Старшая сестра создала мой первый аккаунт в социальных сетях, когда мне было шесть лет. Помню, что проснувшись рано утром, я бежала не завтракать, а «будить» своего «домовенка» и наводить порядок в комнате «покемона». В те времена эти две онлайн-игры были очень популярны и мы часами проводили время за шумным громоздким компьютером, который открывал двери в этот волшебный мир.
В восемь лет у меня появилась страница «ВКонтакте», а в одиннадцать — в запрещенной сети. Дни и ночи напролет я развивала свои блоги, писала посты, обрабатывала фотографии, регулярно покупая свежие фильтры в приложениях, и (что уж скрывать) искала «взаимные подписки». Мне хотелось, чтобы за моей страницей следили, а меня — узнавали. Я мечтала быть популярной, звездой, до того момента, пока в один день не удалилась отовсюду и не пропала из социальных сетей на шесть лет.
Немного статистики
Опрос Morning Consult охватил тысячу зумеров и выяснил: 57% готовы стать инфлюенсерами, если появится такая возможность. Звучит так, словно мечта о популярности среди современного поколения живет и процветает, но ведь быть не против — это не равносильно стремиться к этому изо всех сил.
Исследование компании Sprout Social показало: зумеры сейчас — самое негативно настроенное по отношению к соцсетям. Большинство из тех, кто еще активно ведет аккаунты, признается, что хочет создавать контент, а не потреблять его, — но для себя и своего сообщества, а не ради охватов. Вишенка на торте: по данным National Geographic, 63% зумеров планировали организовать цифровой детокс. Это больше, чем у любых других поколений. Так что, кажется, они не столько мечтают о славе в соцсетях, сколько хотят иногда закрыть все вкладки и приложения, чтобы выдохнуть.
Как это было раньше
Чтобы понять, что изменилось, надо посмотреть, как выглядела мечта о популярности у предыдущих поколений.
Для миллениалов, которые начали вести LiveJournal в нулевые, публичность была чем-то принципиально новым, своеобразной территорией без правил. Первые блогеры казались настоящими бунтарями: они разговаривали напрямую со зрителями, минуя телевизионные редакции и глянцевых редакторов. Это ли не глоток свежего воздуха и настоящая свобода?
Поколение X и бумеры смотрели на телеэкран и мечтали о нем как о чем-то недостижимом. Попасть на ТВ означало окунуться в другой мир, вход в который доступен только избранным. Когда появился YouTube, а потом другие запрещенные сети, барьер рухнул и казалось, что теперь можно попасть туда просто так — понадобится лишь камера смартфона и природная харизма.
Миллениалы выросли на этой надежде. Многие из тех, кому сейчас 30–35, в 20 лет думали стать блогерами. Публичность виделась как ворота в жизнь мечты: деньги, признание, путешествия и полная свобода в расписании. Но в реальности все оказалось несколько иначе.
Что увидели зумеры
Они выросли позже и застали не рассвет, а зрелость этой блогерской системы. Мы наблюдали, как популярность разрушает людей, смотрели, как молодые звезды YouTube выгорают и снимают ролики, в которых объясняют причины своего ухода с площадки. Зумеры видели скандалы, слитые переписки, срывы, которые случались на глазах у миллионов. Они знают, как работает этот алгоритм: он забирает время, покой и личность, отдавая взамен известность и нестабильные охваты.
Психолог Джордан Мейзел, которая работает с зумерами, фиксирует закономерность: молодые люди боятся раскрываться, но не потому что они закрытые, а потому что понимают цену уязвимости в публичном пространстве. «Гораздо сложнее создать образ в сети, который соответствует реальной личности, а не тому, каким ты должен быть», — говорит она.
Добавьте сюда данные о ментальном здоровье. Доля молодых людей 17–19 лет с вероятными психическими расстройствами выросла с 10% в 2017 году до 23% в 2023-м — больше чем вдвое. Исследователи называют разные факторы, и социальные сети — один из ключевых.
В какой-то момент и мне стало казаться, что я буквально схожу с ума. Постоянная гонка за недостижимым идеалом, отсутствие прогресса в блоге и попытки найти свой стиль не давали покоя. Ты стараешься, регулярно что-то выкладываешь, следишь за трендами, сравниваешь себя с другими, более популярными блогерами, а внутри все равно ощущение, что ты отстаешь. Соцсети будто шепчут: делай больше, быстрее и лучше, но не объясняют, как и зачем. И в какой-то момент ловишь себя на мысли, что твой контент перестал быть радостью и ты уже не делишься тем, что тебе правда важно, интересно и красиво, а просто пытаешься угадать, что понравится другим пользователям на этот раз.
Реальная жизнь проходит мимо, пока пытаешься понять, как правильно двигаться дальше, а после просто мечтаешь об одном — пропасть с радаров и просто пожить без телефона в руках. Так я и исполнила свою мечту.
Новая мечта: тихая, спокойная жизнь
Тренд, который сейчас набирает силу среди зумеров, называется по-разному: «Quiet life» или «Soft living». Суть одна — жить хорошо, но не напоказ. Иметь любимую работу, но не строить личный бренд. Путешествовать, но не вести тревел-блог. Готовить, читать, встречаться с друзьями и не документировать каждый момент.
Параллельно расцвел тренд #DeInfluencing («непотребление»). Многие снимают видео о том, какие товары не стоит покупать. Аудитория часто откликается на эту «антирекламу» именно потому, что устала от бесконечного «купи, стань лучше, живи ярче».
40% зумеров, по данным исследований, доверяют рекомендациям «просто людей» больше, чем инфлюенсерам, чье каждое второе видео — реклама. Растет интерес к приватным форматам, например, к закрытым каналам, где так же как и несколько лет назад на других площадках нет никаких правил. И это еще раз доказывает, что мы не отказываемся от коммуникации, а просто минимизируем публичность ради публичности, продолжая делиться тем, чем хочется именно нам самим, в том формате, который нравится.
Это лень? Нет, это иммунитет
Иногда кажется, что мы боимся успеха, на самом деле все проще. Мы с детства видели, что бывает, когда вся жизнь проходит на камеру, ради просмотров, лайков и бесплатной продукции, которую присылают на рекламу. В лучшем случае человек выгорит, в худшем — столкнется с более серьезными проблемами.
Популярность — это не плохо, но она перестала быть мечтой каждого второго (или даже первого). Зумеры хотят того, чего хотели все поколения: больше близости, смыслов и свободы. Теперь мы знаем, что миллион подписчиков этого не гарантирует.
Возвращение к себе
Мне потребовалось шесть лет, чтобы перестать гнаться за подписчиками, идеальными снимками и жизнью мечты, которая по ту сторона экрана вовсе не была такой. Окончательно потеряв желание врать — прежде всего самой себе — и устав от бесконечных попыток достичь тот самый идеал, я удалила страницы в соцсетях, а в тех, что оставила, отправила в архив все снимки, которые обрабатывала и доводила до совершенства, словно ограняла самый драгоценный алмаз.
Спустя время вернула соцсети, теперь в приоритете живые, а не отфильтрованные фото
Меня не беспокоит, что напишут в комментариях даже под самым нелепым снимком. Мои истории — для блокнота и черной гелевой ручки, а не для незнакомцев в интернете. Я не гонюсь за подписчиками и принимаю то, что многие отписываются. Учусь замечать жизнь вне камеры и ценить себя вне зависимости от количества лайков. Теперь никто не убедит в том, что популярность — неотъемлемая часть жизни мечты.
