Саша Айс обвинила Ваню Дмитриенко в абьюзе: что он сделал и как реагируют соцсети

В чем Саша Айс обвиняет Ваню Дмитриенко

Ролик Саши Айс длится около 20 минут — в видео девушка призналась, что пострадать от абьюза со стороны Вани Дмитриенко могла не только она. «Вы даже представить не можете скольким и каким девушкам, кроме меня, приходилось собирать себя по кусочкам после каких-либо отношений с этим товарищем», — заявила Айс, отметив, что однажды Дмитриенко даже приревновал ее к 7-летнему мальчику.

Девушка также привела конкретные примеры психологического насилия со стороны мызканта:

• проводил время с другими девушками, а своей партнерше говорил, что ездил на гастроли;

• запрещал общаться с друзьями-мужчинами;

• был против контактов с бывшим бойфрендом, который был «другом семьи» Саши;

• требовал прекратить общение с друзьями, которые были у Айс до начала их отношений;

• отказывался работать с людьми с таким же именем, как у бывшего парня Саши;

• не разрешал носить облегающие костюмы на фитнес.

Айс признается, что поводы для «нездоровой ревности» Дмитриенко были надуманы, а сама она не давала повода усомниться в своей верности. О поведении певца знала даже его мама, но она объясняла его поступки тем, что это «творческий» парень.

«Как он говорил моим родителям: „Да, я знаю, что я много требую и запрещаю, но я считаю, что имею на это право. Я тоже много делаю, дарю дорогие подарки“… В тот период мне знатно потрепали нервы: стирали переписки, устраивали скандалы, истерики, били кулаками стены, — добавляет Саша. — И у меня были панические атаки, потому что я всем сердцем его любила и на тот момент мне никто другой не был нужен».

Что Ваня Дмитриенко ответил на обвинения

Вскоре после того, как ролик Саши Айс завирусился в соцсетях, Ваня Дмитриенко поделился отрывком из своего интервью на шоу «Вписка», который не вошел в финальную версию выпуска два года назад. В нем артист рассказал, что Саша все время отношений с Дмитриенко продолжала тесно общаться со своим бывшим партнером, а однажды и вовсе «оказалась в его объятиях» на глазах Вани. Музыкант уточнил, что это произошло в день смерти его отчима: девушку пыталась остановить даже ее собственная мама, но Саша ее не послушала.

В ответ на это Айс заявила: «Наконец-то я поняла, что же именно сочиняет человек для всего своего окружения, чтобы очернить меня и оправдать свои поступки». Саша также обратила внимание, что после выхода ее ролика неизвестные стали жаловаться на ее профиль в TikTok и попытались его заблокировать.

«Человек уже два года намеренно привлекает к себе внимание этой историей и возвращается к ней снова и снова, — написал музыкант. — Сейчас это дошло до того, что провоцируется травля моей семьи и близких».

«Я никогда не говорил, что я идеальный, что не совершал ошибок. И я, на самом деле, выходя из страшно зависимых отношений, ненамеренно причинял боль другим, пытаясь из них убежать. Мне было 15-16 лет, и справляться с этим я просто не умел», — рассказал Дмитриенко, добавив, что ему есть что сказать на эту тему, но он понимает, что, скорее всего, это все равно ничего не остановит, так как будут появляться «новые истории, новые трактовки, новые обвинения».

«Просто потому, что я продолжаю жить дальше. Я живу, пою, у меня есть семья, любовь, вы, да и в целом все хорошо. А становиться несчастным и снова жить внутри отношений, которые закончились два года назад, я не хочу. Поэтому просто знайте, что основополагающие обвинения в мой адрес и выбранная трактовка наших отношений не соответствуют правде», — заключил он.

Реакция в соцсетях

Пользователи соцсетей по-разному отреагировали на конфликт Вани Дмитриенко и Саши Айс. Некоторые увидели в обвинениях «попытку получить хайп», а другие признались, что «не ожидали от Вани чего-то другого»:

• «Оба виноваты, но Саша зря начала публично этот спор»;

• «Ей было 20, ему 16. Интересно, как бы разделилось общество, если бы было наоборот и видео записывал 20-летний парень о том, как 16-летняя девочка-нарцисс делала ему больно на протяжении всех отношений?»;

• «Им сколько лет-то было, когда они были в отношениях? Оба были молодые, неопытные, проживали этот период так, как могли. Теперь ему не встречаться ни с кем, потому что с Сашей у него не сложилось и он ее обидел? Ладно бы он ее буллил, преследовал, жизни не давал, тогда я понимаю, зачем это выносить наружу. Но сейчас у меня четкое ощущение, что она просто до сих пор маленькая девочка, обиженная, которая не может простить и отпустить. Видит, что у него в жизни все хорошо, и напакостить пытается. Детский сад — штаны на лямках»;

• «''Ему нужны музы'' — это теперь так называется ''быть кобелем''?»;

• «А что она хотела от ребенка 16 лет? Пусть себя в этом возрасте вспомнит»;

• «Странно только то, что Саша начала это рассказывать только сейчас, когда Дмитриенко собрал солд-аут в Лужниках, да и с Пересильд уже давно вместе. Женская солидарность поздно проснулась или зависть играет, потому что про Сашу стали забывать потихоньку и нужен какой-то хайп?»;

• «Видимо, поэтому он переключился на девочек помладше, которые ему в рот смотреть будут и слова не скажут»;

• «Я думаю, что он врет, а люди верят в это. Мужики многие любят так делать, к сожалению, говорить чушь после расставания. Я больше Саше верю: Ваня реально нашел девушку за два месяца после отношений, а она годами без отношений. Я понимаю почему, так как были подобные отношения и я была верна, но после них узнала, что могла изменять и что, я по словам бывшего, бесплодная, а сейчас у меня дети каким-то чудом. Ну реально: верить мужикам — такое себе, а медийным — тем более».

Мнение психолога

За всем шумом, который поднимается после подобных историй, открывается глубокий психологический феномен: почему люди, пережившие тяжелые отношения, выбирают публичность как способ заявить о своей боли, абьюзе и подобных вещах? Ведь когда мы читаем такие новости, первая реакция чаще всего оценочная: «Зачем она это делает спустя два года? Не пытается ли она хайпануть на популярности бывшего?» Но давайте заглянем глубже — с психологической стороны.

Для человека, который находился в таких отношениях, контроль переписок, запреты на одежду, физическая агрессия, битье по стенам — это классические маркеры. Самое страшное наказание здесь — газлайтинг. Это состояние, когда тебя заставляют сомневаться в собственной адекватности, говорят: «Ты все придумываешь», «Ты сама меня спровоцировала» и так далее.

Когда отношения заканчиваются, внутри остается огромный непроработанный ком боли и разочарования, который не находит выхода в привычном кругу общения.

Почему именно публичность становится способом выхода из этих состояний? Разберем основные психологические причины.

1. Поиск валидации — подтверждения реальности. Когда партнер годами внушает, что твое недовольство — глупость или каприз, человеку необходимо услышать от мира: «Нет, то, что с тобой происходило, действительно было плохо. Ты не сумасшедшая». Публичное заявление — это попытка получить коллективное подтверждение своей правды. Тысячи комментариев с поддержкой работают как мощный противовес многолетнему обесцениванию.

2. Возвращение голоса. Это всегда про власть. Партнер забирает у другого человека право принимать решения: куда ходить, с кем дружить, что делать. Публичное признание становится актом возвращения себе контроля: «Раньше я молчала, потому что боялась или не могла. Теперь у меня есть голос, и я сама решаю, какую историю рассказать».

3. В случае с публичными личностями (а Ваня Дмитриенко именно такой) ситуация осложняется тем, что общество видит лишь фасад отношений — красивую картинку любви. Публичное разоблачение — это попытка разрушить этот внешний образ, чтобы правда о деструктивном поведении не осталась «секретом Полишинеля», который мешает другим людям попадать в те же ловушки.

Кроме того, человек, переживший токсичные отношения, очень хочет справедливости. Справедливость становится способом завершения гештальта. Абьюзер чаще всего уходит победителем — успешным, обаятельным, «правым». Для пострадавшей стороны публичное высказывание — доступный способ восстановить символическую справедливость.

По сути, даже в этой ситуации мы наблюдаем столкновение двух нарративов: с одной стороны — история жертвы от Саши Айс; с другой — история Вани Дмитриенко как преданного партнера.

В психологии это описывается как конфликт восприятия:

• то, что один называет контролем, другой считает заботой;

• то, что один воспринимает как защиту границ, другой — как давление;

• то, что один называет необходимостью искать музу, другой — изменой.

В медийном поле этот конфликт превращается в битву за репутацию, где эмоции зашкаливают, а истина размывается.