текст: Наталия Ким,  Дарья Михеева 

Источник, который всегда с тобой

Хранить в душе верность тому ребенку, которым мы были когда-то, не означает быть инфантильным. Яркость и непосредственность чувств первых лет нашей жизни способны наполнить ее новым, истинным смыслом.

Взгляд в собственное детство позволяет вновь вернуть себе то, что стирается с годами: непосредственность, фантазию, легкость.

Некоторым из нас необходимо мужество, чтобы вновь прикоснуться к вытесненным в бессознательное детским проблемам и обидам.

Исцелить свои давние раны, понять и принять то хрупкое существо, которым мы были когда-то, и означает придать силу и смысл своей взрослой жизни.

alt

Каждый из нас время от времени ощущает потребность вернуться в свое детство. Прикасаясь к нему, мы заново открываем для себя забытые ощущения: легкость и безмятежность в отношении к жизни, искренность и непосредственность в поступках, чистую радость или неподдельную печаль в охватывающих нас чувствах. Взглянув на мир глазами того ребенка, которым были когда-то, мы словно пробуждаемся от долгого сна.

Возвращение чувств

Детство возвращается к нам на уровне ощущений: вкуса, осязания, обоняния. Кусочек бисквитного пирожного позволил герою романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» вновь почувствовать безмятежное счастье, забытое давным-давно.

«Вкус пирожного «мадлен» – это классический пример того, как незначительная деталь, мимолетное ощущение запускают цепочку самых ранних детских воспоминаний, – рассказывает психотерапевт Маргарита Жамкочьян. – И у каждого из нас есть свои воспоминания, способные снова превратить нас в детей». Для 29-летней Инны это запах крепкого табака: «Мой дедушка с утра до вечера смолил «Беломор», был им просто пропитан. Я до сих пор, чувствуя этот запах, вспоминаю лето, дом дедушки и бабушки, как мы брызгались из шланга на солнце, как пекли в золе картошку».

40-летняя Анна улыбается: «Каждый раз когда я откусываю кусочек овечьего сыра, словно оказываюсь на ВДНХ, в павильоне «Овцеводство». Я так любила ходить туда с мамой! Когда она, измученная запахом, пыталась увести меня, я начинала горько плакать».

А 36-летний Дмитрий чувствует себя ребенком, когда слышит некогда популярный мотив Юрия Антонова «Море, море…». «В одно мгновение я возвращаюсь в то лето, когда нас с братом первый раз привезли на пляж: там из динамиков целыми днями звучала эта песня. Море было холодное, родители не разрешали детям купаться подолгу, но наша мама говорила, что мы закаленные и нам можно. Мы с братом проводили в воде по несколько часов и были, наверное, самыми счастливыми деть-ми на всем курорте». Вновь ощутив себя ребенком, мы переживаем моменты счастья, которые, кажется, нам уже не принадлежат, но они дарят нам особое чувство, которое хочется сохранить навсегда.

Вернуть энергию

alt

Каждое детское воспоминание, каким бы тривиальным оно ни казалось другому человеку, для нас удивительно важно. Почему же так велика притягательная сила именно этих кратких мгновений, неизвестно почему сохранившихся в нашей памяти?

Основатель психоанализа Зигмунд Фрейд считал, что детские воспоминания позволяют понять поведение взрослого. Он называл ребенка отцом взрослого человека. Его ученик, крупнейший австрийский психоаналитик Альфред Адлер (Alfred Adler), использовал анализ ранних воспоминаний для того, чтобы воссоздать индивидуальную историю жизни своих пациентов.

«Не бывает случайных воспоминаний, – писал Адлер, – из бесчисленного множества впечатлений, которые выпадают на долю человека, он выбирает для запоминания только те, которые хотя и смутно, но ощущаются им как связанные с его нынешним положением»*.

В ТЕХ ДАЛЕКИХ СОБЫТИЯХ И ПЕРЕЖИВАНИЯХ МЫ ИЩЕМ И НАХОДИМ ИСТОЧНИК СВОЙ ЛИЧНОСТНОЙ СИЛЫ.

«Адлер считал, что, когда меняется стиль нашей жизни, меняются и воспоминания: к нам приходят другие сюжеты из детства, мы иначе интерпретируем случаи, которые помним», – поясняет психотерапевт Елена Сидоренко. Размышляя над ними, мы приобретаем возможность посмотреть на себя со стороны, осознать закономерность, преемственность всего происходящего с нами и благодаря этому повлиять на свое будущее.

«Вспоминая, мы ищем в тех далеких событиях и переживаниях источник своей личностной силы, – говорит психотерапевт Маргарита Жамкочьян. – Мы обращаемся к детству, словно предостерегая и утешая себя, потому что именно в раннем возрасте скрыты колоссальные ресурсы. И поразительно то, что, вспоминая, мы можем вернуть их себе».

* A. Adler «What Life Should Mean To You». George Allen&Unwin Ltd., 1932.

Условие взросления

alt

Глядя, как взрослый мужчина с азартом играет с мальчишками в футбол, многие думают: «Что за ребячество!» Когда немолодая дама, заслушавшись уличных музыкантов, вдруг скидывает на руки своему почтенному спутнику плащ и пускается в пляс, мы умиляемся: «Какая непосредственность!» Но если такого рода поведение повторяется у наших близких вновь и вновь, мы чувствуем раздражение: «Cплошной инфантилизм!»

«Каждому взрослому хочется иногда побыть ребенком, – поясняет психотерапевт Виктор Макаров. – Мы ведем себя по-детски, дурачимся, но потом поправляем галстук – и в офис! Возвращаясь к привычному образу жизни, мы поступаем как взрослые люди: разрешаем себе быть разными. А инфантильный человек всегда одинаков». «Психологически взрослый человек в состоянии непосредственно выражать свои чувства, но при этом выполнять обещания, отвечать за принятые решения. Инфантильный человек этого не умеет», – соглашается семейный терапевт Инна Хамитова.

У инфантилизма много лиц: безответственность, эгоцентризм, зависимость от других, неготовность отказывать себе в удовольствиях, неспособность самостоятельно принимать решения. Инфантильный человек уверен, что на свете всегда найдется кто-нибудь, кто решит его проблемы: муж или жена, начальство или государство. А по сути он просто отказывается взрослеть, и это совсем не то же самое, что подлинное возвращение к яркости ощущений первых лет жизни.

Самый узнаваемый пример такого поведения – Питер Пэн, мальчик, который решил не становиться взрослым. По сути, это трагический персонаж. Несмотря на все обаяние этого образа, он напоминает нам, что нет другого пути личностного развития, кроме взросления, – от детства к отрочеству, от юности к зрелости. Печально живется тем, кто остался на вечном «причале» одной из ранних стадий своей жизни, отказав себе в праве узнать, что будет дальше.

--------------------------

Пирожное «мадлен» и обретенное время

«Удрученный мрачным сегодняшним днем и ожиданием безотрадного завтрашнего, я машинально поднес ко рту ложечку чаю с кусочком бисквита. Но как только чай с размоченными в нем крошками пирожного коснулся моего неба, я вздрогнул: во мне произошло что-то необыкновенное… Я наполнился каким-то драгоценным веществом; вернее, это вещество было не во мне – я сам был этим веществом. Я перестал чувствовать себя человеком посредственным, незаметным, смертным»*. Марсель – герой Марселя Пруста – пытается понять природу этого удивительного чувства и наконец вспоминает: такими кусочками пирожного «мадлен» угощала его по утрам тетя, когда в детстве он проводил лето в ее маленьком городке. Воспоминание, которое тщетно пытался воскресить разум, ожило благодаря крошкам бисквита; то, перед чем сдались мысли, сделали ощущения. Пруст пишет: «Но когда от далекого прошлого ничего уже не осталось, когда живые существа умерли, а вещи разрушились, только запах и вкус, более хрупкие, но зато более живучие… напоминают о себе, надеются, ждут, и они, эти еле ощутимые крохотки, среди развалин несут на себе, не сгибаясь, огромное здание воспоминанья».

*М. Пруст «В поисках утраченного времени. По направлению к Свану». Амфора, 2005.

Взгляд внутрь себя

alt

Многие современные психотерапевтические школы вслед за Фрейдом помогают нам искать причины своих взрослых проблем в раннем детстве. Но сложно пройти этот путь… без труда и сомнений. Даже в работе с психоаналитиком или психотерапевтом некоторым из нас так и не удается извлечь из глубин своей памяти детские воспоминания.

«Смотреть в себя трудно, потому что страшно: ведь детство заставляет нас не только переживать моменты счастья, но и страдать, вновь чувствовать себя маленьким, беззащитным или отвергнутым, – объясняет экзистенциальный психотерапевт Светлана Кривцова. – Поэтому многие предпочитают забыть о своем детстве, но вместе с тяжелыми воспоминаниями они отвергают и детскую легкость, спонтанность, яркое ощущение жизни».

Психоаналитик Татьяна Алавидзе подтверждает: «В юности некоторые торопятся побыстрее стать взрослыми, стыдятся любых проявлений детскости: не решаются дурачиться, играть, проявлять свои чувства. Подавляя в себе ребенка, молодой человек (или девушка) пытается подкрепить ощущение собственной важности – ведь на самом деле он не уверен в том, что он взрослый, боится «скомпрометировать» себя детскими поступками и мечтами. Но и повзрослев, такой человек нередко продолжает вести себя так же».

Последствия такого поведения нередко оказываются драматичными, особенно когда мы сами становимся родителями: именно этот забытый внутренний ребенок способен помочь нам понять собственных детей.Получая внимание и поддержку от взрослого, каким мы стали сегодня, наше детство дарит в ответ свои бесценные свойства: ясность чувств, безмятежность души, способность фантазировать, играть и творить. Возвращаться время от времени к живущему в нас ребенку, общаться с ним учит не только психотерапия – такая возможность есть у каждого из нас. В наших интересах использовать ее, чтобы сделать свою жизнь более насыщенной, гармоничной, творческой и по-настоящему живой.

Джой Миллс Ричард Кроули «Терапевтические метафоры для детей и «внутреннего ребенка»»Класс, 2005

Елена Сидоренко«Терапия и тренинг по Альфреду Адлеру»РЕЧЬ, 2002.

Источник фотографий: Из архива редакции
P на эту тему
  •   

Psy like
Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.


лапачка....
Psy like0
  • яна   
    388 недель назад

наш первый голос поддержите маленькую Сашеньку www.wday.ru/photo/cview/9005/&s=0
Psy like0
новый номерСЕНТЯБРЬ 2017 №20137Подробнее
psychologies в cоц.сетях
досье
  • Что такое счастьеЧто такое счастьеЧто мы можем сделать для того, чтобы стать счастливее? Больше зарабатывать, путешествовать, создать образцовую семью? Счастье похоже на причудливую картину, которая для каждого выглядит по-разному. «Наша задача – научиться быть счастливыми», - говорит психолог Михай Чиксентмихайи, автор теории «потока», самой доступной формы счастья. Досье поможет прислушаться к себе, разобраться в том, чего мы хотим на самом деле, и показать миру свой внутренний свет. Все статьи этого досье
Все досье
спецпроекты