Автор книги Раздел дополняется.
Грустный ребенок за столом
Фото
Getty Images

Дети довольно рано сталкиваются со смертью. Ирвин Ялом приводит примеры того, как дети озабочены проблемой смерти: одна трехлетняя девочка просит положить камень ей на голову, чтобы не расти — потому что взрослые умирают; другая, четырехлетняя, плачет целый день, узнав, что все живое смертно, — и успокаивается только тогда, когда мама заверяет ее, что она никогда не умрет1.
Многие родители пытаются уйти от разговоров о смерти. Детей не берут на похороны, кладбище, даже когда умирает близкий им человек. Они уверены, что тем самым оберегают их, защищают от смерти… Другие, наоборот, стараются объяснить детям, как на самом деле устроена жизнь, и не боятся говорить о смерти. Например, в дошкольных учреждениях и начальных классах школ Японии предусмотрены специальные занятия. Малыши посещают кладбище, где им читают надписи на памятниках, предлагают почтить память умерших, вспомнив все хорошее, что они делали при жизни ради других людей.

В первый раз я подумал о смерти, когда мне было шесть лет. У раскрытого шкафа. В родительской спальне. Вечером. Мама что-то гладила на кухне и порциями относила белье в шкаф. Делать было нечего, и я склонялся из угла в угол. Мне все еще было интересно передвигаться по только что полученной нами новой, отдельной двухкомнатной квартире.
Я остановился у красивого светло-бежевого шкафа и смотрел на аккуратно сложенные полотенца и простыни, на весь этот порядок, и вдруг почему-то подумал, что все это не вечно. Полотенца износятся, наволочки порвутся, простыни протрутся. Их заменят новые. А старые пойдут на тряпки или будут выкинуты. «И я когда-нибудь умру», — неожиданно пришло мне в голову. И я заплакал. Мама застала меня горько плачущего у раскрытого бельевого шкафа в их спальне и не поняла, в чем дело. Не причудилось ли что мне, не упал ли, не заболел?.. Беспричинный плач ребенка — особый повод для беспокойства.

– Мама, я умру? — тихо, сквозь слезы спросил я.
– Глупости, — ответила перепуганная мама. — С чего это ты взял?
– Не знаю, подумалось… — всхлипнул я, немного успокаиваясь оттого, что мама была рядом.
– А ты не думай, — рассерженно сказала она. — Тебя никто не обидел, ничего не говорил? — Все же стала допытываться мама.
– Нет, просто стоял тут и вдруг…
– Ладно, — перебила мама, — уже поздно, пора спать. Только полуночникам такие дурные мысли и приходят. Вот завтра встанешь, и ничего не будет. Я тебе обещаю.

Она поцеловала меня и закрыла шкаф.

– И ничего не бойся. Я доглажу, приду и посижу с тобой, — сказала она вдогонку.
Утром и вправду все как будто прошло. Нет, я не забыл, что плакал вчера и думал о смерти. «Но, наверное, это действительно бывает только вечером», — подумал я. Но вечером ничего такого не повторилось. Я проверял пару дней, подходил вечером к шкафу, открывал его, смотрел на аккуратно сложенные полотенца и простыни, на весь этот порядок: мысли о смерти не возвращались. Пытался даже всплакнуть, но у меня ничего не получалось.
Видимо, в детстве даже мысли о смерти проходят быстро.


1 И. Ялом «Экзистенциальная терапия» (Класс, 1999).