Предыстория
В 2024 году на портале появился анонимный пост от женщины, вступившей в сексуальную связь со своим психотерапевтом. «Я погружена в чувство вины и, если честно, немного в замешательстве… мне трудно справляться с эмоциями», — делилась она на форуме.
По ее словам, психотерапия длилась около года, и постепенно «каждый сеанс становился все более личным и эмоциональным», пока однажды психотерапевт не предложил отметить ее успехи в баре. Вечер закончился у него дома.
Пост собрал более четырех тысяч комментариев. Пользователи сочувствовали автору, возмущались поведением специалиста, оставляли рекомендации. Представители профессионального сообщества присоединились к обсуждению: «Я психолог. Это серьезнейшее нарушение этики… Твои смешанные чувства и множество эмоций абсолютно понятны. То, что произошло, — неправильно и не твоя вина». Женщине советовали обратиться в этический комитет, предлагали помощь, поддерживали и предполагали, что для психотерапевта такое поведение может быть далеко не первым случаем.
Казалось бы, что тут не так? Ведь если бы в этой истории отсутствовала фигура психотерапевта, вряд ли пост вызвал бы такое внимание и шквал общественного возмущения, да и чувства женщины, скорее всего, были бы совершенно иными. Более того, романтическая связь, как правило, поощряется социумом, влюбленные получают поздравления, и даже легкая интрига расценивается как романтическое приключение. Так что же в этой истории не так?
Любовь всегда обсуждаема
Тема романтических чувств между психологом и клиентом регулярно обсуждается в профессиональной среде, публицистике, культуре. Многие помнят, как доктор Мелфи пытается удерживать терапевтические границы с Тони Сопрано (сериал «Клан Сопрано») или как семейного консультанта Таню Рубцову отстраняют от работы за связь с клиентом Ильей (сериал «Психологини»).
Конечно, в кинематографе такие истории нередко романтизируются и иногда даже счастливо заканчиваются. Но есть не только кино: и в реальной жизни мы знаем немало примеров даже среди «отцов-основателей»: Карл Густав Юнг, Отто Гросс. Подобные эпизоды встречаются и сейчас, становясь предметом критического обсуждения общественности.
Уроки профессии
Этический кодекс часто представляется нам незыблемыми заповедями, которые мы получили прямиком из ортодоксального прошлого. На самом же деле это накопленный, часто печальный, опыт коллег, старающихся уберечь новое поколение профессионалов от уже совершенных ими ошибок. Этика — живая, постоянно развивающаяся дисциплина, гибко реагирующая на запросы времени.
Важно понимать, что в профессии психолога, как и в профессии врача, учителя, неизбежно присутствует иерархическое неравенство. Психолог занимает экспертную, закрытую позицию, тогда как клиент открывается, доверяет и оказывается в заведомо уязвимом положении. Поэтому, несмотря на то, что дистанция между психологом и клиентом в современном мире значительно сокращается, она не исчезает навсегда. Ответственность за удержание границы этой дистанции полностью лежит на профессионале.
Согласно , любые множественные отношения с клиентом рассматриваются как недопустимые. Специалист не имеет права просить клиента оказать ему какую-либо услугу, принимать оплату по бартеру (за исключением редких случаев), просить у клиента контакт его мастера по маникюру, приглашать на кофе после сессии или вступать с ним в другие личные договоренности. Отношения же интимного характера квалифицируются как недопустимые и трактуются как сексуальная эксплуатация, при которой пострадавший нередко проживает симптомы жертвы инцеста.
Исследования против романтики
В (1999 год) был проведен анонимный опрос пациентов, имевших интимную связь со своими психотерапевтами.
Участники сообщали о чувствах и переживаниях, характерных для жертв инцеста: сильной злости, стыде, вине, ощущении эксплуатации, разочаровании и утрате иллюзий относительно своего травматического терапевтического опыта. Даже несмотря на то что 82% респондентов воспринимали интимную связь как романтические отношения, при просьбе описать более конкретные чувства — выявлялась картина смешанных эмоций (замешательства, дезориентации, унижения), а те, кто сообщал изначально сообщал о приятных чувствах и удовольствии, со временем сообщали, что переживания изменились, а связь ими оценивалась как «вредная и эксплуатационная».
В другом была собрана информация о 958 пациентах, имевших интимную связь со своим терапевтом. Последствия такой связи в исследовании тяжелые: 11% пациентам потребовалась госпитализация, 14% предпринимали попытки самоубийства, а 1% — завершили жизнь самоубийством. Один процент, то есть каждый сотый пострадавший, огромная цифра, демонстрирующая реальные риски и тяжесть последствий таких отношений.
Эти данные дают нам основание утверждать, что романтическая связь психолога и клиента не может быть оправдана взаимными чувствами или любовью. Даже если обоим участникам кажется, что между нами возникает романтическое притяжение, опыт и исследования ясно дают понять: последствия таких отношений могут быть крайне тяжелыми и даже смертельными.
Если чувства все-таки возникли: что делать?
Клиент, обращаясь к психологу, взаимодействует не с реальным человеком, а с его образом. Поддерживать у клиента — профессиональный навык специалиста.
Как только заканчивается сеанс, психолог может оставлять за дверью кабинета все те качества, которые могут казаться привлекательными: принятие, понимание, эмпатия, обаяние, эмоциональная стабильность.
В реальной жизни психолог — самый обычный человек, который так же раздражается из-за пробок, не всегда справляется со своими эмоциями, ругается со службой поддержки, ошибается, забывает помыть за собой чашку и, возможно, даже чавкает во время еды.
Помните ту самую неловкость в детстве, когда случайно встречаешь строгого учителя по физике в очереди за колбасой? Примерно то же самое можно испытать, если однажды столкнуться со своим психологом за дверями кабинета.
Если клиент почувствовал романтическое влечение к своему психологу, рекомендуется открыто об этом сказать. Это не является признаком того, что с клиентом что-то не так, это — форма переноса, которым психика выражает важные потребности: в эмоциональной близости, безопасности, признании.
Далее специалист должен действовать в соответствии со своей квалификацией и профессионализмом: если он умеет работать с переносом, способен выдержать чувства клиента и обеспечить безопасность процесса — психотерапия может быть продолжена при условии регулярной супервизии.
Основной задачей такой работы является исследование того, что именно в психотерапевтических отношениях стало значимым для клиента
Какого опыта не хватало раньше и возможно ли обеспечить удовлетворение этих потребностей в реальной жизни?
Если же специалист понимает, что не обладает необходимыми знаниями и навыками, которые могут гарантировать безопасность процесса, он обязан передать клиента коллеге. Это является ответственностью психолога.
В обратной ситуации психологу следует вынести происходящее на супервизию. Это профессиональное пространство, где специалист может обсудить свои переживания и понять, способен он продолжать работу, не нанеся вред своему клиенту. При малейших сомнениях психотерапию необходимо завершить и обеспечить переход клиента к другому специалисту.
Конечно, терапевтические отношения однажды заканчиваются. В разных подходах существуют разные представления о том, когда психотерапию можно считать завершенной и этично вступать в какие-либо иные отношения. Например, в классическом психоанализе новые формы взаимодействия запрещены навсегда, но в среднем срок варьируется от полугода до пяти лет: психолог предупреждает клиента об этом заранее устно на первой встрече или письменно через информированное согласие. Важно, что если возникает новая форма отношений — эта форма заранее предполагает равенство обоих участников.
