psyhologies.ru
тесты
текст: Интервью Алла Ануфриева 

Секс, смерть и развод: что хотят знать об этом дети?

Секс, старение и смерть, развод, деньги, роль отца или матери в семье – стоит ли разговаривать об этом с маленьким ребенком? А если стоит, то как и когда? Отвечает психолог Ирина Млодик.
Два поколения семьи ФОТО Getty Images 

Вспомните, когда вы последний раз разговаривали со своим ребенком. Не давали указания выключить смартфон и помыть за собой грязную тарелку, а именно разговаривали? Всерьез обсуждали его и свои чувства, отношения с друзьями, смысл жизни или планы на будущее? Как правило, родители это делают нечасто. Потому что просто не знают, как и о чем говорить с маленьким ребенком. Или не умеют подобрать правильные слова, или не могут ответить честно… О секретах «взрослых» разговоров с детьми мы расспросили экзистенциального психолога Ирину Млодик.

Psychologies: 

У вас есть собственный детский опыт серьезных разговоров с родителями?

Ирина Млодик: 

Мои родители не говорили со мной об очень многих вещах. Они боялись разговаривать со мной о смерти, о будущем. Даже об истории. Помню, как я прочитала где-то про культ личности и спросила об этом маму. И она так невнятно что-то ответила, что я подумала: наверное, я спросила что-то очень неприличное и лучше об этом не упоминать. Когда я стала психологом, я начала замечать, что у детей возникает очень много проблем оттого, что родители не говорят с ними на важные для них темы. Если в случае своего развода или, например, смерти близкого родственника родители не говорят, что происходит и чем это грозит ребенку, он начинает фантазировать и подозревает что-то более страшное, чем то, что есть в реальности. Ему мерещатся такие катастрофические картины, что у него начинается психосоматическое расстройство: он плохо ест, беспокойно спит, тревожится… Так что уметь разговаривать с детьми о важном – значит способствовать его психическому здоровью. Еще мне кажется необходимым разговаривать про семью, про ее устройство. В книге «Как строить мосты, а не стены»1 я как раз начинаю этот разговор с азов – объясняю, кто такая мама, кто такой папа. Ведь даже сами родители редко понимают суть своих ролей. Есть еще отчим, мачеха, приемные дети, сводные братья – об этом тоже важно рассказывать ребенку, чтобы он понимал, как с ними общаться.

«Семья глазами ребенка»
Гинтарас Хоментаускас«Семья глазами ребенка» Для того чтобы понять, что происходит с ребенком, что его радует и огорчает, надо постараться посмотреть на мир его глазами, но часто мы не можем этого сделать, потому что нам мешает собственная взрослость.

Многие думают, что на некоторые темы сыну лучше говорить с папой, а дочери – с мамой. Вы с этим согласны?

И. М.: 

Да, но почему-то папам особенно трудно подбирать слова. Приходя ко мне на консультации, они признаются, что очень хотели бы разговаривать со своими детьми, но не знают, о чем и как. Они задают совершенно дурацкие вопросы: ну, что ты сегодня получил? Почему у тебя штаны разодраны? Им хотелось бы сказать что-то важное, но они не знают как. Я предлагаю им поговорить с сыновьями, например, о том, откуда произошел их род, кто в семье является опорой, как пережить свои ошибки, как справляться с конкуренцией, как договариваться. Даже о том, когда стоит драться, а когда не стоит. Ведь что происходит в наших семьях? Если папа не готов поднимать эту тему, то мальчик обращается к маме. А что говорит мама? Определенно одно: «Не дерись! Драться нельзя». И она не права. Только папа может рассказать мальчику, когда драться необходимо, когда можно попробовать не драться, а когда нельзя драться ни при каких обстоятельствах. Об этом знает именно мужчина – у него больше опыта, у него были случаи, которые он может обсудить с сыном. И вот когда ребенок рано или поздно сталкивается с подобной ситуацией, у него уже есть хотя бы три варианта ее разрешения, ему есть из чего выбирать.

читайте такжеЮлия Гиппенрейтер: «Что действительно нужно? Видеть в ребенке личность, принять ее и любить»

А о чем стоило бы поговорить матери с дочерью?

И. М.: 

Об умении отказывать, например. Как отказать другому человеку, который пытается прикоснуться к тебе? Представьте, вы приходите с дочкой лет пяти, существом милым, улыбчивым, с пухлыми щечками, в гости к родственникам или знакомым. И там какая-то тетя подбегает и начинает ее тискать за щечки, за ручки… Девочке может быть неприятно. Но мама делает замечание: «Ну что же ты отстраняешься, это же наша тетя Поля. Фу, какая невоспитанная девочка!» Но девочке она совсем незнакома. Какое послание она получает? Что ее тело может быть отдано в распоряжение любому человеку, который захочет ее потискать. К чему это приводит позже? Когда к девушке прикасается кто-то, кто ей не нравится, она не может сказать «нет». Она помнит мамино «Терпи», замирает, терпит, вместо того чтобы сказать: «Нет, вы не имеете права, отойдите от меня!» Конечно, маме стоило бы своевременно рассказать дочери о том, что ее тело – это ее личное пространство, и никто не имеет права к ней прикасаться, и она должна уметь говорить «нет». А если кто-то ее трогает – учитель, сосед – она всегда может подойти к маме и сказать об этом. Подобные разговоры с детьми важны по двум причинам. Во-первых, они покажут ребенку, что родители готовы его понять и что с ними многое можно обсуждать. А во-вторых, дадут необходимую информацию и обезопасят в каких-то ситуациях, а значит – избавят в дальнейшем от многих психологических проблем.

читайте такжеОбщаться со своим ребенком

Как отвечать на вопросы ребенка лет пяти-шести о смерти?

И. М.: 

В пять лет у многих детей возникает потребность эту тему как-то осмыслить. Но взрослым говорить о смерти труднее всего. Они либо уходят от ответа, пытаются переключить внимание ребенка на другую тему, либо врут: никто не умрет, ты не умрешь, смерти нет. Я категорически против вранья. Потому что если уж родители обманывают ребенка, то в ком еще он найдет опору в жизни? Говорите правду: что действительно все умирают. Что смерть – это конечность. Конечность чего-то одного перед началом чего-то другого. У детей возникает много фантазий о том, что произойдет после. И здесь уже родители должны исходить из тех ценностей и традиций, которыми они живут. Если у вас религиозная семья, вы можете рассказывать о бессмертии души, о рае и аде или о реинкарнации. Если вы не религиозны – признаться, что не знаете, куда попадает человек. Или рассказать, что человека ждет трансформация, что смерть – один из этапов его существования. Ведь каждый из нас проживает конечность многих этапов. Например, ребенок перестает быть младенцем, потом дошкольником, потом школьником – только прощаясь с одним этапом, он получает возможность идти дальше, стать кем-то другим. За детским переживанием смерти скрывается и другой вопрос: «Ты же меня не бросишь?» Главный страх ребенка – быть покинутым, брошенным. Поэтому важно объяснить сыну или дочери, что он (она) всегда может опереться на других близких, которые помогут пережить потерю. Этот разговор позволяет ребенку встречаться с конечностью и ценить то, что у него есть сейчас – ваши с ним отношения, эту жизнь, не пропускать ее мгновения. Ведь только конечность позволяет ценить то, что происходит, пока это не закончилось.

читайте также«Заглянуть в круговорот жизни»

Хорошо, если ребенок решился задать вопрос или дал нам понять, что для него это важно. А если он ни о чем не спрашивает? Имеет ли смысл затевать разговор, не дожидаясь вопроса?

И. М.: 

Всегда, когда вы читаете вместе книжку или смотрите мультфильм, полезно спросить: а что тебе понравилось? Какой герой тебе был симпатичен? Почему? И послушать, что он вам ответит. Скорее всего, ребенок заговорит на ту тему, которая в нем сильнее всего откликается – про чье-то спасение, геройство или страх. Задача родителей – не говорить ребенку больше, чем соответствует его возрасту. Один знакомый рассказал мне, как они всей семьей смотрели какой-то фильм и его 10-летняя дочка неожиданно спросила: «Папа, а кто такая девственница?» Папа быстро нашелся: «Это девушка, которая еще ни разу не занималась сексом». Очень простой и вместе с тем правдивый ответ, который соответствует уровню понимания 10-летней девочки. Так что главное правило здесь – правдиво и точно отвечать на тот вопрос, который задает ребенок. Не всегда можно понять, о чем дети спрашивают. Но это дело практики: чем больше мы общаемся со своим ребенком, тем лучше понимаем, что его интересует. Был такой забавный случай: мальчики 7 и 10 лет смотрели вместе с родителями взрослый фильм, и, когда там дошло дело до эротической сцены на заднем сиденье машины, мама в панике стала думать: что делать? Отвлечь внимание мальчиков или выключить фильм? Или объяснить детям, что происходит? И в это самое время один из братьев говорит другому, показывая на экран: «Смотри, какая крутая тачка!» То есть детей иногда интересует совсем не то, о чем мы думаем. И не надо предвосхищать их вопросы своими, порой излишними, объяснениями.

читайте такжеКак говорить с детьми о сексуальности?

Как вы думаете, есть ли темы, на которые вообще не стоит говорить с детьми?

И. М.: 

На мой взгляд, не стоит делиться с детьми подробностями своей личной жизни. Независимо от возраста ребенка, стоит умолчать о своих сексуальных партнерах и прочих любовных приключениях. Дело в том, что для ребенка вы прежде всего родитель. И знание о том, что вы еще и женщина (мужчина), которая(ый) активно занимается сексом, нарушает границы ваших отношений. По этой же причине не стоит допытываться о подробностях личной жизни у своих детей-тинейджеров. Важно обсудить с ними вопросы безопасного секса, поделиться полезной литературой, а частности интимной жизни знать не стоит – на то она и интимная. О чем еще не стоит говорить – о вашем отчаянном, критическом положении. Какие бы трудности вы ни переживали, какие бы депрессивные мысли вас ни посещали, избавьте от них ребенка. Осознание того, как плохо его маме или отцу, вселяет в ребенка колоссальную тревогу, беспомощность, лишает его опоры. Разумеется, не стоит обсуждать с ребенком недостатки вашего партнера (мужа, жены, отчима). Вы можете обижаться на него и справедливо негодовать, но говорить об этом лучше со священником, психологом, а еще лучше – с ним самим. Но уж точно не с ребенком.

Но если подростки не хотят разговаривать об интимном, как мы сможем их информировать об этой стороне жизни?

И. М.: 

Благодаря интернету дети сегодня знают об этом едва ли не больше, чем мы. Но в любом случае важно донести до них две идеи. Первая – о том, что сексуальность – это нормальная, естественная часть отношений взрослых людей. Здесь ключевое слово – «взрослых», потому что сексуальные отношения (в отличие от эротических импульсов) возникают тогда, когда мы до этого дозреваем. И вторая – о том, что сексуальные отношения являются интимным делом каждого человека. Что, собственно, и мешает нам говорить на такие темы подробно.

Ирина Млодик, детский психолог, гештальт-терапевт, экзистенциальный психотерапевт, председатель Межрегиональной ассоциации психологов-практиков «Просто Вместе», автор нескольких книг, среди которых – «Почти неволшебные превращения. Книга для мам и дочерей» (Феникс, 2015) и «Двое из огромного мира мужчин. Книга для пап и сыновей» (Феникс, 2015).

1 Феникс, 2014.
читайте такжеКак говорить с подростками о сексе?
P на эту тему
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.

  • Олег   
    68 недель назад

"Если в случае развода родители не говорят, что происходит и чем это грозит ребенку, он начинает фантазировать и подозревает что-то более страшное, чем то, что есть в реальности. Ему мерещатся такие катастрофические картины, что у него начинается психосоматическое расстройство: он плохо ест, беспокойно спит, тревожится…" Дело не в "фантазировать и подозревать", а в том, что ребенок ориентируется на эмоциональный фон каждого из родителей. Правило такое, чем сильнее негативные переживания Ро по поводу разрыва, или другого конфликта, тем сильнее травмирование психики Ре. При этом, глубина травмирующего воздействия напрямую будет связана с тем - насколько эти родительские переживания скрываются от ребенка. Это я к тому, что психика ребенка воспринимает внешний и внутренний родительский конфликт по разному. Если сравнивать эту ситуацию с ранением, то внешнее конфл. воздействие - это ширина раны, внутреннее - глубина... Травмы для психики Ре не будет, в том гипотетическом случае, если Ро при разводе могут разойтись и, при этом, испытывать позитивные комфортные эм реакции. Во всех остальных случаях Ро заинтересован - (на сколько это возможно) снизить негативное воздействие конфликта. Естественно надо объяснить, что происходит, при этом не стоит скрывать свои переживания, так же не стоит - врать ради неких благих целей, чем искреннее вы ведете, тем лучше и для вас и для Ре. И уж точно не стоит (не одному не второму) пытаться внушить Ре свою правоту, т.е. стараться перетащить на свою сторону. Ваша обоюдная задача - объяснить Ре, что и мама, и папа его по прежнему любят, причем, чтобы ребенок поверил в это, каждый противоположный родитель должен (с позитивной стороны) объяснить не только свою позицию, но и позицию второго Ро. ‪#‎transmatika‬
Psy like0
новый номерДЕКАБРЬ 2016 №11128Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что нам хочет сказать наше бессознательноеЧто нам хочет сказать наше бессознательноеВ нем сомневаются со времен Фрейда, и тем не менее оно остается лучшей моделью для объяснения наших эмоций и поведения. Бессознательное говорит с нами на языке сновидений. Мы можем наладить с ним диалог без слов, заглянуть в него с помощью проективных тестов или анализа семейной истории. Все это – разные способы расслышать сигналы бессознательного, вступить с ним в контакт. Как это сделать самим или с помощью психотерапевта? Об этом – наше «Досье». Все статьи этого досье
Все досье