Мой внутренний Роберто Баджо: зачем я смотрю Чемпионаты мира по футболу уже 32 года

Сегодня, почти 32 года спустя, начинается очередной чемпионат мира, и вновь он проходит в США (а также в Мексике и Канаде). Тогда, в 1994-м, о печальной ошибке итальянского игрока я узнал от друзей, но с тех пор больше не пропускаю футбольные чемпионаты и непременно смотрю все ключевые матчи. Зачем, если я не болельщик и не всегда могу легко ответить, кто действующий чемпион России или победитель Лиги Чемпионов? Есть несколько причин.

1. Мужская гендерная социализация

Можно ли играть в дворовый футбол, не зная, кто такой Зинедин Зидан, или, в наше время, Ламин Ямаль? Можно, но без этих знаний и без умения аргументированно погрузиться в бесконечную дискуссию, кто круче, Месси или Роналду, ты никогда не станешь своим в мальчишеской компании.

Игорь Кон, главный российский «мужиковед», много писал о важности «стайности» для мальчишек, о роли в мужском становлении единства увлечений и контекста. Пока девочки социализируются через самораскрытие, через обсуждение чувств и переживаний, мальчики свои чувства и переживания скрывают — но могут проговорить их опосредованно, обсуждая кино, музыку или спорт. Или подражая тем, кто их вдохновляет.

Не хочешь быть парией — по крайней мере, делай вид, что увлечен футболом (или что будет модным-значимым в твоей компании — Майнкрафт? Роблокс? Падел?). Чтобы стать собой и отделиться от толпы, тебе нужно сначала примкнуть к группе единомышленников — и футбол с его неизбежным делением на «своих» и «чужих», симпатиями и антипатиями кажется безопасной территорией для мальчишеской стаи.

2. Истории, которые пишутся на твоих глазах

Однажды приятель, футбольный фанат, объяснил мне, почему предпочитает стадион театру. «Пойми, — говорил он с бурной, итальянской жестикуляцией, — в театре все идет по написанному и отрепетированному, ты даже можешь заранее знать, что и как закончится, если читал пьесу. Футбол — это спектакль, который создается на твоих глазах, и воля случая в этой пьесе колоссальна».

При этом — продолжу мысль моего экспрессивного приятеля — те образы, которые создает судьба на футбольном поле, могут оказаться не менее архетипичными, чем придуманные Шекспиром или Островским:

• «Рука Бога» Диего Марадоны как символ фола последней надежды, отчаянного самопожертвования и одновременно выдающегося, гениального нахальства.

• Фатальный для сборной Франции «кивок» Зинедина Зидана в ответ на — что? оскорбление? угрозу? — Марко Матерацци как символ до предела натянутых нервов и вместе с тем глубочайшего чувства собственного достоинства.

• Отчаянная оборона сборной Тринидада и Тобаго от Англии на протяжении 83 минут как вариация мифа о Давиде и Голиафе, как шанс на то, что вот-вот случится чудо.

Каждый чемпионат дарит такие сюжеты, такие легенды, которые позже становятся в сознании не-столь-ярого-болельщика, как я, способом описывать мир. Учат понимать собственные эмоции и видеть важное в том, что со стороны кажется тривиальным.

3. Ощущение планомерного движения времени

Чемпионаты мира и Европы с их мерной ежедвухлетней поступью придают жизни особый ритм: ты замечаешь, как взрослеешь и меняешься, когда обращаешь внимание на изменившиеся обстоятельства просмотра футбола.

Сначала это было беззаботное время школьных каникул, и ты мог позволить себе просыпаться ни свет ни заря, чтобы посмотреть встречу Сенегал–Турция. Затем это был период сессии, когда твой преподаватель отменял консультацию по древнерусской литературе из-за решающей встречи в группе H.

Что будет дальше? Матчи под плач младенца, матчи после выпускного вечера твоего ребенка, матчи на тихой даче, где ты проведешь пенсию, матчи в общей гостиной дома престарелых — посмотрим, как изменится жизнь, но ясно одно: футбол будет прежним.

Пусть на смену Мбаппе и Неймару придут новые герои, как некогда сменились прошлые, — интересно будет не меньше, пусть и с честно заработанным тобой правом побрюзжать, насколько зеленее была прежде трава на стадионах.

4. Чувство преемственности от поколения к поколению

С этим же связан и другой момент: герои футбола стареют и вешают бутсы на крючок, однако остаются героями.

С того дня, когда турниры начали транслировать по телевидению, то есть уже более 70 лет, тянется от года к году, от одного позврослевшего мальчика к другому, еще не повзрослевшему, эта ниточка: мы все разделяем один и тот же опыт, мы смотрим футбол и ждем от наших кумиров чудес. От вратарей — спасенных пенальти и вытащенных из «девятки» невозможных мячей, от защитников — чистых и эффектных подкатов, от бомбардиров — тех шедевров, которые потом будут бесконечно встречаться в нарезках «лучших моментов».

И все это случается, и мальчики помладше могут обсудить с мальчиками постарше все эти чудеса. Хотя почему только мальчики? Девочки тоже ценят яркие моменты, и болельщицы из них ничуть не хуже — стереотипы в этом плане остались где-то в XX веке.

***

Весной 2026-го 59-летний Роберто Баджо дал интервью газете Corriere della Sera, в котором признался, что и спустя все эти годы он все еще испытывает стыд за незабитый пенальти:

«Я никогда не бил пенальти выше перекладины. Даже сегодня я не могу полностью себя простить. Моя опущенная голова стала символом того финала для многих. Но для меня это не был наигранный жест, это было именно то, что я чувствовал. Тихий, возможно, неосознанный способ попросить прощения у Италии и у всех, кто надеялся вместе с нами. До сих пор, когда вспоминаю, мне трудно объяснить себе, что же произошло».

Футболист добавил, что тот мяч символически завис для него в каком-то месте, которое трудно описать словами, и бесконечный стыд не проходит. И сегодня каждый, кто вбивает в поиске имя Роберто Баджо, всенепременно получает от поисковика подсказку «пенальти» — вся его жизнь, все его достижения свелись к тому самому единственному в карьере одиннадцатиметровому удару выше перекладины. К тому стыду, который Баджо не преодолел.