Знаменитый мыс Рока — крайняя точка Европы
Когда наш самолет, совершая посадку в солнечном Лиссабоне, пролетал над ослепительно синей Атлантикой, ее золотыми пляжами и зеленью приморской хвои, нам было трудно представить, что где-то в России сейчас бушует вьюга и фонари слабо освещают заснеженные улицы и что всего несколько часов назад мы сами были там, а сейчас уже — как будто на другой планете…
При выезде из аэропорта совсем не чувствуется, что ты в Европе, кажется, что это маленький приморский городок, тихий и уютный. Чем-то окраины Лиссабона похожи на Ереван — тот же серо-розовый цвет каменных блоков домов, те же огромные окна и блики солнца в них.
Центральная улица построена таким образом, что если всё время идти прямо, то выйдешь к морю. Зимой яхты стоят в доке, свернув свои паруса, и только чайки летают над серой водой Атлантики. Вот так стоишь и ощущаешь дыхание вечности: когда-то давно отсюда уходили корабли на поиски Новой Земли, и Васко да Гама смотрел в подзорную трубу…
Менталитет португальцев соединил в себе лучшие черты европейцев: в них нет той холодной чопорности, присущей датчанам и финнам, но нет и той взбалмошности и пылкости испанцев и итальянцев. В Португалии перемешались национальности и расы, образовав единое население страны.
Есть в Португалии и место силы, чем-то мистическое и, может, даже аномальное, но всегда притягивающее и вдохновляющее — это мыс Рока, самая крайняя точка Европы. Стоя над бездной, глядя на то, как огромные волны разбиваются о камни, осознаешь громаду мира, и такое странное чувство охватывает тебя, будто весь мир сосредоточился на этой воде и на этой скале, и больше ничего не существует; куда ни глянешь — везде море.
Приезжая в Лиссабон, отдыхаешь и душой, и телом. Наверное, правду говорят, что море все невзгоды смывает с души человека.
Психология по-португальски: что такое саудаде?
Саудаде
Несмотря на южную расслабленность, одним из главных культурных феноменов души португальца является «саудаде» — это светлая, щемящая тоска по чему-то несбывшемуся, утраченному или недосягаемому. Это даже сложно назвать грустью — скорее, особая форма гедонизма. Добавим в нашу копилочку переходных эмоциональных состояний — к меланхолии, тоске и сплину.
Саудаде выражает тоску от невозвратимой утраты чего-либо дорогого сердцу и несет в себе оттенок благородной светлой романтики. Саудаде стало для португальцев одним из символов национальной гордости, а еще они считают, что только истинный сын отечества способен полностью погрузиться в это состояние.
Можно ощущать саудаде по людям или местам, а также звукам, запахам и еде. Можно даже ощущать саудаде по самому саудаде. Известная португальская пословица: «Хорошо иметь саудаде» — ведь познав его, можно получить истинное наслаждение. Небольшой укольчик саудаде принесет вам больше приятных воспоминаний, чем боли и сожалений об утерянном.
В начале ХХ века даже появилось целое литературное движение «саудозизм». Саудозизм появился через два года после республиканской революции 1910 года — многовековой монархии пришел конец, и революция обещала культурное обновление.
В статье «Создание саудаде» португальский антрополог Жоау Леал , что саудозисты стремились восстановить «утраченное величие» португальской культурной жизни, «заменив иностранные влияния, которые они считали ответственными за упадок страны после эпохи великих географических открытий, на культ „португальских вещей“, отражающих настоящую „португальскую душу“». Провозгласив саудаде подлинным выражением «лузитанского духа», движение положило эту эмоцию в центр своего культа.
Еще кое-что
Фатализм
Еще одна черта народа — потомков знаменитых мореплавателей — фатализм и тревожность. Под внешней мягкостью и тревожностью скрывается подсознательная готовность к трудностям. На вопрос «Как дела?» португалец с легкой меланхолией ответит вам: «Да так себе».
Национальная идентичность
Этническая идентичность современных португальцев восходит к древним племенам лузитанов — индоевропейскому населению западной части Иберийского полуострова, сопротивлявшемуся римскому завоеванию. Образ лузитана стал символом стойкости и независимости. Лиссабон с давних пор был центром притяжения моряков, эмигрантов, беглецов из Европы и с Востока — германских племен, арабов, берберов…
Ну, а память о великих географических открытиях дает нации ощущение былого величия, контрастирующее с сегодняшним скромным положением в Европе.
Кроме того, португальцы очень не любят, когда их путают с испанцами. Несмотря на близость языков, португальский считается гораздо сложнее испанского. И все же он — третий по числу носителей в мире!

«Увидеть море»
Диана Анисимова
Издательство «Политехника-Сервис»
Сборник путевых очерков «Увидеть море…» — это приглашение в неспешное путешествие по разным уголкам мира, увиденным глазами внимательного и влюбленного в дорогу автора. Январский Лиссабон с его золотыми пляжами Атлантики и мысом Рока — краем Европы, Амстердам, где весна приходит сразу после Рождества, а дома покачиваются на каналах; Копенгаген с его знаменитым хюгге, Эдинбург с его застывшими в камне легендами и волынкой, Венеция — много веков подряд разыгрываемый блистательный спектакль, и, наконец, море — то самое, ради которого стоит сорваться с места, преодолеть расстояния и убежать в полной уверенности, что тебя ждут.