привлекательности?
Андрей Россохин:  Это знание всегда приходит от родителей – именно они закладывают у ребенка базовое понятие о красоте, в том числе и собственной. Важно и то, как мы смотрим на ребенка и как мы его обнимаем, как с ним общаемся, каким видим в своих фантазиях через год, пять, десять лет.
Дмитрий Леонтьев:  Я бы сказал, что ощущение собственной привлекательности формируют у ребенка не только родители, но и окружающие люди вообще. Для родителей их малыш всегда хорош, а вот другие могут служить более объективным источником информации. Многим знакома такая ситуация: в семье ребенок всем нравился, и вдруг он прибегает из сада или школы в слезах: «Мама, а правда я некрасивый?»

Сегодняшняя массовая культура – культура визуальная, основанная на внешних образах, которые зачастую никак не связаны с внутренним содержанием. Есть, например, какие-то внешние признаки, которые мы легко считываем, а есть некое внутреннее чувство. Мы отличаем человека, который себя любит, – его-то мы в первую очередь и сочтем красивым на глубинном, подсознательном уровне.

Значит, если человеку повезло с ранним опытом, он вырастет гармоничной личностью и будет любить себя. А тот, кому повезло меньше, обречен страдать до конца жизни?
Дмитрий Леонтьев:  «Обречен» – слишком сильное слово. Бывают разные стартовые условия: одним везет больше, а другим меньше. Это вовсе не окончательный приговор, а лишь некое исходное направление движения, своего рода колея. Если нам в ней комфортно, мы сможем достичь желанного результата (в данном случае – гармоничного восприятия собственной внешности) ценой сравнительно небольших усилий. Если же с детства нам внушили негативный взгляд на себя, чтобы его преодолеть, от нас потребуется значительный внутренний труд. Наивно ожидать от мира абсолютной справедливости и симметрии, но возможность выбора у человека есть всегда.
Андрей Россохин:  Я полагаю, здесь важно то, что колея – это тип дороги, ограничивающий свободу нашего развития, самовосприятия и самоотношения. Родители, безусловно, передают ребенку собственные ценности, но задача каждого взрослого человека – переработать родительские установки и создать на их месте свои. Если родители внушили мне, что я некрасивый, мне надо от этого освободиться и сформировать свой собственный образ себя. В то же время, если я вырос в уверенности, что никого красивее меня нет, по мере взросления я могу столкнуться с не меньшими проблемами. Открыть глаза и увидеть себя и людей вне раздирающей оппозиции «красивые и некрасивые» – это означает чувствовать себя достаточно привлекательным для того, чтобы любить себя.
читайте такжеО чем говорит мне эта картина? «Три возраста» Тициана
Дмитрий ЛеонтьевДмитрий Леонтьев
«Красота» и «привлекательность» – почти синонимы. Но есть между ними некое тонкое, практически неуловимое различие. Как бы вы определили его суть?
Андрей Россохин:  Красота – это
Дмитрий Леонтьев:  Я хотел бы добавить, что отношение к красоте как таковой в обществе меняется. Ключевой эстетической категорией – во многом с подачи философа Алексея Лосева – становится понятие «выразительное». Его идея заключается в том, что форма выражает истинную суть, проявляет то, что есть на самом деле, поэтому чем объект выразительнее, тем он привлекательнее. Именно по этой причине порой так притягательна эстетика зла. Что касается красоты, то здесь мы рискуем попасть в ловушку социальных стереотипов. Внешняя красота – некий формальный критерий, по которому нас можно сопоставлять с другими людьми. Но вообразите, как безрадостна такая картина: стройные ряды неотличимых друг от друга сексуальных мачо, которые одинаково ведут себя, потому что ориентируются на одинаковые стереотипы; одинаковые женщины, читающие одинаковые женские журналы... Внутренняя же красота проявляется тогда, когда человек раскрывает свою внутреннюю суть и начинает проявлять себя в соответствии с тем, что он представляет собой на самом деле.
Когда красота становится для человека важной?
Андрей Россохин:  Тогда, когда его отец и мать впервые задумываются о будущем ребенке, начинают фантазировать о нем – с этой минуты, а не с момента рождения или даже зачатия начинается формирование привлекательного образа ребенка. Через призму этого образа родители и увидят родившегося малыша. Именно это делает наших только что появившихся на свет детей такими красивыми!
Дмитрий Леонтьев:  Позволю себе не согласиться: я без труда могу представить человека, для которого его красота так никогда и не станет важна, который никогда не столкнется с особенностями своей внешности как с проблемой. Это связано в первую очередь с самовосприятием: если человек себя любит, он будет считать себя красивым просто по умолчанию.
Привлекательность и внутренняя красота – похожие вещи. Как они соотносятся с феноменом «некрасивого, но обаятельного» человека?
Андрей Россохин:  Красота – своего рода айсберг, и физическая красота находится на его верхушке. Если нас интересует этот очевидный, поверхностный слой, то при встрече с человеком мы реагируем именно на его внешность. Но есть и другие уровни «айсберга», и мы можем открыть их для себя: для этого просто необходимо узнать человека лучше, серьезнее отнестись к его внутреннему миру. Например, кто-то может счесть Лайзу Миннелли или Барбару Стрейзанд непривлекательными, но это будет означать лишь то, что он не смотрел до конца ни одного фильма с их участием. Погружаясь в мир этих прекрасных актрис, мы попадаем под их обаяние и иначе видим их. Другой пример – состояние любви, когда постаревший близкий человек остается таким же красивым, как и во время влюбленности.
Дмитрий Леонтьев:  Конечно. Внешняя красота – это картинка, витрина. Тот, кого интересует человек как таковой, старается проникнуть за нее, узнать, что внутри. А тот, кого привлекает в первую очередь внешнее, довольствуется картинкой, не придавая особенного значения ее внутреннему содержанию.
Андрей РоссохинАндрей Россохин
Как же воспитать чувство прекрасного в детях, научив их обращать внимание не только на «картинку»?
Андрей Россохин:  Гуляя или глядя в окно, мы можем показывать своему ребенку, какой разной бывает природа. Красив восход, красива радуга, но и дождь, и лужи, и грязь могут быть прекрасны. Привыкая подмечать красоту в вещах на первый взгляд неприметных, дети начинают воспринимать природу не как нечто усредненно-привлекательное, но как цельное, живое и сложное явление и учатся видеть за внешними образами их глубинную суть.
А что может сделать взрослый человек, чтобы почувствовать, что внешность – лишь его часть, и стать свободным от стереотипов?
Дмитрий Леонтьев:  Очень важно не отождествлять себя со своей красотой, со своим телом, разделять себя и свой внешний облик, потому что наше «я» не сводится к внешности и всем тем наружным атрибутам, которые многие люди считают своей сутью. Если кто-то считает в себе главным то, что он успешный предприниматель, в случае разорения ему предстоит пережить огромное разочарование. То же самое и с человеком, поставившим во главу угла свою красоту: физическая травма, шрам на лице или просто возрастные изменения обернутся для него драмой. К своим телесным недостаткам стоит относиться с юмором. Когда человек может шутить над своей полнотой или длинным носом, это означает, что он способен абстрагироваться и от других составляющих своей личности – важных, но не исчерпывающих ее суть, таких, как наш
Андрей Россохин:  Трудность «освобождения» от диктата внешности в том, что между нашими телом и душой практически всегда существует колоссальный конфликт. Не желая разрешать этот конфликт, мы пытаемся от него спрятаться: не думать о своем непривлекательном теле и заниматься только душой или осмеивать собственное тело, гордясь своим талантом. Другая крайность – озабоченность телом и уверенность, что только благодаря ему мы можем разрешить все проблемы. И, чтобы прийти к гармонии со своим обликом, надо выстраивать отношения между внутренним и внешним, подробно и вдумчиво прорабатывать разногласия между телом и душой. Это серьезная внутренняя работа, но только так рождается личность.
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

новый номерДЕКАБРЬ 2017 №23140Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что такое счастьеЧто такое счастьеЧто мы можем сделать для того, чтобы стать счастливее? Больше зарабатывать, путешествовать, создать образцовую семью? Счастье похоже на причудливую картину, которая для каждого выглядит по-разному. «Наша задача – научиться быть счастливыми», - говорит психолог Михай Чиксентмихайи, автор теории «потока», самой доступной формы счастья. Досье поможет прислушаться к себе, разобраться в том, чего мы хотим на самом деле, и показать миру свой внутренний свет. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты