«Похороните ее в костюме со свадьбы»: бывший муж шлет жене переводы по 10 рублей с угрозами смерти

«Меня преследуют, мне угрожают»

Анастасия вспоминает, что выходила замуж, не разглядев человека, и слишком поздно поняла, что он собой представляет. Отношения с женщинами, по ее мнению, бывший муж выстраивал ради денег, но осознала она это, будучи уже беременной.

«Я, к сожалению, это поздно поняла, уже на седьмом месяце беременности, и сразу ушла. И начался уже второй год какой-то ад. Меня преследуют, мне угрожают, я уже писала шесть заявлений в полицию, меня караулят дома, на работе», — рассказывает она.

Особенно тяжелыми, по словам женщины, стали первые недели после расставания. Один из эпизодов, с которого, как она считает, все началось, случился зимой 2025 года, когда она была на позднем сроке беременности.

«Меня выставили без ключей, без денег, одежды. Но при этом человек пошел, написал в полицию, якобы я пропала», — вспоминает Анастасия. С заявлениями о пропаже бывший муж обращался и потом. По ее словам, ее вместе с сыном несколько раз объявляли в розыск, хотя они никуда не исчезали. «Стоит нам куда-то уехать, он сразу же идет пишет опять же на розыск. К нам полиция приходит вообще постоянно. То есть он высылает постоянно наряды полиции», — говорит Анастасия.

«Я приеду, выстрелю тебе в лицо»

Сейчас общение экс-супругов сводится к встречам отца с ребенком. Эти прогулки, совершаемые по решению суда, всегда проходят одинаково. «Мы в положенное время спускаемся к подъезду, там я передаю ребенка, он его забирает, идет до торгового центра, до детской комнаты. Я его раздеваю, переодеваю, оставляю. Нахожусь всегда в их зоне видимости. Потом мы возвращаемся домой, и возле подъезда я ребенка забираю обратно».

Спокойствия эти встречи ей не приносят: на них, как утверждает Анастасия, бывший муж может прийти в неадекватном состоянии и высказывает угрозы, не смущаясь, что рядом есть другие люди. «Мне всегда очень страшно находиться на этих встречах, потому что он напрямую говорит, что я приеду, выстрелю тебе в лицо. Моей маме пишет, что он меня похоронит, что можно готовиться к похоронам», — рассказывает женщина.

Большую часть жутких смс, по словам Анастасии, получает ее мать: напрямую бывший муж почти не пишет — его номера в блоке. Часть угроз приходит через комментарии к денежным переводам.

«Что он сделает с нами, он даже потом не вспомнит»

С февраля 2025-го Анастасия обращалась в отделы МВД Красноярска и Ачинска не меньше шести раз. Но результата, по ее словам, это не приносит, и главную обиду она адресует уже не только бывшему мужу, но и системе.

«Нет тела — нет дела, у нас вот так в полиции. Пока нет физического воздействия, они прямо открыто говорят: пока он вас не тронет, что-нибудь с вами не сделает, мы ничего не можем сделать», — передает она ответ, который, по ее словам, слышала от правоохранителей.

Ждать, пока угроза не воплотится в жизнь, женщина не хочет. Больше всего она боится, что бывший муж может однажды прийти в невменяемом состоянии. «Что он сделает с нами, он даже потом не вспомнит. Я уже второй год в таком моральном насилии нахожусь. И просто уже не знаю, куда обращаться», — признается Анастасия.

За два года, по словам Анастасии, изменился весь ее быт. Она меняла жилье, но это не помогло: бывший муж узнавал новый адрес и приезжал снова. Проблемы были и на работе, хотя там, по ее словам, к семейному конфликту отнеслись с пониманием. «Руководство в курсе всей этой ситуации, поэтому они уже особо не обращают внимания на его угрозы и сообщения. Хотя он постоянно делает на меня различные доносы», — говорит женщина.

Именно эти «доносы», как утверждает Анастасия, отнимают огромную часть ее времени. Стоит ей поехать в больницу с ребенком, как бывший муж обращается в полицию, в службу опеки, к судебным приставам и заявляет, что они пропали, а ей потом надо оправдываться в кабинетах госслужащих.

«Ребенок плохо засыпает»

Тяжелее всех, по словам Анастасии, приходится ее сыну. Присутствовать на самих встречах она стала не сразу: сначала, пока шел суд, провожала ребенка до игровой комнаты и ждала в стороне. Но, как она рассказывает, сын не выдерживал. «Ребенок постоянно плакал, орал. Я понимала, что ему страшно, некомфортно там находиться», — делится женщина.

Оставаться на встречах она решила ради ребенка, хотя понимает, что для себя сделала только хуже: при ней, по ее словам, бывший муж все равно не сдерживает свои порывы. «Для маленького ребенка мама — это гарантия безопасности всей его жизни. И когда он видит, что мама постоянно в стрессе, в тревоге, в страхе, он это считывает. После этих встреч он может плакать, плохо засыпает», — говорит она.

Решение Анастасия видит одно — то самое, на котором настаивала в суде: встречи должны проходить на нейтральной территории и только в присутствии детского психолога.

Между полицией и прокуратурой

В городском управлении МВД журналистам подтвердили, что в отдел полиции № 8 поступало несколько заявлений от местной жительницы о том, что ей угрожает бывший муж, и полицейские поговорили с обеими сторонами конфликта. В полиции также сообщили, что решением Ленинского районного суда было определено время, когда отец может видеться с ребенком, но реализовать это право удавалось не всегда.

С последним Анастасия категорически не согласна. По ее словам, ребенок видится с отцом строго по графику, кроме случаев, когда сын болеет, но это всегда можно подтвердить справками из медучреждений.

По факту угроз полиция провела проверку и отказала в возбуждении уголовного дела по статье 119 УК РФ (угроза убийством). В тексте отказа журналисты обнаружили деталь, которая расходится с ответом пресс-службы УМВД: одним из оснований для отказа указан тот факт, что опросить бывшего мужа Анастасии не удалось.

Сейчас, как уточнили в ведомстве, материал проверки направлен в прокуратуру Ленинского района, которая должна оценить, законным ли был отказ не возбуждать уголовное дело.

«А кто сказал, что у нас конфликт есть?»

Чтобы услышать позицию бывшего мужа Анастасии, редакция связалась и с ним. Отец ребенка ответил, но своей развернутой версии событий не представил, начав с того, что отрицает сам факт конфликта. «А кто сказал, что у нас конфликт есть?» — написал он в ответ на вопросы корреспондента.

Вскоре после первой попытки корреспондента связаться с мужчиной на телефон матери Анастасии пришел денежный перевод на 10 рублей. В комментарии автор сообщил, что собирается писать заявление в полицию из-за того, что его номер дали журналистам.

Обращение бывшей жены в СМИ мужчина называет пиаром, а ее заявления в полицию — недостоверными. По его словам, заявления он писал и сам и рассчитывает решить вопрос в суде. При этом он настаивает, что никакой опасности для сына нет, а встречи раз в неделю считает несправедливо редкими. «Он божественный, я его очень сильно люблю и хочу видеть чаще — и все. Больше мне ничего не надо», — написал отец ребенка о сыне.

В доказательство того, что с ребенком все в порядке, он прислал редакции несколько видео, на которых он гуляет и играет с улыбающимся сыном. По его версии, вреда ребенку нет, потому что во время их встреч Анастасии рядом не бывает. Подробно объяснять ситуацию мужчина не стал, но высказал претензии в адрес редакции, назвал собеседника «сми фейком», заявил, что является юристом и пригрозил судом, делая орфографические ошибки почти в каждом слове.

А Анастасия продолжает бояться за ребенка и ждет ответа из прокуратуры.