Psychologies: Екатерина, вы помните, как вы познакомились с Алексеем? Каким было ваше первое впечатление о нем?
Екатерина Болдышева: Мы познакомились летом 1989-го. Я тогда была участницей группы Светланы Владимирской «Клеопатра». Мы прилетели на гастроли в Ташкент, а наш чемодан с костюмами потерялся по пути. И вот мы сидим со Светланой после настройки звука в гримерке, пытаемся как-то собраться с мыслями, что нам предпринять. До концерта каких-то пару часов, а рассчитывать на местные магазины в то время было бессмысленно — там ничего нельзя было купить в советское время. И тут на площадку приехала группа «Мираж» — мы должны были выступать перед ними в первом отделении.
Алексей, проходя мимо нашей гримерки, поздоровался и спросил, почему мы сидим с такими грустными лицами. Узнав, в чем дело, он принес к нам свой гастрольный чемодан, раскрыл его и предложил порыться в содержимом. Как выяснилось, там были какие-то украшения, ремни, футболки с принтами, которые Алексей возил с собой с запасом в длительные поездки. Помню, мы быстро выбрали себе какие-то футболки и украшения. Это было ярко, и наше выступление было спасено. Конечно, после этого мы стали добрыми друзьями и всегда тепло общались, когда виделись на совместных концертах.
— Когда встречаешь своего человека, сразу чувствуешь, что это он?
— Я бы так не сказала. Мне кажется, это очень опрометчиво — полагаться на первое впечатление. Для того чтобы узнать, тот ли это человек, каким он тебе кажется, нужно время. Люди далеко не сразу открываются, и первое впечатление может быть очень обманчивым.
— Вы помните тот момент, когда вы поняли, что влюбились в Алексея?
— Какого-то определенного момента я, конечно, не помню. На самом деле я даже не заметила, как влюбилась.
— А кто из вас с Алексеем первым признался в своих чувствах?
— Мы уже долгое время работали вместе, все было понятно без лишних слов. Не было необходимости делать какие-то заявления или признания.
Да и свиданий у нас с ним не было — мы же были все время на гастролях. У нас не было возможности ходить в кино или проводить вечера где-то за столиком в кафе. Но нам хватало впечатлений и романтики и без этого.
— Например?
— Мы много гастролировали и путешествовали вместе. Ниагарский водопад, Байкал, вершина вулкана Тейде… Я помню, как мы замерзли у Ниагарского водопада. Дело было ранней весной, и когда мы выезжали из Торонто, оделись довольно легко, нам показалось, что на улице уже достаточно тепло. Но находясь у самого водопада, мы продрогли насквозь, ведь там в воздухе не просто влажность, а взвесь из мелких капель воды. Было очень холодно, но зрелище падающей воды настолько завораживающее, что мы не могли от него оторваться, пока не начали стучать зубы. Благо, рядом было кафе, в котором мы отогрелись и угостились потрясающим кофе. Это было очень романтично!
— Служебный роман, гастрольная жизнь… Как на ваши отношения отреагировали коллеги по группе?
— Да никак особо никто не реагировал. Мы с Алексеем и до и после проводили много времени вместе, этого требовала работа. Для группы мало что изменилось. Никаких лишних вопросов никто не задавал. Но наши личные проблемы никогда и не влияли на работу.
— Когда начинались ваши отношения, вы задумывались о совместном будущем. Или жили одним днем, были такими рок-н-ролльщиками: сейчас хорошо, и ладно?
— Судя по интервью и автобиографиям, многие рок-н-ролльщики неплохо устроили свою жизнь. Я думаю, для любого человека это совершенно естественно — задумываться о своем будущем. Мы всегда строили какие-то планы, правда, жизнь распоряжалась по-своему, и не всегда получалось их воплотить в реальность. Но это и есть жизнь…
— А что по поводу поклонников и поклонниц? Приходилось ли вам скрывать свои отношения, чтобы интерес к группе не угасал?
— Мы не афишировали свои отношения. Поклонникам, видимо, приходилось гадать.
— В 1990-е поклонники музыкальных групп вели себя гораздо более эксцентрично, чем сейчас. Поклонницы буквально бросались на своих кумиров…
— Да, бросались и на меня, и на Алексея. Наверное, у всех артистов такое было. Были очень навязчивые поклонники. Один из них долгое время плодил в сети мои аккаунты, публиковал в них всякую чушь от моего имени.
А в середине 1990-х в Грузии, в Самтредии, на банкете после концерта местный авторитет пообещал меня похитить и приехал ночью с вооруженными людьми к частному дому, в котором мы жили. Алексей был все время вместе со мной и участвовал в переговорах с людьми авторитета, а потом с милицией, которая приехала разруливать ситуацию. Было понятно, что этот человек был авторитетом и для милиции тоже. Они никак не могли его унять или уговорить.
На Кавказе так заведено: мужчина сказал — мужчина сделал. Как может джигит отказаться от своих слов? Разрешилось все только к утру — авторитет выдохся и отправился на боковую. А через пару часов, когда мы загружались в автобус, чтобы выезжать дальше по маршруту, он подъехал к нам и извинился. Сказал, что выпил лишнего. Чего не бывает с настоящими джигитами?
— А ревность к поклонникам/поклонницам случалась? И обсуждали ли вы с Алексеем границы допустимого?
— Ну что вы… Это не про нас. Мы никогда не обсуждали никакие границы или правила поведения ни друг с другом, ни с поклонниками. Мне кажется, любой нормальный человек прекрасно чувствует эти границы. Другое дело, что поклонники не всегда их чувствуют и понимают, но это уже другая тема.
— Мужчина должен доминировать в отношениях или вы за партнерство?
— Мне кажется, это ошибка — полагать, что кто-то кому-то что-то должен. Тем более ошибка полагать, что существуют какие-то стандарты или рекомендации, которые подходят всем и будут гарантией счастливого брака. Люди все разные. Есть мужчины, которым комфортно, если рядом женщина с твердым характером. Я бы даже сказала, что для некоторых это не просто потребность, а спасение.
— В одном из интервью Алексей говорил, что делал вам предложение. Можете рассказать, как это было?
— У нас нет каких-то запретных тем. Разумеется, мы обсуждали наши отношения, и не раз. Но каких-то серьезных доводов для того, чтобы бежать скорее в ЗАГС, у нас так и не нашлось.
— Штамп в паспорте меняет что-то в отношениях?
— Я была замужем, но наличие штампа никак не помогло моему замужеству. И сейчас его отсутствие никак не влияет на мои отношения с Алексеем. Но я ни в коем случае не призываю никого следовать моему примеру. Будьте счастливы так, как вам этого хочется.
— А когда вы были маленькой девочкой, вы мечтали о свадьбе и о белом платье?
— Даже не помню, о чем я мечтала в детстве. Наверное, о новой кукле. (Улыбается)
— Как трансформировались ваши отношения на протяжении 30 лет вместе? Случались ли кризисы?
— Ну а как без кризисов? Но если между людьми есть любовь, возможно переступить через любые обиды и преодолеть любые кризисы.
У нас был кризис. Прошло уже лет 20, как мы были вместе. Мы разошлись, но продолжали работать вместе. Через какое-то время поняли, что не можем друг без друга.
— Совместная работа — выступления в группе «Мираж», скорее, идут во благо или во вред вашим отношениям?
— Мне сложно ответить на этот вопрос. Я с трудом себе представляю, как бы мы смогли проработать вместе столько времени, если бы мы не были вместе.
— Как вы считаете, можно ли простить измену, если живешь вместе уже 10, 20, 30 лет?
— Даже не хочу думать на эту тему. Зачем забивать голову этими мыслями?
— А из-за чего вы чаще всего ссоритесь, спорите с Алексеем?
— С Алексеем очень сложно поссориться. Я всегда поражаюсь его выдержке и спокойствию. Поэтому мы не ссоримся, мы иногда не сходимся во мнениях.
— И вам никогда не хотелось уйти, хлопнув дверью?
— Если и хотелось уйти, только от самой себя.
— Вы уже 34 года вместе. Что для вас сейчас самое главное в семье, в отношениях между мужчиной и женщиной?
— Любовь! Если есть любовь, то между людьми есть и все остальное — доверие, взаимопонимание, взаимоуважение.
— Любовь обязательно должна быть счастливой?
— У всех по-разному. Для большинства, наверное, да. Но не надо забывать, что рядом с нами есть и те, для кого быть несчастным — это потребность. Наверняка у каждого есть такие знакомые, которые постоянно на что-то жалуются, чем-то недовольны, их надо жалеть и понимать всем миром. У них такая жизненная программа. Думаю, что такие люди будут искать несчастную любовь для того, чтобы упиваться своим несчастьем и рассказывать об этом окружающим.
— Вы сейчас счастливы?
— Скорее да, чем нет. У меня нет повода считать себя человеком несчастным.
