Чему учат русские сказки: психологический разбор архетипов и жизненных сценариев

Архетипы: ключи к пониманию личности

Концепцию архетипов ввел Карл Густав Юнг: это универсальные символы основных аспектов психики, возникающие в коллективном бессознательном благодаря культурному наследию. То есть каждый из нас, сам того не замечая, играет какую-то роль. Изначально у Юнга это Великая Мать, Мудрый Старик, Трикстер и Герой. Позже Кэрол Пирсон популяризировала идею, выделив 12 архетипов:

• Невинный,

• Исследователь,

• Мудрец,

• Герой,

• Бунтарь,

• Маг,

• Обыватель,

• Влюбленный,

• Шут,

• Заботливый,

• Правитель,

• Творец.

Всех их легко встретить и на страницах русских сказок: кто-то ведет себя как Иванушка-дурачок (Шут или Славный малый), кто-то — как Иван-царевич (Герой), одни девочки мнят себя Василисами Прекрасными (Влюбленными), другие — Премудрыми (Заботливыми). А это значит, что ребенок, выбирая себе любимого героя, одновременно делает важный жизненный выбор: кем быть, как себя вести, что именно ценить больше всего.

О чем мы читаем между строк

«Люди, рожденные в русской культуре, перенимают модели поведения наших сказочных героев, даже если не знают их или не помнят», — пишет Светлана Патрушева в книге «Психология русской сказки». В сказках можно увидеть заложенные с детства гендерные роли и сценарии. Вот лишь несколько примеров.

«Аленький цветочек» можно воспринимать по-разному: традиционно — про терпимость и умение видеть за внешностью глубину человека (и примерять на себя роль), или новаторски — про принятие своей Тени. За историей спасения чудовища скрывается встреча с вытесненными частями личности, которые нужно не победить, а интегрировать.

Если при чтении этой сказки поговорить с ребенком, то можно очень помочь ему в дальнейшем справляться с эмоциями: если «разрешить» обиду, гнев, грусть как то, что естественно, а не то, что нужно прятать — и за что считать себя чудовищем.

Это может быть полезно, а может быть опасно, но это должно произойти в жизни каждого ребенка. А сказка может быть поводом поговорить о самостоятельности. Эта тема встречается в русских сказках для самых маленьких очень часто: ведь и «Крошечка-Хаврошечка», и «Морозко», и «Жихарка» — про то же.

«Теремок» и «Заячья избушка» учат защищать личные границы. А «12 месяцев» и «Репка» — принимать помощь и не пытаться делать все самостоятельно, чтобы быть для всех вокруг «хорошим».

Баба-яга — один из самых интересных образов и тоже архетип, причем многомерный (Мудрец, Заботливый, Разбойник) и катализатор изменений: страшно, но без коммуникации с ней не найдешь дорогу к счастью (так в русских сказках нам показывают, что рост и изменения всегда проходят этап преодоления). А «Курочка Ряба» — про страх перемен: вместо того чтобы воспользоваться золотым яичком, дед с бабкой по привычке пытаются его разбить и съесть. Оказывается, поднадоевший сюжет учит не бояться нового!

Игра в сказку: елка в Петровском путевом дворце

Сказки таят множество взрослых вопросов и ответов, если копнуть глубже. И это приводит нас к выводу: очень важно подмечать, какие сказки мы читаем детям, как мы их комментируем, какие смыслы вкладываем. Ребенок считывает один слой, взрослый — другой. А связывает их между собой живое общение и обсуждение.

С точки зрения психологии, не сказка учит моделям поведения, а ближайшее окружение: малыш получает интерпретации героев опосредованно — из комментариев родителей и их поведения. В итоге сюжеты и реальность схлопываются, и сказка придает смысл происходящему. Именно поэтому каждая встреча со сказкой должна происходить в компании взрослого. Мамы и папы поддержат игру, направят впечатления в нужное русло.

С 25 декабря по 10 января тут пройдет интерактивная игра-путешествие, вдохновленная народными сказками и творчеством Ивана Билибина (в этом году — 150 лет со дня его рождения). Пять залов — пять образов русской сказки, каждый со своей атмосферой и занятиями: от фехтования среди войлочных валунов, росписи кокошников, игр в бирюльки и блошки, старинного кукольного театра-вертепа до общего хоровода с Дедом Морозом под рождественские песнопения в исполнении ансамблей «Сирин» и «Узорика».

«Новогодний Петровский путевой дворец» — это полноценное путешествие в живое чудо, где каждый гость становится участником действия: ожившие шедевры и интерактивные зоны позволяют не просто вспомнить любимые сюжеты, но и прожить их изнутри, найти своего героя и пройти веселые испытания всей семьей.

Зачем примерять маски

Психотерапевты давно заметили: люди часто неосознанно повторяют сценарий сказки, которую читали в детстве. Они могут ее даже не помнить, но архетип, присутствующий в тексте, коррелирует с их жизнью. Можно даже сказать, управляет ею. Но ситуацию можно изменить.

«Чем больше сказочных ролей человек может сыграть, тем выше его способность управлять собой, — пишет Патрушева. — Если оставаться заложником одной сказки, одного персонажа и жить в состоянии обиды, ожидания либо борьбы, невозможно жить в радость».

Аналогично и с детьми: если вдруг кажется, будто ребенок становится слишком Героем или слишком Шутом, можно мягко вовлечь его в игру (в том же Путевом дворце в мире сказок в иллюстрациях Билибина) и постараться сменить «аватар». Такая гибкость позволит развить эмоциональный интеллект, научиться новым навыкам коммуникации и многому другому.

Как использовать сказки для понимания себя или ребенка

Светлана Патрушева предлагает вопросы, помогающие нарисовать карту внутреннего мира (их можно задавать себе, а можно — и малышам, и подросткам, и всем-всем-всем):

1. Какие сказки и истории тебе нравятся? Выбери 7–10 сюжетов.

2. Кто твои любимые герои?

3. Чем они отличаются?

4. Почему они тебе нравятся?

5. Как они действуют?

6. С какими трудностями, злодеями они встречаются?

7. Что будет их наградой?

8. Какие твои самые любимые дары в сказках?

«После того как ответишь, посмотри, есть ли в этих сюжетах, героях и сказках отсылки к твоей реальной жизни? На пересечении историй мы находим себя. Свои метафоры и символы», — пишет она.