Мы расстались из-за политики: история одного развода

«Идейные разногласия членов семьи убили наши отношения»

Дмитрий, 46 лет

«Мы с Василисой давно вместе, больше 10 лет. Всегда были дружны. Понимали друг друга. Могли выйти на компромисс при необходимости. У нас общая собственность — дом за городом. Строили вместе. Радовались переезду. Кто бы знал, что с него начнутся такие проблемы…

Три года назад у моей мамы обнаружили сахарный диабет. Уколы инсулина и прочее… Врач сказал, нужен присмотр, и мы забрали ее к нам. Дом просторный, места всем хватает. Отношения с женой у мамы всегда были нормальные. Вместе не жили, но мы регулярно навещали моих родителей. А после смерти отца — уже одну маму. Решение жить всем в одном доме было совместным. Жена не возражала. Тем более что мама понемногу двигается, сама следит за гигиеной — сиделка ей не нужна.

Но мама глуховата и постоянно смотрит телевизор

Мы ужинаем вместе. И представить себе еду без «ящика» она не может. С началом февральских событий мама и вовсе прилипла к передачам. А там, помимо новостей, сплошные истерики. Просить ее выключить бесполезно. То есть она выключает, но потом забывает (видимо, возраст дает о себе знать) и снова включает.

Мы с женой телевизор смотрим реже и только новости. Телешоу, где все друг с другом ссорятся и скандалят, не смотрим. Но проблема не только в телике. Я считаю, наши отношения убили их идейные разногласия — мамы и Василисы. Каждый ужин превращается в ринг. Обе до хрипоты спорят о политике — одна за спецоперацию, другая против.

За прошедшие недели они довели друг друга до белого каления. В конце концов жена не выдержала. Она собрала вещи и уехала к своим родителям. Мне даже толком ничего не сказала. Только то, что не может больше жить в такой обстановке и боится сорваться на мою мать.

Я не знаю, что делать. Не выгоню же я маму. К жене поехал мириться — в итоге только поссорились. Руки опускаются…»

«Я пыталась молчать, но это не помогло»

Василиса, 42 года

«Свекровь казалась мне мирным, доброжелательным человеком. Не предполагала, что ее переезд к нам вызовет столько проблем. Поначалу их и не было. Ну разве что ее привычка постоянно включать телевизор. Я не выношу этой манеры ведущих истерить и скандалить, мы с мужем смотрели только новости и кино. Свекрови, видимо, одиноко и пусто, и телевизор у нее включен постоянно. Она даже футбольные матчи смотрит! В общем, было непросто, но мы находили какие-то варианты — иногда я терпела, иногда она соглашалась его выключить.

Но с началом спецоперации она смотрит его нон-стоп. Как будто боится что-то пропустить, если выключит хотя бы на минуту. Насмотрится новостей — и поднимает при каждом случае политические темы. Я не согласна с ее мнением, и она начинает споры, как в тех телешоу, с провокациями и постоянными попытками меня переубедить.

Поначалу я с ней разговаривала, предлагала не заставлять никого изменить свое мнение, просила не поднимать эти темы за столом

Она вроде соглашается, но наслушается новостей — и не выдерживает, пересказывает их нам. Со своими комментариями! И от этих ее комментариев я уже начала звереть. Муж уговаривал успокоиться то ее, то меня, то обеих — пытался быть нейтральным. Но все становилось только хуже.

Я пыталась молчать, но это не помогло. Потом стала есть отдельно — но она вылавливала меня, когда я была на кухне. Каждый раз она как бы начинает со мной делиться своими мыслями, а заканчивается все на эмоциях.

Однажды утром я поняла, что ни слушать бесконечно телевизор, ни спорить с мамой, ни молчать, выслушивая ее, я не готова. Больше не могу. Хуже того, за это время я возненавидела и мужа. Сейчас всерьез думаю о разводе — «послевкусие» от всей этой истории такое, что прошлую теплую атмосферу в наших с ним отношениях уже не восстановить».

«Все сгорает в костре нашего страха»

Гурген Хачатурян, врач-психотерапевт

«Всегда больно наблюдать, как семья становится пространством для бесконечных идеологических споров. Они в конечном итоге приводят к тому, что обстановка становится невыносимой, семьи разрушаются.

Но здесь, наверное, не стоит все валить на текущую политическую обстановку. Не далее как полгода назад точно так же семьи ссорились и даже распадались из-за разного отношения к коронавирусу, из-за споров о вакцинации. Любое событие, которое предполагает разные, эмоционально заряженные позиции, может привести к такой ситуации.

В первую очередь важно понимать: любовь как чувство и отношения между любящими людьми не предполагают обязательно полного совпадения во взглядах. Гораздо интереснее, на мой взгляд, когда отношения строятся между теми, чьи мнения бывают и противоположными, но при этом уровень любви и уважения друг к другу таков, что они прекрасно существуют вместе.

В истории Василисы и Дмитрия важно, что катализатором событий выступило третье лицо, пресловутая свекровь, которая выливала на невестку негатив — свои переживания и точку зрения

Когда случаются такие события, как текущая спецоперация, а ранее — пандемия, мы все начинаем бояться. Возникает страх. А это очень тяжелое по своей сути чувство. И очень «прожорливое» в отношении информации. Когда мы боимся, мы поглощаем ее в огромных количествах и при этом забываем, что никакого ее объема никогда не будет достаточно. Все сгорает в костре нашего страха.

Очевидно, страшно было и свекрови, и мужу с женой — потому что это нормальная реакция на такие серьезные события. Здесь, пожалуй, не политика разрушила отношения. Просто в момент, когда им всем стало страшно и каждый на этот страх реагировал по-своему, люди не смогли найти друг в друге союзников, чтобы вместе пройти через это испытание».

Гурген Хачатурян
Психотерапевт

Терапевт, психотерапевт, сексолог.