«Отношения в паре конечны, но любовь может длиться всю жизнь»

В любовных отношениях изначально заложен механизм их разрушения, но это не значит, что каждый союз непременно распадется.

Юрий Зубцов

Psychologies: Насколько неизбежно угасание чувств в паре?

Вадим Петровский: «Неизбежно» — слишком категоричное слово. Но можно говорить о том, что такое развитие событий закономерно. С одной стороны, в этом играют роль житейские проблемы, все то, что Маяковский описал словами «любовная лодка разбилась о быт». С другой — сексуальное охлаждение, которое, по мнению многих, наступает с годами. Но даже если оставить в стороне эти очевидные трудности, в самих любовных отношениях присутствует встроенный механизм, который работает на их разрушение.


Любовь — это сила объединения. И вступая в брак, образуя пару, мы испытываем самые радостные чувства: считаем, что нашли свою «вторую половину», полностью идентифицируемся друг с другом. На вопрос «А какой он (какая она)?» влюбленные часто отвечают: «Совсем такой же (или такая же), как я». Но проходит время, и постепенно накапливается опыт взаимных различий. Мы начинаем понимать, что человек рядом со мной — вовсе не такой, как я. Он совсем другой, непохожий на меня, а то и полная моя противоположность.

Но разве это плохо? Ведь разные по характеру люди дополняют друг друга?

Это распространенное мнение, но оно далеко от истины. По этой логике если я хромаю на правую ногу, а вы на левую, то вместе мы сможем быстро ходить и даже бегать. Напротив, история множества браков показывает, что гармоничным отношениям в паре способствует не различие, а именно сходство партнеров. Причем выделены три основных качества, по которым партнерам хорошо бы совпадать.

Первое — тепло или холод в смысле темперамента. Если мужчина горяч, то и его идеальная партнерша должна быть горячей, а не наоборот. Если же он холоден, то и ей лучше быть Снежной королевой.

Анализ различий — это не препарирование отношений, это и есть сами отношения

Второе — степень открытости. Два даже очень закрытых человека понимают друг друга лучше, чем очень закрытый и очень открытый.

А третье — то, насколько партнеры ревнивы. Ревнивцы прекрасно находят общий язык. И их отношения могут быть сколь угодно бурными, но они оказываются прочными и длительными чаще, чем отношения ревнивого и неревнивого. У союза двух неревнивых людей тоже больше перспектив, чем у «смешанных» вариантов. А вот исследований, которые бы объективно подтверждали, что разные люди в паре дополняют друг друга, я не встречал.

Вернемся к «механизму разрушения». Партнеры, как вы сказали, осознают, что они разные.

И это вполне естественно! Ведь каждый происходит из своего собственного мира, из своего дома, от своих родителей. Этот домашний, родительский мир чаще всего видится как единственно правильный. И вдруг в отношениях с любимым человеком мы понимаем, что у него все другое: дом, родители и, значит, весь мир вообще!

Проблема в том, что обычно за этим пониманием следуют осознанные или неосознанные попытки перестроить мир партнера. Переделать его под себя — или подстроиться самим. Происходит ломка с обеих сторон. Это вторая фаза развития отношений.

Могут ли партнеры в такой момент обсуждать свои различия, прямо говорить о них?

Не только могут, но и должны! С одной стороны, это необходимое отстранение, определение позиций. А с другой, в таком общении рождается новое понимание партнера, частицы уже общего мира: ведь синтез, создание чего-то нового невозможны без анализа.

Подобные разговоры — это не препарирование отношений, это и есть сами отношения. К тому же нам доставляет огромное удовольствие возможность анализировать что-то вместе. Разговаривайте, обязательно разговаривайте друг о друге и о своих отношениях! Вероятно, за вторым следует третий этап отношений...

Что на нем происходит?

Мы приходим к пониманию того, что человека не переделать. Мы не можем ни измениться сами, ни, тем более, изменить партнера. И остается либо расстаться, либо смириться и продолжать жить рядом с обитателем совсем другого мира, уже не испытывая к нему прежних чувств. Боюсь, такой механизм развития любовных отношений объективен, как физические законы.

Только ощущая, что любовь приближается к концу, мы начинаем подлинно ценить другого

И значит, любовь обречена, а любые отношения в паре конечны?

Вовсе нет! Вспомните, как философы-экзистенциалисты осознали всю силу, красоту и величие жизни. Им пришлось принять абсолютную неизбежность смерти. Опасности, угрожающие любви, тоже необходимо осознать: признать, что любовь с самого начала движется к концу, принять риск, который с первого дня присутствует в отношениях.

И вот когда мы все это ясно понимаем, в паре вдруг начинает звучать контрастная нота, которая преображает саму мелодию отношений, мелодию любви. Эта мелодия становится гораздо более тонкой и глубокой, чем легкомысленное заблуждение «мы — одно целое». Только ощущая, что любовь приближается к концу, мы начинаем подлинно ценить другого, его чувства, каждое мгновение рядом. И вот такая любовь способна, я убежден, длиться вечно — пока живы сами любящие.

Вы говорите словами волшебника из пьесы Евгения Шварца «Обыкновенного чуда»: «Слава храбрецам, которые осмеливаются любить, зная, что всему этому придет конец»...

Да-да, именно так! Такова философия любви: именно в смертности этого чувства и заложена возможность его бессмертия.

Об эксперте

Вадим Петровский — психолог, доктор психологических наук, ректор Института консультативной психологии, профессор департамента психологии НИУ «Высшая школа экономики». Более подробную информацию о нем можно посмотреть здесь.