Кадр из фильма «Коммерсант» (2025)
Есть актеры, которые доказывают себе и миру, что они чего-то стоят, а есть те, кто просто работает. Александр Петров прошел оба этих состояния, и сегодня, судя по его словам в большом интервью журналу «Сноб», он находится во втором.
У него за плечами — роль Есенина с паническими атаками на съемках, «Матросская тишина» в компании рэпера Хаски и отмененный проект Netflix. Впереди — новый «Фишер» и ощущение, что торопиться больше некуда. Это разговор не о карьере, а о том, как человек меняется, когда перестает что-то доказывать. И о том, что иногда самые важные премьеры случаются в маршрутке.
Как встретил премьеру первого фильма
Студенческие годы в ГИТИСе редко обходятся без авантюр, но у Петрова одна из них оказалась особенно показательной. Во время учебы он снялся в полнометражном фильме «Абхазская сказка» — проекте с поистине фантастической предысторией. Его режиссер, парикмахер почти двухметрового роста, однажды убедил своего клиента-бизнесмена вложить в «светлое кино» миллион долларов.
Деньги нашлись, съемки начались, но довольно быстро превратились в хаос, который большинство участников восприняло как должное и перестало воспринимать всерьез
Петров держался дольше других. Учил текст, переписывал реплики, мысленно уже представлял свое лицо на афише Художественного кинотеатра, мимо которого ежедневно ходил на занятия. Финал оказался прозаичнее мечты: зимним вечером, в переполненной маршрутке между Мытищами и ВДНХ, на крошечном экране под потолком шел его первый полный метр. Но пассажиры смотрели в окна, не обращая никакого внимания на показ. «Было очень грустно. Целый спектр эмоций. Но, стиснув зубы, я все-таки пошел рыть землю дальше», — вспоминает он.
Кадр из фильма «Декабрь»
Как сыграл Есенина в фильме «Декабрь»
Роль Сергея Есенина в «Декабре» Клима Шипенко по сей день остается одной из самых психологически рискованных работ в его карьере и одновременно одной из самых незаметных, ведь фильм до сих пор не вышел в прокат.
Режиссер изначально поставил задачу радикально: уйти от органики Петрова, стереть привычное и создать идеальное внешнее сходство с поэтом. Александру перекрасили волосы, а глаза «расширили» с помощью корейских косметических наклеек — в кадре эффект был едва заметен, но взгляд действительно менялся.
Актер делится: «Работали и над изменением голоса: приняли решение переозвучить меня другим человеком с похожим тембром, чтобы, с одной стороны, никто не почувствовал, что это переозвучка, а с другой — оставалось ощущение, что „какой-то другой у Сани голос“. Получилось, по-моему, идеально».
Но физические изменения оказались не самым сложным испытанием. Куда тяжелее было психологически
Петров стал замечать странные совпадения: ему постоянно попадалась на глаза цифра пять — 5-е купе в поезде и 702-й номер гостиницы (семь минус два — пять). Именно в пятом номере «Англетера» погиб Есенин, и эта цифра будто преследовала актера на протяжении всех съемок. В какой-то момент у него даже начались панические атаки.
«Нам хотелось залезть в голову к гениальному человеку, исследовать природу его таланта, граничащего с безумием, и в этом плане я закопался очень глубоко. Для меня нехарактерно „жить“ персонажем, меня учили другому подходу, но в случае с „Декабрем“ это было что-то вроде психоза», — признается Александр.
Блок, Маяковский или Есенин — какой поэт посвятил бы вам стихотворение?
- 1/8
Как будете переживать расставание с любимым человеком?
Постараюсь не вешать нос из-за разрыва и в скором времени познакомлюсь с кем-нибудь другим
В глубине души буду долго грустить, но не подам виду
Продолжу жить дальше, как ни в чем не бывало
Как совершенствуется в актерской игре
Криминальная драма «Коммерсант» — экранизация автобиографической книги Андрея Рубанова о заключении в «Матросской тишине» — свела Петрова с неожиданным партнером: рэпером Хаски, исполнившим роль авторитета по имени Слава.
Столкновение «школы» и интуиции обычно описывают как конфликт, но здесь, судя по рассказу актера, случилось нечто иное. Хаски работал без претензий: «Я не артист, говорите мне, что делать — и я сделаю как могу». В сценах, где по логике жанра нужно было смотреть партнеру в глаза, он до конца не поднимал взгляда. И это оказалось очень точным попаданием.
Петров вспоминает Марлона Брандо: тот говорил, что лучший способ выйти из сцены — просто встать и уйти, без актерской «огранки». Именно этот принцип — меньше усилий, больше правды — сам Петров называет сегодня своим главным ориентиром. Прогресс в актерстве — странная вещь. Со стороны он выглядит как выгодное накопление: больше ролей, крупнее проекты, узнаваемое имя. Но сам Петров описывает его иначе — как постепенное избавление от лишнего.
Раньше каждая роль была доказательством себе, индустрии и всем вокруг, что потенциал есть и он чего-то стоит
Это абсолютно нормальная логика начала пути, когда внешнее признание еще не отделено от внутренней уверенности. Постепенно эта потребность ушла, освободив место для чего-то другого. Петров не скрывает, что сегодня его гораздо больше интересует то, что остается за пределами крупного плана. Не демонстрация мастерства, а присутствие, которое зритель чувствует, не зная почему. «Играть затылком» — так он сам это называет.
При этом Петров хорошо понимает природу каждого проекта, в котором участвует. Так, например, «Горыныча» он принял осознанно, потому что будет показывать его сыну. А вот серьезные эксперименты, вроде «Коммерсанта», случаются не по плану, а потому что появляется история, в которую можно по-настоящему погрузиться и кое-что в ней спрятать. Именно так выглядит зрелость в профессии.
Кадр из фильма «Горыныч» (2025)
Как относится к международному признанию
В один год Петров лишился двух проектов, на которые была сделана серьезная ставка: Netflix отменил сериал (рабочее название — «Петля»), а «Декабрь» до сих пор не вышел. Для человека, последовательно выстраивавшего путь к международному признанию, это был не просто профессиональный провал, но и столкновение с принципиальной непредсказуемостью жизни. «Это, конечно, значительный удар: когда десять лет идешь к мировой карьере и дверь туда уже вот-вот откроется, а потом раз — и ничего», — признается Петров.
Сегодня об этом он говорит спокойно — с той интонацией, которая появляется, когда человек действительно прожил и принял ситуацию. Актер не скрывает, что в какой-то момент на первый план для него вышла семья.
И именно тогда, по его словам, начали появляться новые роли и неожиданные предложения
Уезжать ради карьеры Петров никогда не собирался. После нескольких месяцев в Европе и поездки в Калифорнию понял, что чужая ментальность его совсем не держит. «Пока снимался у Полански, несколько месяцев жил в Европе, и единственное, чего мне хотелось, — поскорее вернуться домой. Я всегда считал, что лучше жить там, где тебе счастливо и комфортно, и рано или поздно тебя услышат», — вспоминает он.
Позднее Netflix выпустил слоган Local for global — когда в одном небольшом городке в любой стране может сложиться история, которая окажется интересной всему миру. Актер воспринял его как запоздалое подтверждение собственных мыслей.
Кадр из сериала «Фишер» (2023 — настоящее время)
Как снимался в сериале «Фишер»
В третьем сезоне сериала «После Фишера. Инквизитор» на Wink Петров появляется в новой роли — следователя Терехова, человека начитанного и непредсказуемого. Герой цитирует Гамлета и Камю, но особое удовольствие актер получал от строчек Артюра Рембо — в том числе в сцене, действие которой разворачивается в морге.
«Мой персонаж — начитанный парень, и я старался это отразить. Там есть забавные моменты, связанные с этим: какая-то сцена в морге, и я вдруг пару строчек вставляю. Это же прикольно! Может быть, эти сцены тоже станут мемными», — делится актер.
Его партнершей стала Юлия Снигирь. По словам обоих, это было идеальное попадание
Два «душнилы» — в лучшем смысле, то есть люди, которые докапываются до смысла каждой реплики, — встретились на одной площадке. Когда запутанная сцена с множеством персонажей перестала поддаваться пониманию даже самим исполнителям, они не стали притворяться. Вместо этого выстроили диалог так, как он мог бы звучать в реальности: герой вспоминает на ходу, переспрашивает, уточняет. Зрителю — легче следить, а сама сцена становится живее.
«Я сказал: „А давайте построим эту сцену именно так, как сейчас пытаемся ее понять. Чтобы мой герой сам начал вспоминать, задавать вопросы: „Подождите, это кто? Тот, который вот этот? А, точно! И он куда пошел? Сюда? Чтобы встретиться с кем?“ — все сразу становится просто и понятно, потому что люди так и общаются», — рассказывает Александр.
По материалам «Сноб»
