Ад — это другие

Виктор Пелевин по поводу этого выражения сказал: «Это поистине удивительные слова — редко бывает, что такое количество истины удавалось втиснуть в одно-единственное предложение».

Однако в чем смысл бессмертного изречения, не объяснил и он. Недавно в интернете попалось мне объяснение самого Сартра. Вот уж с чьим толкованием нельзя не считаться. Приведу его в корявом, как он сам признается, переводе анонимного автора (с сокращениями):

«…фразу «Ад — это другие» всегда понимали неправильно. Все думали, будто бы ей я хотел объяснить, что наши отношения с другими всегда испорчены, что это — сущий ад. Но я подразумевал… что если наши отношения с другими искажены, повреждены, то другой человек может быть только адом.

Почему? Потому что в глубине других людей скрывается самое значимое, что есть у нас, — наше самосознание... Во всем, что я рассказываю о себе, что я в себе ощущаю, есть толика суждения окружающих.

Следовательно, если мои отношения с другими плохи, то я полностью от них завишу, и на самом деле это означает, что я попадаю в ад. В мире довольно много людей, которые находятся в аду, потому как они слишком сильно зависят от чужих суждений…

Нас судят тюремно, предполагая худшее и общее

Еще я хотел сказать, что эти люди не похожи на нас… Я хотел показать, что многие точно погрязли в устоявшихся привычках, обычаях, что они носят в себе суждения, от которых страдают, но даже не думают их менять.

Такие люди словно мертвы, потому что они не могут выбраться из круга своих забот, привычек и интересов, и, таким образом, они часто становятся жертвами чужих суждений».

Вот, оказывается, что: Сартр полагал, что мы находимся в кругу расхожих суждений, мертвых, стереотипных предположений о мотивах нашего поведения. На самом деле мы — другие, и мотивы поведения у нас другие.

А нас судят тюремно, предполагая худшее и общее. Они не учитывают наш благородный порыв, нашу сокрытую от мира любовь, привязанность к голосам, лицам и деталям, нашу чудесность.

Все это реально и серьезно. Собеседник ловит тебя на пошлой мысли и на пошлом интересе, которых не было и в помине. Так в производственном или школьном коллективе определяют вора и не умеют извиниться, если ошиблись.

А тот остается с военной раной в душе, а именно с убеждением, что все люди таковы и все отношения таковы. Его навсегда испортили ложным обвинением, он теперь с подозрением относится к мыслям и чувствам другого порядка.

Ад — это другие

Однако главное, на мой взгляд, в том, что сознание другого человека устроено действительно иначе. Мы все по отношению друг к другу в некотором роде инопланетяне.

Общее в индивидуальных переживаниях есть, на этом и строятся цивилизованные, может быть, христианские отношения. Каждый испытывает боль, страдает от одиночества, хочет любви и понимания, боится смерти, стремится к красоте и комфорту.

Если будем помнить об этом, отношения станут более терпимыми, может быть, даже дружескими.

Но другой — все равно другой. Не той хочет любви, не так понимает справедливость, от другого испытывает комфорт. Расскажу историю, для меня сильную, потому что она произошла с моими друзьями.

Мы знакомы с детства. Как-то раз поехали тремя семьями отдыхать с детьми под Одессу, в поселок Санжейка, воспетый Паустовским. Это была молодость, мы все, казалось, хотели одного, жили одним, читали одни и те же книги, и представления у нас были общие.

Никто ничего особенно дурного не совершил. Просто люди мы разные

Первое препятствие возникло, когда скидывались деньгами на неделю. Достаток, оказывается, был разным. Но мы же друзья — как-то договорились. Потом, не помню уже по какому веянью, решили вдруг устроить арбузный день. То есть сегодня едим только арбузы.

Может быть, дачная красота замысла нас и соблазнила. Дети откликнулись, конечно, с энтузиазмом, но довольно скоро поняли, что эта высота намерений им не по силам и не по нраву. Однако держимся общим решением. Подбадриваем друг друга, иронизируем сами над собой.

И вдруг случайно видим (дом большой, много комнат, комнатенок и коридоров), что один из наших детей приканчивает яичницу. Этот пустяковый эпизод был равен катастрофе. Нарушена договоренность. Как же так?

«А Денис проголодался». Все проголодались. Мы и сами думали, что пора закончить этот эксперимент. Но давайте закончим вместе, так же весело, как он начинался. А так что же получается?

Наши дети ходят с вызывающим выражением лица, как совершающие подвиг, а ваш плохиш уплетает тайно яичницу с колбасой. Ерунда, конечно, дело обыденное, ситуация бытовая. Но запомнилось крепко.

И главное: никто ничего особенно дурного, в общем-то, не совершил. Просто люди мы разные.