Долгое время считала, что обойдусь без детей, но в 33 года, поддавшись давлению общества, родила. И все 10 лет, прошедшие с того времени, жалею. Материнство — абсолютно не мое. Ограничения во всем, времени на себя нет, нигде не бываю, никогда не отдыхаю, дочь всегда рядом. Она не слушается, хамит, обижает меня и руководит моей жизнью. Я срываюсь, проклинаю ее и тихо ненавижу. Как найти выход из ситуации?

Анна, 43 года

Анна, у вас наладятся отношения с дочерью, когда вы наладите отношения с самой собой. И тут есть минимум два пути:

  1. Признать рождение ребенка ошибкой, осмелиться отказаться от материнства и выполнения задач мамы.
  2. Признать, что что-то не так с вашим нежеланием иметь детей, посвятить время и силы тому, чтобы разобраться в этом. Тогда и ваш взгляд на дочь изменится.

Совмещение этих двух представлений — быть мамой и не хотеть детей — приводит к конфликтной ситуации. И как-то решить ее придется не только в своей голове, но и в реальности.

С первым вариантом вы можете разобраться и без меня — это вопрос больше этики, чем психологии. По второму варианту немного «подсвечу» ситуацию.

Ответственность — это способность быть с результатами своих жизненных выборов, это качество зрелой личности. Выбор родить ребенка уже сделан. Время не прокрутить назад. Именно это как раз и есть ключевая линия чайлдфри — отказ от ответственности, когда ребенок воспринимается ущемлением некого самодостаточного настоящего, а возможность его воспитывать порой агрессивно обесценивается.

Социальные роли мы обретаем, считывая семейные наставления и запреты

Наши установки относительно рождения детей и модели материнства формируются по образу и подобию отношений с мамой и воспитывающими взрослыми в детстве.

Если девочка слишком много сталкивалась с наказаниям, ущемлениям, запретами, если мать была холодной и отвергающей, или это была подавляющая гиперопека с эмоциональной холодностью внутри — то есть если отношения с мамой в детстве хорошими не были, то, к сожалению, у ребенка формируется негативная установка относительно материнства. Впрочем, и с доверием к миру тогда тоже есть проблемы.

Социальные роли мы обретаем, считывая семейные наставления и запреты. Они могут быть разными, в том числе и подавляющими естественность, спонтанность и творчество. Фактически это «не будь собой, не развивайся».

Если ребенку вручают двойные послания и нарциссически внушают, что он должен чувствовать, а что — нет, то он может получить запрет на включенность в реальность, на осознавание себя в ней (вместе со своим биологическим базисом). Примерно к семи годам он уже обзаводится сценарием своего будущего, насквозь «прошитым» этими посланиями.

Исследование некоторых травматических событий в прошлом поможет вам переосмыслить себя в контексте материнства

Второй этап «сборки личности» проходит в подростковом возрасте, когда социум со своими ценностями влияет больше, чем семья. Возможно, тогда общество «завалило» вас установками на карьеру, на свободную от материнства самореализацию. Это было намного более ценно, чем стать мамой. Возможно даже, что это буквально стало критерием выживания: будь как мы, или мы тебя исключим из группы.

Но эта установка вряд ли может затронуть настолько сильно, чтобы биологическая суть (стремление к развитию и продолжению рода) буквально вывернулась наизнанку. Вероятно, произошло наслаивание социальных влияний на материнское отвержение. А так как семейная тема более «горячая» и болезненная, начинать исследование легче с социального края.

Возможно, в этом скрыт ключ к пониманию вашего нежелания иметь детей. И исследование некоторых травматических событий в прошлом поможет вам переосмыслить себя в контексте материнства.

Иногда в работе с психотерапевтом удается прожить травму, и тогда прошлое перестает влиять на настоящее и будущее, решается внутренний конфликт, уходят злость и страх — эмоциональные причины отказа в самореализации, например, в качестве мамы.